Какого биджуу я теперь волшебник?! (СИ)

— Гарри, разве ты не смотрел дополнительную литературу? Насчёт чар Терри совершенно прав, я тоже об этом читала. А вот слово «Трансфигурация» было предложено в восемнадцатом веке Эмериком Свитчем — он, между прочим, написал тот самый учебник, по которому мы учимся. До этого трансфигурация не была выделена в отдельный предмет, и все превращения назывались «fantasy», то есть «вымысел, фантазия, сила воображения».
В общем, всё дело оказалось в банальной лени переделать бланки задания. Типа «так уж повелось».
Но раскрытием этого «секрета» мои друзья, к сожалению, не удовлетворились.
После нашего обеда Гермиона настояла, чтобы мы всё-таки пошли к Хигэканэ и рассказали о том, что Хагрид проговорился и как нейтрализовать цербера вероятный вор знает. Рон интересовался, насколько ценен этот философский камень, и Драко прочёл целую лекцию, что это уникальный алхимический ингредиент, который мало того, что превращает любой металл в золото, но и на его основе можно сделать эликсир жизни и стать практически бессмертным. Гермиона подтвердила, сообщив, что Николасу Фламелю — создателю философского камня — и его жене больше шестисот лет.
Возле учительской мы столкнулись со Снейпом-сенсеем, и Драко спросил у него про директора, который частенько бывал там — в башню с горгульей идти не очень-то хотелось, да и пароля мы не знали.
— Директор Дамблдор отбыл в Министерство до завтрашнего дня, — внимательно посмотрев на нас, сказал сенсей. — Что у вас за дело к нему?
Тут Гермиона хотела сказать о камне, но Рон дёрнул её, перебив.
— Нет, ничего, мы просто так, — и потащил нас из коридора. А потом пояснил свои действия, что профессор Снейп ему никогда не нравился и он может быть заодно с вором. К тому же зельевару наверняка хочется такой философский камень себе.
Драко явно разозлился из-за Снейпа, и они с Роном поругались недалеко от входа в гостиную Гриффиндора. Ладно, что почти никого не было.
Ну как «никого» — Невилл был. Его тоже посвятили в проблему похищения философского камня. И даже время они дружно определили — сегодня после отбоя. Так как всё совпадает: и директор уехал, и про «Пушка» вор знает, и заняты все сейчас под завязку, кроме разве что первокурсников.
— Я с вами пойду, — сказал Невилл ещё до того, как мои друзья произнесли фразу типа «ночью идём спасать философский камень».
— Ты-то нам зачем? — подбоченился Рон.
— Если я помогу спасти камень, то, может быть, директор или сэр Николас разрешат немного… Сделать целебный эликсир для моих родителей, — сказал мертвенно-побледневший Невилл. Он выпятил губу и пригнул голову, явно готовый отстаивать свою точку зрения и свои мотивы до конца.
— Но там могут быть ужасные ловушки! И трёхголовый пёс! И этот вор! — воскликнула Гермиона.
— Вот поэтому ты с нами точно не идёшь, — сказал я своё веское слово, понимая, что дальше молчать и откладывать нет смысла. — Во-первых, ты — девочка, во-вторых, ты — магглорождённая и не имеешь защиты в магическом мире. Если тебя исключат за эту вылазку, то тебе некуда будет пойти. К тому же, ты сообразительная и в случае чего сможешь нас прикрыть. Идём я, Драко и Невилл. Рон тоже останется.
— Почему это я останусь?! — возмутился Уизли.
— Извини, но, если ты забыл, у тебя магический контракт, — напомнил я. — Вдруг понадобится замереть, а у тебя, раз ты бодрствуешь и явно потратил на безделье свои три часа в сутки, магия шибанёт. Ты нас выдашь. К тому же, вчетвером мы будем делать слишком много шума, и нас обязательно поймают. Плюс, мы с Драко и Невиллом живём в одной комнате, Блейз нас точно не выдаст. А у тебя три соседа, которым придётся объяснять, где ты был после отбоя. Три — это оптимальное число участников миссии. Драко достаточно подготовлен. У Невилла — серьёзная причина.
— Не переживай, Уизли, если нам дадут за это какое-то материальное вознаграждение, то мы с тобой обязательно поделимся, — хмыкнул раздувшийся от гордости Драко, как всегда видевший самую суть «проблемы».
В нашей комнате ребята до вечера обсуждали, что да как, Гермиона немного тренировала Драко и Невилла открывать замки и спешно повторяла им заклинания, которые могли пригодиться. Блейза не было — он любил погулять и поразвлекать девчонок — малолетний Джирайя, блин. Я проверил свои запасы: лекарства, кунаи, свитки с мелочёвкой.
 
