Босс для Ледышки (СИ)
— Боишься, колено от поцелуев распухнет? — хмыкнула Катя, поправив свои тёмные, струящиеся по плечам локоны.
— Я бы пошутил, что не о колене речь, но не хочу тебя шокировать, — без улыбки ответил он.
Катя театрально округлила глаза и захихикала:
— Тьфу на тебя, Волков!
— Кроме шуток, в этом нет нужды. В этом году отмечаем в тесном семейном кругу. Отец с матерью обещали позже подъехать. Кто-то из партнёров точно заглянет, но в этом году обойдёмся без гранд-гостей.
— Знаешь, а в этом даже что-то есть, — прищурилась Катерина. — Местные таблоиды стопроцентно разнесут сплетни о том, сколько ты спустил на этот корпоратив. Могу помочь им с нарративом. Скажем: «В этом году миллиардер Волков закатил у себя в бизнес-центре новогоднюю VIP-вечеринку только для своих». Ну и как-то привлечём прошлогоднюю тему, чтобы выиграть на контрасте. Я ещё подумаю, как лучше это преподнести, чтобы у «пострадавших» обиженок из числа прошлогодних гостей зубы свело.
— Кать, оставь это. Не замарачивайся, — Андрей обвил рукой её талию и притянул к себе. — Такие уловки совершенно без надобности.
— Ну я же помочь хочу, — надула губы Катерина.
— Я знаю. И бесконечно это ценю. Но не развивай эту тему, прошу тебя.
— Вечно ты со своим багородством. Ах, это неправильно, это нечестно. Оставь ты уже это своё рыцарство! Твои партнёры-конкуренты так не мыслят.
— Я не обязан на них равняться.
— Да, но с волками жить… сам знаешь.
Его взгляд случайно выхватил из толпы Ольгу в синем обтягивающем платье, за которое она от него и получила нагоняй. Андрей улыбнулся про себя. Может, зря отругал — платье ей шло, да и обязанности свои она с тех пор выполняла с утроенной энергией.
Ольга заметила его, робко улыбнулась и кивнула. Он вернул ей приветствие и собирался что-то ответить Катерине, но не успел, потому что Ольга бросилась ко входу в залу, откуда ей навстречу вышла Евгения Станиславовна Миронова.
Которая выглядела так, будто перепутала праздничный вечер с офисными буднями. Белая блузка, серый брючный костюм и скрученные в узел волосы. Спасибо хоть не заколола свою буйную гриву карандашом, как частенько это делала.
Видимо, сегодня все решили так или иначе поиграть у него на нервах.
На то, чтобы добраться до роскошно убранной в честь новогоднего вечера главной лаунж-зоны, мне потребовалось время.
Подумать только, я трусила подниматься наверх!
При этом ничего такого по дороге сюда я не испытывала, но стоило войти в громадное фойе нашего главного здания, и на меня накатили прошлогодние воспоминания вкупе с чётким осознанием своего непрезентабельного внешнего вида. Я винила во всём окружение — мимо меня к лифтам в шлейфе брендовых ароматов бежали, смеясь и перешучиваясь, расфуфыренные коллеги.
Я привычно сливалась с интерьером и меня это полностью устраивало, но что будет там, наверху?..
Предчувствие какой-то неведомой катастрофы взялось буквально из ниоткуда и омывало меня своими холодящими волнами.
Господи, вот это называют приступами паники? Это она? И если да, что теперь делать?
Я поздоровалась с охранниками и девчонками на ресепшене, отошла подальше от лифтов и несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.
Миронова, соберись! Не позорься больше положенного. Просто поднимись туда, не контактируй ни с кем без необходимости, не обращай внимания на взгляды, расквитайся с бумагами, сдай их начальству и возвращайся домой.
Делов-то!
Но от таких перспектив я не приободрилась, а совсем наоборот — тихонько застонала и привалилась к стене гардеробной, куда ещё предстояло сдать куртку.
В итоге наверх я поднялась минут через двадцать, ещё какое-то время проторчав перед зеркалом в уборной, где бесконечно поправляла и одёргивала свой офисный костюм, будто таким образом он мог по волшебству превратиться в какой-нибудь более презентабельный наряд.
