Феникс. Путь Легенды (СИ)

— Ну, говори же, смелее! — передо мной сформировался туманный образ «папани» с четко подсвеченными красными буркалами. Я недоуменно наклонил голову. Для божка это выглядело, будто «сломленный смерд» не решается заговорить с таким могучим и великим «им», по крайней мере, я на это сильно надеялся. По факту же, я осматривал неповрежденную ритуальную фигуру, которая без ключевого элемента (меня то бишь) не могла начать полноценно впитывать скрытую в песках мощь, но постепенно накапливала в своих контурах-глифах разлитую в воздухе энергию. Сука, ну я понимаю, «просветленное будущее» — пси и торжество прогресса, с антиматерией наперевес, знаний по магии нет и брать их неоткуда (хотя эта сучность уж точно должна быть крайне осведомленной) — но даже не напрячься от непонятной хуйни, сбацанной на коленке твоим врагом, грубо говоря, в месте крайнего сосредоточия твоих же сил… Или меня ждет где-то дикий наеб, или «папаня» сказочный долбаеб.
— Твой разум свободен от моей силы, ты можешь вновь мыслить и говорить. — могу-могу, уродец, но не буду. Я лучше пока нащупаю свои заблокированные силы и помозгую, как освободиться не только разумом… А вместо меня, такого маленького и беззащитного, с «батяней» побазарит рукотворная шиза.
— Чего вылупился, мразота пиздоглазая? — произнесли мои губы, скривившись в презрительной ухмылочке. «Ой, бля…» — Ты спрашиваешь, что со мной случилось? Почему сейчас я не хочу биться в экстазе лишь от одного твоего лика? Подставляй очко, мудила, я тебе сейчас объясню, как со мной злодейка-Судьба обращалась!
Слепок моего сознания получился, походу, не совсем адекватным. И управлять им сейчас напрямую будет сильно палевно, ибо «боженька» вновь напрягся, снова начав нести свой речитатив, стараясь промыть «мне» мозги до хрустального скрипа. Репер недоебанный, мать его я в клетке видел… И все бы ничего — обманка отлично принимает на себя весь спектр ментальных воздействий от разошедшегося божества, но вот осталось ей жить явно недолго. У меня есть максимум минута, до того как ложное сознание само расскажет врагу о моей хитрой уловке. Шикарно, сука. И вновь вариантов действий у меня строго ограниченное количество — всего два, блять. Вот только что-то сильно сомневаюсь, что за минуту я успею разблокировать свои силы. Гадство, ебань и конченая хуета прям преследуют меня.
Оставшийся вариант сулил мне существенные проблемы в случае неудачи — неожиданно, да? Нащупав связь со своим антидемоническим питомцем, в девичестве бывшим цепью, я убеждаюсь, что «папаня» так и не смог выколупать ее из своей реальной плоти — уж больно она навострилась скрываться в телах врагов. Вот только «папаня» не какой-то вшивый демон, а полноценное божество, и поэтому моя дорогая цепочка сидит, как мышь под веником, то бишь боится лишний раз даже шевельнутся, не говоря уже о «враждебной» активности… Иначе практически стопудовая смерть. Попрощавшись, командую ей нанести божественной плоти как можно больше ущерба, забив на маскировку. Пару секунд я выиграл, вот только какой ценной…
Выкинув лишние мысли, сосредотачиваюсь на себе, заглядывая глубоко-глубоко внутрь своей сути, а после всей душой желаю оказаться в тесных объятьях Вселенной. Я не могу сбросить ограничение Отца в его же домене, но если я, так сказать, сделаю шаг в сторону? Отойду на обочину, при этом оставаясь одной ногой на дороге? Время остановилось. Остался «я» и то, чем я являюсь. Моя память, мои ощущения… Я выворачивал себя наизнанку, вспоминая, как ощутил единение со Вселенной, как потихоньку становился частью ее, куском многомерных необъятных течений энергий… как я собирал себя по каплям, впитывая дармовую, ластящуюся ко мне, силу Внебытия, Начала и Конца, кристально чистую мощь первородной энергии. Окружившие «меня» цветные океаны с радостью поделились с маленьким собратом частичкою себя, позволив мне полностью сбросить липкие нити тьмы, выжирающие мои способности. Да-да, вот такой вот «папаня» интересный собеседник — чистит тебе кукушку, ласково внушая нужные мысли и образы, заодно по чуть-чуть надкусывая и обсасывая душу собеседника. Может, я для него сладость неибических масштабов? Или он спецом решил начать трапезу с моих сил, дабы я даже не имел возможности взбрыкнуть по-взрослому? Честно говоря, глубоко похуй, ибо убивать я его буду, причем с гарантией, а за что — уже не важно. Я сконцентрировался на телесных ощущениях, и время вновь начало свой привычный бег по кругу, дабы дать мне всеобъемлюще прочувствовать всю прелесть необдуманных поступков и скоропалительных решений.
