Лич, который взрывает воздушные замки (СИ)

— О-о-о, пошла жара… — почувствовал я слабое ментальное воздействие.
Мне показалось на мгновение, что я вижу вампирское поместье, которое очень хочу найти, но затем оно превратилось в характерный улей, внутри которого нас ждали воины мозгоёбов.
— Кейт, запускай электропривод, — дал я приказ. — Катрин, Грейс — готовьте огнемёты. Стрелять по команде.
Я тоже снял со спины тубус, но не реактивного огнемёта, а противотанкового гранатомёта.
— Огонь!
Стреляем одновременно.
Моя противотанковая граната врезалась в основание улья, а вот Катрин и Грейс попали в норы.
Попадание гранаты не нанесло особого ущерба, но вот мои телохранительницы основательно поджарили верхний уровень улья — пламя выходило почти изо всех нор, что вели на поверхность.
Такая немотивированная агрессия не должна была остаться без возмездия, поэтому очень скоро мы услышали частый шелест хитиновых конечностей.
— Кейт! — предупредил я и сам вскинул автомат.
Из нор попёрли мозгоёбы-воины, оснащённые острыми хитиновыми клинками, которые у них вместо конечностей. У них есть толстый хитиновый панцирь, который, наверное, почти неуязвим для холодного оружия. Только вот холодняк — это уже прошлое.
Самая габаритная моя телохранительница, у которой уже тихо крутился блок стволов пулемёта, инициировала пуск и во врага полетели сотни пуль.
Твари лезли упорно, но ни одна из них не подобралась ближе, чем на сорок метров.
Зелёная жижа, выплеснутая из хитиновых тел, стремительно впитывалась серым песком, а тела разлетались по местности коричнево-зелёными ошмётками.
— Прекратить огонь! — приказал я. — Дальше я сам! За мной!
Прохожу мимо трупа воинской особи. В длину эта тварь не более полутора метров, шесть конечностей, две верхние из которых — оружие. Поднимаю эту тварь одной рукой и оцениваю массу — не более тридцати килограмм.
Характерным отличием у воинской особи служит раздвижной хитиновый гребень, защищающий голову.
Несмотря на то, что мы положили тут около восьмидесяти воинов-мозготрахов, накал ментального воздействия всё не снижался, что означало наличие внизу, в глубинах улья, настоящего источника угрозы.
— Смотрите, что могу, — оглянулся я на своих телохранительниц. — Сейчас…
Терять мне больше нехуй, я не ограничен в применении магии стихий, поэтому скручиваю невербальную формулу сначала преобразования некроэнергии в энергию стихии огня, а после чего формулу заклинания «Огненный столб».
Буквальный столб пламени материализовался в метре от меня и устремился в ближайшую нору. Усиливаю подачу некроэнергии в первое заклинание, что сказывается на «Огненном столбе» — плотность потока становится выше, а жар начинаю чувствовать даже я.
— Будьте готовы, скоро попрут! — предупредил я телохранительниц.
Не знаю, что может гореть внутри этого улья, но он интенсивно задымил, а из боковых нор полезли рабочие особи. Немёртвые телохранительницы не стали хлопать варежками и быстро отстреливали всех дезертиров.
Я чувствую неестественную магическую мощь, которая захлёстывает моё сознание. Необоримая сила, диктат магии — теперь я понимаю, почему стихийники всегда эмоциональны и импульсивны.
Магическое пламя, действующее с вероломным нарушением законов термодинамики, продолжало распространяться по тоннелям улья, выжигая там всё, что может гореть.
А ведь с этими ублюдками, магами, мы до сих пор ничего толкового не придумали. При прямом боестолкновении они будут наносить нашим войскам тяжёлый ущерб, это почти неизбежно. Единственное, их можно контрить посредством заблаговременного устранения, но это так себе решение, ведь враги тоже не дураки и начнут прятать своих магов…
— О, что-то приближается!!! — предупредил я телохранительниц. — Что-то интересное!!!
Песок под нами заходил ходуном, осыпаясь местами в возникшие провалы.
Не прерываю заклинание, но внимательно смотрю за развитием событий.
— Грейс, Катрин, готовьте гранатомёты! — приказал я. — Это какая-то здоровая хреновина лезет прямо к нам!
