Под защитой твоей нежности (СИ)

Потом совсем осмелела. Мои пальцы спустились к шее, потрогали кадык, ямочку между ключиц. Добрались до волос на груди вера, ощутили их шелковистость на мощном мужском теле, от которого шло приятное тепло. Я вздрогнула, когда Жак перехватил мою ладонь, а он поднес ее к своим губам и, поцеловав каждый палец, бережно прижал к груди.
Чуть погодя Жак отнес меня в спальню на руках. Надев после душа новенькую ночную рубашку, я посетовала, что полюбившаяся мне майка, скорее всего принадлежавшая моему Волку, осталась на пляже. Будет жаль, если утонет. Только я забралась в кровать, дверь открылась — пришел Волк. В пижамных штанах… Мое сердце испуганно затрепыхалось, в голове завертелась куча страшных предположений: зачем он пришел?..
— Прости, я понимаю, что пугаю тебя, но придется тебе привыкать ко мне в своей постели. Пары всегда спят вместе. Хорошо? — ответив на мой невысказанный вопрос, Жак лег рядом и взял меня за руку.
И пусть я сомневалась в этом утверждении, не была готова «спать вместе», молча привычно покорно кивнула.
Удивительно, но заснула я быстро и со спокойным сердцем, и с мыслью, ошеломляющей в своей рискованности и бесстрашии: «Лучше вновь ошибиться и умереть, чем быть бессловесной и вечно дрожащей тварью. Так почему бы мне не поверить только одному — своему Волку?! Паре! Которого слишком долго ждала и встретила наконец. Жуткому, сильному, мудрому и в тоже время заботливому и нежному. Моему!» И впервые уверенный, согласный отклик волчицы вторил этой мысли: чувства зверя никогда не лгут, в чем за десятки лет плена я убедилась много-много раз.
Глава 7
На роскошном ковре с мягким высоким ворсом, зеленой полянкой раскинувшемся посреди просторной и светлой гостиной, оказалось очень удобно и комфортно сидеть. А еще с интересом сродни детскому и таким же удовольствием распаковывать целых три коробки, которые час назад мне принес Жак. Сегодня шестой день с момента нашей встречи и каждый из них был лучше предыдущего, ярче, неожиданней, добрее.
Сказка становилась все более реальней и осязаемой, ведь мой Волк не расставался со мной дольше, чем на несколько минут и постоянно касался, поглаживал, целовал руки, объяснял, показывал, рассказывал. И, что не менее важно и ценно, привлекал к самым необычным для меня занятиям. Учил готовить и начал с самого простого, на его взгляд, блюда — омлета. Как оказалось, готовить для себя, по своему личному вкусу — это сплошное удовольствие. К тому же — еще и капелька уверенности на будущее, что я стану вполне самостоятельной женщиной, способной о себе позаботиться. Ведь раньше готовила прислуга, я даже не представляла, как пользоваться плитой и сковородкой или как вскипятить воду.
За двадцать восемь лет плена в моих знаниях о жизни, быте и даже происходящем в мире образовалась огромная дыра. А за последние пятнадцать — я, наверное, безнадежно отстала от жизни и теперь на многое смотрю как туземец на цветные бусики и зеркальце, с восторгом и жадным, но весьма опасливым, напряженным любопытством.
Жак будто бы нащупал скрытую в моей душе щель в окружающий мир, которая с каждым открытием становилась шире, сквозь которую на свободу лезли природное любопытство и жажда жизни. Кошка, которую кусает змея, боится веревки, так говорили на моей родине. Но несмотря на дикий, мучительный страх совершить ошибку, за которую накажут, я маленькими шажками шла вперед, раз уж пообещала себе довериться своему Волку. Потому что, если не он, моя пара, — тогда больше некому верить! Да и незачем!
Поэтому я старательно, порой неимоверной силой воли, переступаю через свои страхи и учусь жить заново. Вот и сейчас, спиной, особенно плечом и бедром ощущаю прижимающееся ко мне мужское тело, его тепло и терпкий аромат, от которого с восторгом скулит у меня внутри волчица. И как ни странно ощущать это еще и кожей, — несокрушимую силу и надежность моего вера. Меня по-прежнему пугают чужие запахи и резкие звуки, трепещет душа и громко стучит сердце в присутствии мускулистого Жака, но, благодаря стремлению каждого оборотня найти себе пару, я, еще и с одобрения моей волчицы, привыкаю к нему. Она буквально заставляет меня доверять именно ему, только ему.
 