 
Круговорот разноцветных огней, калейдоскоп энергий и дикая боль от разрушения физической основы тот час родили желание выплеснуть весь негатив вовне, что я незамедлительно и сделал. Прямиком из моей падающей в густую кровь тушки ударил жаркий малиново-оранжевый огненный протуберанец, своей температурой воспламеняя иллюзорный воздух домена на сотни метров в округе. Само кровавое озеро густым пеплом устремилось вверх, чтобы чуть позже осесть черно-серым снегом на блестящие оплавленные барханы. Протуберанец потух так же внезапно, как и вообще появился, но свое дело выполнил — малиновое пламя жадно пожирало все вокруг, не спеша угасать. Языки пламени вздымаются к звездным небесам на сотни метров, ток раскаленного воздуха рвется все выше вверх, еще сильнее распаляя огонь с каждым мгновением… А после в мою черепушку пришла тишина и звенящая пустота от того, что я только что провернул — легко и непринужденно буквально стал частью всего сущего, вычеркнув себя из привычной реальности лишь одной силой мысли и своей волей. Волна багрового пламени прошлась по моей надкусанной душонке, залечивая повреждения и попутно уничтожая ментальные и астральные «божественные» закладки в моем «я».
«Время-время-время» — рваным пульсом билась краткая, но важная мысль о края моей черепной коробки. Разгоняю восприятие до предела — стоит обдумать свои дальнейшие действия. «Батя» меня боится и ему же от моего величества что-то нужно. Что-то очень-очень нужно, стоит уточнить. Вопрос на миллион — что? Пока в сторону — нет данных. Приму как факт, что это «что-то» довольно ценное, может даже, лишь для Отца, мда… Вдруг он гребанный фашист-фетишист и собирает невинных попаданцев в свою коллекцию… Мысленный процесс споткнулся, когда интуиция подкинула парочку догадок и образов «на подумать». Действия «Жаба» в моем втором родном мире, местами одинаковые ауры того же «Жаба» и местных псионов, приторный привкус пси-силы Отца — да он из меня хочет сделать своего эмиссара! Душонка «Жаба» даже на последних жизненных силах пыталась съебаться к своему повелителю… И не даром это «суко всемогущее» вопросики про гильдию и Родину завело — понравилась ему старая-добрая матушка Земля с перспективной «Ареной Миров». Это ж насколько свои владения можно увеличить… Вывод — мне крышка и так, и этак, плюсом идет лишь то, что сразу меня убивать не станут. Но это не точно, да. Да и что хуже — смерть или вечное рабство у такого «повелителя»? Для меня вопрос решен, причем давно — я сдохну стоя, чего бы мне то ни стоило, чем буду хоть перед кем-то пресмыкаться в коленопреклоненной позе…
Вглядываюсь во Вселенную, вновь возвращая себе видения многомерных энергий. Тысячи мощнейших, но кратких импульсов прочесали окружающее в поисках противника, и я облегченно выдохнул — чисто. «Батяни» не оказалось как на месте свежепрожаренного кровавого озера, как, в принципе, и в зоне обзора — небось испугался до усеру, побежал подгузники менять. Трус, однако. Могущественное и древнее ссыкло, мать его… Побоялся вновь материализовываться хоть частично рядышком со мной, хватило одного раза, да. Хитрожопое и очень опытное существо, стоит добавить, — нельзя недооценивать своих противников. А значит, паранойю выкручиваю на максимум и быть готовым к любой подлой атаке.
Я полностью исчез из домена Отца, на миг став лишь пучком жесткого когерентного излучения, развеяв свою физическую оболочку целиком и без остатка. Но, как в той песне, — я уходил, чтобы вернуться! И воздать заслуженных пиздюлей одному совсем нехорошему типу. Появился я уже в центре ритуальной фигуры, зарядив ее под самую крышечку халявной энергией. Фигура замерцала багрово-синими глифами рун, паря едва осязаемым туманом из моей маны и пси, который оседал липким конденсатом на абсолютно черный песок. Если бы кто-то мог заглянуть под эту «магическую» пленку, то заметил бы, что она пустила корни, с каждым ударом моего сердца уходя вглубь песка как минимум на метр. Корешки были тоненькие и хрупкие, ломающиеся от любого усилия, но их было миллионы… а уж после того как я начал начитывать первые слова древнего ритуала, зажигавшие сами границы ритуального чертежа ярчайшим белоснежным светом, корни рывком утолщились, пустив множество боковых побегов, и их стало миллиарды. Сила густым чистым светом заструилась по всему магическому ритуалу, наполняя его центр плотной, концентрированной маной, из которой секундой позже родилось багровое, жаркое пламя, теплым ватным одеялом окутавшее мою призрачную фигуру.