Клан Одержимого (СИ)

«Фууух, успел!»
Я снова встал на нос и закричал.
— Элааййннааа, это я Девииитт! я плыву к тебе!
— Девитт! Как же я тебя жду! Плыви скорее ко мне! Аарт, — она закричала куда-то за спину, — иди скорее сюда. Девитт вернулся!
Через секунду рядом с не стоял мой кузен и махал мне платком в руке.
— Эй, братишка рад тебя видеть! Где ты был?
— Сейчас поднимусь на палубу и расскажу! — радость переполняла мое сердце, я так ждал этой встречи с близкими людьми.! — Аарт прикажи готовить корабль к отплытию, поднимай паруса, у нас крупные проблемы.
Я покосился на лоцмана, но похоже того интересовали только деньги. Он усиленно греб до корабля оставалось еще метров сто пятьдесят.
— Капитан, свистайте всех наверх, мы отправляемся! — я услышал властный крик Аарта.
Внезапно в следующее мгновение я увидел огромный столб огня по центру корабля в том месте, где только что стояли Элайна и Аарт!
Плеск волн поглотил звук чудовищного взрыва. Он ударил по перепонкам так сильно, что мне казалось, что я нахожусь в самом центре грозового облака, исторгающего из себя гром.
Я инстинктивно зажал ушные раковины руками. Взрывная волна ураганом прокатилась во все стороны над поверхностью моря от эпицентра. Нас качнуло и развернуло вбок так, что я опрокинулся на спину, лоцман потерял весла.
Казалось, что вывернутый парус нашего яла лопнет посередине.
Мое сердце сжалось и превратилось в сплошной комок боли.
Сотни тысяч кусков деревянной обшивки, мачт, палубы и фрагменты тел моряков сначала взметнулись в небо, а потом начали падать вокруг нас, шлепаясь о воду с отвратительным звуком. Лоцман пригнулся и в страхе прикрыл голову локтем.
Я стоял контуженный на четвереньках и пытался разглядеть корабль за рассеивающимся облаком дыма.
Но теперь там, где только что находилась Сеньора де Анточа плавала куча обломков. И ни одного пассажира или члена экипажа.
Я хотел орать, но легкие свернула судорога от горя и осознания, что я только, что всё потерял.
И я не мог ни кричать, ни вдохнуть. Я бил кулаками по борту и из моих глаз лился град крупных слез, которые я не хотел останавливать.
Я вспомнил того самого первого мстителя, родоначальника нашего клана, потерявшего свою семью.
Он чувствовал тоже самое в минуты, когда узнал о гибели своей семьи.
Как же это тяжело переносить. Понимать, что я не успел совсем чуть-чуть, было хуже самой смерти.
Они умерли мгновенно. А я остался жить. Для чего?
Чтобы мучиться всю оставшуюся жизнь от потери близких?
Не успел, не спас, не уберег.
В моей голове родилась клятва.
Я Савва Филатьев, бывший сисадмин из Москвы, обещаю, что Папа Римский Лев Х и Маркиза Дария де Альба ответят за содеянное. Они заплатят очень большую цену.
Не нужно было меня злить. Не нужно было трогать моих друзей. Не нужно было убивать мою любовь.
Мне больше нечего терять. Совсем нечего. Теперь я без тормозов. Я разрушу все что им дорого.
Я лишу Папу Римского и католическую церковь их влияния в Европе, а потом в мире. Маркизу ждут черные времена. Я не воюю с женщинами, но она сама загонит себя в клетку ко львам.
Я — элитио, пришедший с Востока из Клингенбурга для того чтобы повернуть ход истории. Так говорил наш прародитель клана, так говорил мой отец.
Я передумал насчет неспящих. Я вернусь и приму их предложение. Но только теперь это будет совершенно другой клан.
Инквизиторы меня считали одержимым? Прекрасно! Теперь я действительно одержим идеей мести. Я создам новый клан, объединяющий мстителей и неспящих.
Я буду строить, новый клан в каждую минуту. День и ночь, пока не создам самую могущественную силу — мощнейший в мире клан. И это будет мой личный клан. Клан Одержимого.
Я не видел, как далеко за моей спиной на пирсе стояла лошадь с всадником в темно-синем балахоне. Он появилась там почти сразу после того, как мы отплыли на своем ялике. Никто не знал этого человека и не видел его здесь раньше. накинутый на голову капюшон скрывал лицо.
Блеклый свет Луны лишь совсем немого освещал кончик носа.
 