Наконец я отстала от своей одежды и, собрав остатки решимости в кулак, уставилась в глаза своему отражению:
— Очнись, Миронова! У нас тут не сказка про Золушку, и тыква твоя в карету не превратится. Марш наверх!
Погружённая в мягкое сияние зала поражала великолепием, и сразу становилось понятно, почему наша компания предпочитала свои корпоративы проводить, что называется, под родной крышей. Зачем тащиться куда-то всей громадной толпой, когда здание компании благодаря талантам архитекторов включало в себя сразу несколько площадок для мероприятий.
Нанимай необходимый персонал, декораторов, организаторов, устроителей и прочих — и вопрос решён. Исключение составляли разве что летние корпоративы, которые компания Волкова закатывала где-нибудь за городом, но это уже совсем другая история.
Пытаясь своим внутренним монологом заглушить совершенно невовремя одолевший меня мандраж, я сама не заметила, как миновала главный вход и угодила прямиком в объятья успевшей раззадориться коктейлем Ольги.
— Ну наконец-то! — прошипела она мне в ухо, обдав мягким ароматом цветочным духов. — Ты как? Только не ври, говори правду.
Само собой, о моей несостоявшейся покупке она узнала первой, но, скажем так, немного в ином свете. Потому что расскажи я ей правду, подруга потащила бы меня в магазин и сама заплатила бы за платье. Сорить своими деньгами ради наряда на один вечер я бы ей ни за что не позволила.
— В порядке, — улыбнулась я и заправила за ухо выбившуюся из узла чуть подкрученную ради праздника прядь. — Сама виновата.
— Надо было бронировать, — огорчённо вздохнула Ольга и закусила губу. — А что, ну вот совсем ничего на замену не смогла подыскать?
Я помотала головой:
— Вообще ничего.
— Слушай, ну а почему из проката ничего не взяла? Как в прошлом году?
— Из проката уже всё разобрали, — соврала я. — Оль, да мне, если честно, так даже удобнее. В конце концов я здесь сегодня, считай, по работе.
И я сама почти поверила в то, что так думала — вокруг все были заняты исключительно собой и теми, с кем общались. Ничего такого, чего я страшилась, в жизнь не воплотилось — никто на меня не глазел, не тыкал в меня пальцем, не шушукался у меня за спиной. По крайней мере, я ничего такого не заметила.
Мой взгляд невольно заскользил по толпе, и словно в насмешку над моими убаюкивающими недавний приступ паники мыслями наткнулись на выразительно насмешливый взгляд высокой брюнетки.
Катерина о чём-то ворковала с Волковым, на которого я приказала себе не смотреть, и выглядела, как всегда, сногсшибательно. На её фоне не то что я, даже огненная красавица Ольга чувствовала себя неуютно. Настоящая светская… пантера. Это определение ей больше шло — из-за цвета волос.
Под этим насмешливым взглядом моя рука невольно снова потянулась к борту пиджака, чтобы одёрнуть, поправить. Но я сжала пальцы в кулак и отвернулась.
Других мне, что ли, проблем не хватало? Переживать ещё, что думает обо мне нынешняя пассия моего начальника. Впрочем, что она думала обо мне в целом, я и так знала. Екатерина Сармина в борьбе мнений заняла место рядом с теми, кто в прошлогодних событиях винил исключительно меня. Экая неожиданность…
— Слушай, — Ольга тоже огляделась. — Давай я тебе коктейль соображу. У меня там знакомый сегодня колдует. Нафантазируем тебе что-нибудь необычное и зашибенное. Он в своём деле мастер.
Я вытащила из кармана телефон, чтобы проверить время. М-да, долго же я сюда добиралась.
— Оля, мне вообще-то в приёмную бы заглянуть. Вдруг бумаги уже…
— Три минутки, — решительно оборвала меня подруга. — Они роли не сыграют, а вот коктейль — очень даже.
— Думаешь? — усмехнулась я.
— Знаю! — припечатала Ольга. — Стой здесь. Там толкучка страшная. Я мигом.
И не успела я больше ничего возразить, как она растворилась в толпе.
— Ой, приве-е-ет, — протянули у меня за спиной, и я на время забыла и о бумагах, и об Ольге.
Обернулась.
В ответ на меня уставились немигающие глаза Самойлова. Рядом с ним маячил его рыжий приятель из финансового — Игорь Левин.