Внутри улья, где-то под землёй, что-то глухо взрывается. Возможно, у этих тварей было подпольное производство метамфетамина или типа того… Ха-ха! Нет, это могли быть подземные газы или какая-то другая взрывоопасная хуйня, но это хорошо, что огонь добрался дотуда и устроил ублюдкам подземный объёмный взрыв.
 
Только вот источником локального землетрясения служил не взрыв.
В пятидесяти метрах от меня забурлил песок. Начала формироваться быстро углубляющаяся яма, из которой полезла здоровенная херовина, покрытая хитином и шипами. Морда её представляла собой сплошную пасть, полную активно двигающихся хитиновых шипов, а перемещалась эта тварь с помощью восьми тонких и длинных ножек, которые она освободила из земли.
— Огонь! — скомандовал я.
Два слитных взрыва, облако чёрного дыма, а затем яростный стрекот сотен насекомых. Наверное, всё-таки, мы зря доебались до мозготрахов…
Из песка начали вылезать десятки различных хитиновых тварей, мало похожих на воинов-мозготрахов, а также на работяг-мозготрахов. У некоторых тварей были полупрозрачные крылья, некоторые несли перед собой большие морды с хоботками, а некоторые, меньшинство, походили на гуманоидных созданий.
— Стреляйте по ним! Стреляйте! — заверещал я, передёргивая затвор своего автомата.
Дешёвая китайская копия Шай-Хулуда торчала из вырытой ямы и исходила ихором, медленно умирая от травм, вообще никак не совместимых с жизнью. Кумулятивные струи у противотанковых гранат не образовались, (1) поэтому у песчаного червя вырвало две секции хитиновой брони, и выпустило его кишки подышать свежим воздухом. Он более не боеспособен, война для него закончилась, поэтому больше мы на него не отвлекаемся.
— Время для новинок, — решаю я и отпускаю автомат.
«Колокол Смерти» — это заклинание, доставшееся мне от индусов, которых я раскулачил на предмет практических знаний. Суть его заключается в том, что формируется магический шар, издающий оглушительные звуковые волны, дезориентирующие врага. Это выгодно, когда противников много, поэтому сейчас самое время.
— Услышьте! — воскликнул я и поднял в правой руке эту полупрозрачную магическую сферу, пульсирующую с нарастающей амплитудой.
Звуковые удары становились громче с каждой секундой, пока не достигли травматической силы. Мои телохранительницы в шлемах, а вот эти твари, как я подозреваю, совершенно не готовы к хардкорному звуку.
И я оказался прав, потому что эти бедолаги быстро потеряли боеспособность. Некоторые из них упали в корчах, но большинство попыталось сбежать. Могущество звуковых волн отзывалось в моих костях резонансом, что не очень-то полезно, но это малая цена за то, что всё войско мозгоёбов выведено из строя и сейчас будет добиваться моими телохранительницами.
— Мочите их, пока они в ахуе! — выкрикнул я и начал разбрасывать «Кристаллы Смерти».
Через семь минут и сорок четыре секунды звуковой шар исчерпал заряд и звуковые удары резко прекратились, но, к тому моменту, всё уже было кончено.
— Надо дожигать, — решил я, рассмотрев обугленный и дымящий улей.
— Я сомневаюсь, что там мог кто-то выжить, — сказала на это Грейс.
— Это не входит в твои должностные обязанности, — покачал я черепом. — Разверните портал — надо забрать все эти тела и сдать их Захару, пусть посмотрит. А я подумаю, что можно тут сделать.
Мозгоёбы — это настоящее проклятье для любого региона. Они как гигантские муравьи, способные трахать мозг любому приближающемуся к улью существу, убивать его и потом утаскивать бездыханное тело в недра. Что они делают с телом дальше? Жрут, ебут, жгут или хоронят? Да хрен его знает. Делают что-то одно, а может, всё одновременно.
Стою, опёршись на ствол автомата, и размышляю.
Спалить бы тут всё дотла, обрушить к хуям, но тогда будет непонятно, убил ли я всех обитателей этого ублюдочного улья…
Если не убил, то они обязательно размножатся и восстановятся, что будет означать, что я не довёл дело до конца.