Всадник тоже наблюдал картину порохового взрыва, уничтожившего в одночасье один из кораблей на рейде.
В момент взрыва лошадь дернулась и загарцевала на месте, цокая копытами.
Животное настолько испугал раскат взрыва, что оно сначала подсело на задние ноги, а потом лошадь попробовала рвануть с места в галоп от страха.
Всаднику пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать свою гнедую кобылу в узде. Когда ему это удалось — сидевший верхом человек отвел поводья влево, заставляя лошадь выписать круги на месте, то на его лице промелькнула торжествующая улыбка. Никто не мог с точностью сказать кому принадлежала эта улыбка. Мужчине или женщине.
  
Иллюстрации. Вид на Розенлаарь. Куда попал Савва Филатов
 
Питер Брейгель, "Охотники на снегу" (Возращение с охоты). Сюжет построен на попадании в эту картину.
Рис. 1 Кафе "у Оленя". Савва попадает в тело Девитта в 16 век, во Фландрию.
Рис. 2 Первым бежит Девитт с пикой в руке. Он слева на картине.
Ему кажется, что его преследуют собаки.
Рис. 3 Мужик режет кусты у подножия холма
Рис. 4 Монах Бартель Тиельманс на дороге.
Рис. 5 Пожар за Центральной Ратушей Розенлааря в доме Элайны и Себастиана.
Из трубы валит дым, люди тушат огонь.
Рис. 6 Монастырь и предел наместника инквизитора.
Рис. 7 Вдалеке панорама на замок барона Виллена Ван Туйль.
  
Глава 23
 
Прошло ровно два года с тех пор, как Сеньора де Анточа была взорвана на моих глазах. Я хорошо помнил, что сразу после взрыва над морем сгустились тучи и начался ужасный шторм, потопивший и выбросивший на берег десятки других кораблей.
Тогда я не знал, что я явился причиной этого шторма. Мой гнев вызвал его. Моё внутренний источник давал невероятное количество силы и энергии.
Позже я узнал, что дождь в декабре, потушивший пожар в доме Элайны, смерть барона Ван Туйля от удар молнией, шторм в день гибели «Сеньоры да Анточа» это все результат действия моего магического дара.
И мне предстояло научиться им пользоваться очень избирательно.
Я сидел за столом и занимался подсчетами. Получалось отлично. Теперь у меня достаточно ресурсов. Бизнес приносил баснословные барыши.
Ганзейцы не очень понимали, как торговать с русскими. Они все равно считали нас дикарями.
Им нужен был кто-то, кто объяснит, что наши бояре и князья не аборигены в пустыне. Мы уже семь веков как приняли христианство, строили свои города и расширяли государство со своими правилами и законом.
Европейские торгаши поначалу пытались привозить в Новгород самое барахло, и продавать его нам за золото и серебро. Хотели брать рабами и рабынями, но мы свободные люди. Не бывать этому.
Побывав там, в Европе, я знал, что нам нужны торговые отношения другого типа.
Я заявился в контору Ганзы в Новгороде и сообщил, что готов удесятерить их доходы от торговли и увеличить объем поставляемых товаров, если они возьмут меня в советники и будут действовать в соответствии с моим планом.
Поначалу представители Ганзы отнеслись к моему предложению скептически, и чуть было не прогнали меня, но жажда получить дополнительные тысячу процентов прибыли сделали свое дело.