Когда на второй день Жак, готовивший ужин, сунул мне в руки нож и попросил нарезать овощи для салата, я с минуту тряслась, уговаривая себя, что это не коварная игра, не проверка на вшивость, что за ошибку не ударят по пальцам или не полоснут по горлу. А мой Волк тем временем отправил рыбу в духовку запекаться и стоял спиной ко мне, посматривая на телевизор и помешивая на плите восхитительно пахший лимоном и зеленью соус. Конечно же, он чувствовал мой страх, видел мое состояние, но дал время собраться и выполнить, в общем-то, простую, а для меня — сложнейшую задачу.
С того дня и повелось: под руководством «кормильца» мы вместе готовим. Я сперва и подумать не могла, насколько объединяет кухня, насколько крепкую веревочку доверия между нами «ножи и вилки» протягивают…
— Жмешь на эту кнопку и ноутбук включается, — отвлек меня от приятных мыслей Жак. — Подожди, ему надо время, чтобы загрузиться…
Внушительная ладонь лежала поверх моей руки, передвигая ее в нужные места и управляя. А сам Жак все плотнее словно обволакивал меня, нависая, но уже, кажется, не сильно «давил» своей фигурой и сущностью на психику. Очень медленно, но я действительно привыкала ощущать его всегда и везде рядом, близко-близко. И при этом не сжиматься в каменный, испуганный комок.
— Для чего он нужен? Этот… ноу…
— Ноутбук — это переносной компьютер, ты знаешь, что это такое?
Я виновато качнула головой, но Жак не дал мне расстроиться от осознания собственной ограниченности, спокойно пояснял, нажимая на кнопки с буквами:
— Вот тут специфический электронный блокнот для записей, плюсом идет телевизор, здесь возможность общения с кем угодно, и неважно, где этот «кто-то» живет…
Жак показывал кучу цветных картинок, новостных каналов и даже фильмов. Я восторженно и шокировано смотрела на монитор этого замечательного устройства, казавшегося мне волшебным, и боялась дотронуться, вдруг сломаю! Рядом дожидались своего часа еще два не менее занятных аппарата: мобильный телефон, или смартфон, и айпод, или, как пояснил Жак, электронный музыкальный проигрыватель. Он даже на него тысячи музыкальных произведений разных жанров и направлений «закачал» и теперь я в курсе этого «новомодного» слова для «туземки», которая пятнадцать лет даже телевизор не видела, а последний год обходилась лишь старой пижамой.
А Жак продолжил демонстрировать мне возможности фантастического девайса, как он его назвал, поясняя каждое свое действие. Спустя час я «набрела» на захватывающе интересный документальный фильм про исследователей морских глубин и, затаив дыхание, любовалась потрясающими воображение видами подводного мира. Они были такими красивыми и невероятными, что я вскоре поймала себя на том, что невольно улыбаюсь, глядя на экран. А ведь даже и не помню, когда последний раз улыбалась так широко и не задумываясь о последствиях.
 
Я обернулась к Жаку, наверное, подсознательно хотела разделить с ним радость и замерла, поймав его пристальный взгляд. Он наблюдал, казалось, всем телом нависал надо мной, а я, чуть приподняв голову оказалась в самой беззащитной позе, с открытым горлом. Мы замерли глаза в глаза, его теплое дыхание касалось моего лица, а взгляд, темный, жадный, какой-то буквально голодный, едва ли не осязаемо ласкал меня. Тонкие губы поджались, кадык дернулся, будто Жак сглотнул. Я услышала звук треснувшей ткани, краем глаза заметила, что волчьи когти, выросшие на его пальцах, прорвали толстый ковер в паре сантиметров от моего колена. Видно, вер до судорог в пальцах хотел дотронуться до меня, но не позволил себе, и с помощью когтей сдерживается.