Когда вернулся Блейз, Гермиона и Рон ушли. Я попросил их вести себя как обычно и отправляться спать.
— Блейз, если что, ты спал и ничего не видел, — сказал Драко, когда часы на Астрономической башне глухо отбили десять вечера.
— Ага, — понятливо задёрнул свой полог Блейз и сонно пробормотал, — я вообще уже полчаса, как крепко сплю. Устал после недели экзаменов.
Он на самом деле почти мгновенно уснул. Чудо, а не сосед!
Мне осталось достать из свитка мантию-невидимку.
— Мы спрячемся под ней и незамеченными дойдём до места, — тихо сообщил я.
Несколько минут парни молча, но восхищённо осматривали артефактную одёжку, потом мы немного потренировались идти под ней втроём дружно и ровно. Хорошо, что мы ещё мелкие, наверное, если были бы выше, пришлось бы чуть ли не на корточках идти, и такой толпой точно не спрячешься. К тому же — чем меньше народа знает о том, что у меня есть мантия-невидимка, тем лучше. Хорошо, что я не поленился запечатать её в свиток, когда возвращался после того ритуала с Кибой.
В гостиной сидел Рон, видимо, решил караулить нас и уговорить взять с собой, не знаю. А может, хотел удачи пожелать. Мы прошли мимо него, не выдавая себя, и покинули башню Гриффиндора.
* * *
Дверь в комнату Кибы была отворена настежь. В последнее время мой друг ещё подрос и занимал большую часть пространства. Да и после ритуала я даже не подумал заковать его снова в цепи. Во-первых, в имеющиеся двери он всё равно не пролезал, во-вторых, Хагрид кормил его из коридора и особо не совался. Ну и усыпительная магия никуда не делась. Как раз тихо играла золотая арфа в углу, показывая, что усыпить Кибу попытались.
— А где же цербер? — удивлёно пробормотал Драко мне на ухо.
Мы вошли в комнату с люком и прикрыли за собой дверь. Я снял мантию, компактно свернул и запечатал её в свиток.
— Кто знает? — расплывчато ответил я на закономерный вопрос.
Не рассказывать же о «встроенной» в уши Кибы мини-печати с воском, которая срабатывает через несколько минут музыкального воздействия?! Мой пёс слишком беспомощен в этом случае. И у него был приказ уходить в свой мир при подобной попытке «акустической атаки». А воск потом вытряхнуть или выковырять можно, не страшно.
Невилл дёрнул кольцо и открыл люк, заглянув в темноту.
— Тут нет ступенек. Интересно, насколько глубоко?
Я сел на край и сконцентрировался, пытаясь направить ошмётки моих сенсорных способностей вниз.
— Глубоко, до земли футов сорок, не меньше, но внизу что-то растёт, — выдал я вердикт через пару минут.
— Это если мы на третьем этаже, то ход ведёт сразу в подземелья? — подсчитал Драко. — И как спуститься?
— Я спрыгну, — мужественно сказал Невилл, — я, когда маленький был, то думали, что я сквиб, и меня дядя Элджи напугать хотел, чтобы магия проявилась, из окна выставил за ноги. А потом уронил… Случайно. А я как мячик попрыгал по земле.
— Думаешь, что и в этот раз станешь… мячиком? — с сомнением протянул Драко, снова заглядывая в люк.
— Думаю, я с помощью своих «воздушных шагов» смогу нас затормозить, — сказал я, расстраиваясь, что не догадался о какой-нибудь верёвке. У Хагрида можно было что-то и попросить, только сегодня у него видел неплохое снаряжение. — Но только кого-то одного.
 
Драко посмотрел на Невилла, потом на меня.
— Я не боюсь, — гордо вскинул он голову, закусив губу, кажется, сейчас расплачется от досады.
— Никто не думает, что ты боишься, — утешил его я. — Но… — я выразительно посмотрел на нашего насупившегося друга-Лонгботтома, — родители — это святое.
— Я понимаю… — поник Драко. — Жаль, что я так и не взял метлу с собой в школу.