Внебрачный ребенок (СИ)
— Да… — я слабо кивнула. — Помоги.
Я хорошо разбиралась в настройках телефона, но в голове сейчас была такая каша, что я не справилась бы даже с элементарными действиями. А судя по решительному настрою Роберта он не собирался покидать мою комнату, разговора нам не избежать. Так пусть лучше займется делом, чем я буду переносить данные под его пристальным взглядом, и дрожащими пальцами тыкать в экран телефона.
Шалимов присел на край кровати, открыл коробку, извлек из нее новенький смартфон, и с серьезным лицом принялся за дело. Поджав пальцы на ногах, я сидела рядом с ним, и не сводила глаз с его рук, думая о том, почему мы встретились с Робертом именно сейчас? Неужели он и в самом деле полюбит Сафину?
Когда я узнала о своей беременности, меня долго терзала совесть, что придется скрывать ото всех имя настоящего отца моего ребенка. По ночам мне снились глаза Роберта, которые смотрели на меня с осуждением, а я просыпалась после таких кошмаров в холодном поту. С огромным трудом я забыла о той ночи, и мужчине, ставшим моим первым любовником. Запретила себе вспоминать и думать о нем, вырезала этот кусочек из жизни, решив начать все с чистого листа. Жизнь потихоньку наладилась. А сейчас я будто перенеслась в прошлое и чувствовала себя рядом с Робертом той наивной, потерянной глупышкой, которая не ведала, что творит, когда согласилась помочь сестре.
— Готово, — он протянул мне аппарат спустя пять минут. — Вай-фай я подключил. Данные из приложений восстановить сама сможешь? Синхронизацией пользуешься?
— Смогу…
Я периодически следила за новинками электроники и угадала эту модель. Она была очень дорогой. Сама бы я не позволила купить себе подобную вещь. А еще было жаль денег, которых и без того всегда не хватало. К тому же телефон, который я вчера разбила — не первый мой потерянный боец, а все данные и контакты я периодически сохраняла и синхронизировала, на случай вот таких форс-мажоров.
— Я знаю сколько стоит эта вещь. При первой же возможности я верну тебе деньги, — его взгляд сделался ледяным, а челюсти плотно сжались, но я сделала вид, что не заметила этого.
Никаких денег и подарков я принимать от него не буду.
Едва сим-карта успела пройти регистрацию в сети, как на телефон пришло несколько сообщений, а затем раздался звонок.
— Быстров? — спросил он.
Я подняла глаза и посмотрела на Роберта, чувствуя, как ладони моментально сделались влажными. Он наклонился и взял меня за руку, повернув телефон к себе, и нахмурился еще сильнее, увидев, что мне действительно звонил Быстров. Я собрала всю свою волю, чтобы дрожь, которая била меня, не прорвалась сейчас наружу.
— Ты не мог бы выйти? — сдержанно попросила я. — Мне нужно с ним поговорить.
— Уверена? Может быть будет лучше, если это я сделаю вместо тебя? — на полном серьезе сказал он.
— Нет, спасибо. Ты и так сделал очень много щедрых поступков. Больше ничего не нужно, — я не смогла сдержать язвительных ноток в голосе. — После того как поговорю с Пашей, хочу обсудить кое-что с тобой.
Шалимов лишь коротко усмехнулся в ответ, и кивнул на мою руку, которая сжимала телефон.
— Нам в любом случае через несколько дней встречаться с ним на объекте. Что бы ты сейчас ему не сказала, мое решение на счет тебя и Сафины неизменно. Лучше тебе самой обрадовать его новостью о своем скором замужестве. Или это сделаю я, — он говорил бесстрастно, казался спокойным и хладнокровным, а я с каждым его новым словом чувствовала, как во мне закипает гнев, а внутри что-то дрожит.
Роберт вышел, но перед тем как выйти, окинул меня долгим задумчивым взглядом, задержав глаза на моих голых плечах. После разговора с Быстровым, я решила, что направлюсь в кабинет Шалимова, чтобы устроить ему разнос. Ни о каком замужестве и речи быть не могло в нашей ситуации! Что он о себе возомнил? С какой стати все решил за меня и моего ребенка?
— Фух, Полина, наконец-то! Я на уши пол города поставил. Командировку отложил. Домой к вам приезжал. Алене твоей звонил, но она трубку даже не взяла! Во все больницы названивал всю ночь… Тихомировых заставил понервничать… Что случилось? Ты где? Куда пропала с ребенком? С тобой все в порядке?
— Относительно… — тихо произнесла я, понимая, что Шалимов все же загнал меня в угол. — Я с Сафиной у Роберта…
— Что? — резко выкрикнул Быстров.
В динамике послышалось его частое и шумное дыхание, а я поджав губы, прикрыла глаза, представляя в эту секунду лицо Паши.
— Повтори, что ты сказала! Где ты находишься? У Шалимова?
— Да, ты не ослышался. Я с Сафиной у него. Ты вчера уехал из ресторана, Леся сразу же ушла следом за тобой, наговорив мне гадостей, а Роберт отдыхал с компанией друзей в этом же месте, когда мне стало нехорошо…
— Повтори еще раз, где ты? У этого… Быть этого не может… Я не верю своим ушам, Полина… — разочарованно произнес он. — Леся наговорила тебе гадостей?
Сказать, что Шалимов хитростью привез меня к себе домой означало разжечь скандал между мужчинами, а я хотела этого меньше всего. Неужели и здесь Роберт все просчитал? Знал, что я не стану разводить шум и грязь, дабы не показывать дочери дурного примера? Нет, нам и в самом деле есть о чем поговорить!
— Да. Леся много чего мне сказала, но дело сейчас не в ней. Сафина… Я не могу позволить…
— Чего позволить, Полина? — грубо перебил меня Паша, теряя контроль. — Погоди… А может быть не все так просто, а, Поль? Может быть у тебя есть чувства и интерес к отцу своего ребенка? Ну ты бы так сразу и сказала! Что ты меня как осла на веревке за нос водишь-то? Я тебе помощь предлагаю, стелюсь ковриком у твоих ног. А ты потопталась на мне и к другому пошла? Такая твоя благодарность за все, что я для тебя сделал?
— Перестань, Паша… До появления Шалимова это как раз ты занимался нечто подобным! Никаких обещаний мне не давал, о будущем со мной не говорил. Я же ни слова не произнесла тебе в укор, ни намека не дала, что нам пора перейти на более серьезный уровень! Думаешь я о семье не мечтала? Еще ребенка родить не хотела? Но мы встречались втайне ото всех на твоей квартире целых два года и тебя все устраивало! И знаешь… Я даже понимаю, почему ты это делал, зачем держал меня на расстоянии. Потому что интересы ребенка для тебя были важнее меня! Вот и для меня настал этот момент, когда они оказались превыше всего, — к моему изумлению, я произнесла последние слова совершенно спокойно.
— Так понимаю выбор свой ты сделала? — его голос из холодного превратился в совсем ледяной.
Не я его сделала, но говорить об этом Паше я не хотела. Он все равно меня не поймет. И будет считать виноватой. Эта мысль еще больше укрепила во мне решимость. Так или иначе нам всем троим необходимо время, чтобы разобраться в сложившейся ситуации.
Молчание затянулось, и когда я собралась сказать ему, что сделала выбор и останусь рядом с дочерью, Паша сбросил звонок.