Константа (СИ)

– Поймите меня правильно, – задумался он и скрестил перед собой руки. – Так ли важна на самом деле реальность ваших воспоминаний?
– В каком смысле? Конечно важна! Что за глупые вопросы? Тебе разве хочется жить во лжи, в кем-то навязанной реальности, где все выборы были сделаны за тебя? – Евгений осмотрел грязную кухню и Алексея в помятой домашней одежде. – Посмотри вокруг, неужели ты доволен жизнью, которую для тебя избрали? А я ведь знал тебя другим – уважаемым профессором, учёным с куда более счастливой судьбой.
– Но я этого не помню.
– Зато я прекрасно помню!
– Что с того? Для меня не существует другой судьбы, я её попросту не знаю. Я могу витать в фантазиях и придумывать себе жизнь успешного человека, только реальной для меня она никогда не станет. Важно лишь то, что здесь и сейчас. Вот скажите, Евгений, где это чудесное прошлое существует в реальной жизни, как я могу его пощупать, попробовать на вкус? Прошлое – это всего лишь эфемерное представление человека о пережитом когда-то опыте. Оно существует только в наших головах в виде определённого набора воспоминаний. Даже каждый из нас как личность представляет собой огромный комок, слеплённый из памяти о прошлом, на основе которого принимает решения в настоящем. Вот я и спрашиваю: в чём отличие ваших воспоминаний от моих? Чем они хуже? Пусть они другие, но для меня они такие же реальные, как и ваши. Понимаете? В конце концов, откуда такая уверенность, что и ваши воспоминания не результат чьих-то манипуляций? Вам они кажутся настоящими, а вдруг они тоже возникли только сегодня?
Алексея чрезвычайно увлекла эта игра разумов. На время он даже забыл обо всех несчастьях, что выпали на его долю, и с тоской вспоминал о том давнем времени, когда мечтал стать учёным, пока его жизнь не пошла под откос. Но потом он заметил угрюмый, задумчивый взгляд Евгения и с виноватым видом понурил голову.
– Простите, – добавил он уже вполголоса.
– Нет-нет, ты прав, – успокоил его Евгений. – Прошлого не существует. Всё никак не привыкну к этой мысли. Ты не первый, кто сегодня говорит мне об этом, и ты прав, что не стоит цепляться за прошлое, это не имеет смысла. Ведь меня привело сюда вовсе не оно, а страх перед будущим.
– Вы не единственный, – с горечью в голосе подтвердил Максимов. – Сейчас все испытывают чувство неопределённости, страх перед завтрашним днём, война пугает многих.
– Да, но только я видел, чем она закончится.
– Что, вы и будущее предсказываете?
– Будущее, прошлое, настоящее – это совершенно неважно, – отмахнулся Евгений и сокрушённо добавил: – Я видел варианты развития этих событий – чудовищный ядерный взрыв в центре города, который уничтожил всё на своём пути. Я видел начало конца, Алексей, и это повторится вновь, я точно знаю.
– И как же вы выжили? – с недоверием и окончательно запутавшись, спросил Максимов.
– Я и не выжил, – произнёс Евгений совершенно обыденно.
Алексей не знал, что ответить на такое странное заявление своего гостя, и уже подумал о том, что затевать спор с очевидным безумцем было не лучшей идеей. В голове промелькнула мысль незаметно выскочить из кухни и постараться сбежать из квартиры, чтобы позвать на помощь, но нечто неуловимое удерживало его от последнего шага. Максимов даже предположил, что чужое безумие может быть заразно, и он поддался искушению узнать конец этой истории.
– Не волнуйся, мне уже не впервой, – с грустью подтвердил Евгений после затянувшейся паузы. – Каждый раз мир перестраивался заново и возвращал меня в новом месте и с новой жизнью. В какой-то момент я всё-таки смирился с этим. Безропотно наблюдал, как мир меняется, как мимо меня проносятся чужие судьбы, но постоянно замечал, как реальность тускнеет с каждым днём, как приобретает всё более уродливые формы. Мир не просто преображается, он увядает, необратимо движется к своему концу. Ты не поверишь, но ещё недавно, где-то неделю назад или больше, не было никакой войны, но с каждым новым воплощением обстановка становилась всё более напряжённой, пока не вылилась вот в это. А потом этот взрыв… – Новиков поднял взгляд на Алексея. – Во мне что-то перевернулось в тот момент, я больше не мог оставаться безучастным. Рано или поздно это повторится вновь. Я знаю это, чувствую, что конец всё ближе, и тогда не останется больше ничего, только ядерный пепел в бесчисленном количестве новых миров, если они вообще будут существовать. В любую секунду этот цикл может прерваться, Алексей, мы слишком близко подобрались к краю бездны. Я… я никогда не боялся смерти, но это… это пугает.
 
– Ого, какие устрашающие предсказания. Вы прямо источаете фатализм. Вот так живёшь и не подозреваешь, что происходит за гранью реальности, – с недоверием ответил Максимов. – Но почему вы один помните о «прошлом», так сказать, а другие нет?
– Не один. Как минимум я знаю ещё одного человека, способного замечать происходящие изменения, но он, к сожалению, не справился с такой ношей и сошёл с ума.
– Охотно верю, – чуть слышно пробубнил Алексей.
– Ты спрашивал, почему именно я? – Евгений сделал вид, что не заметил ремарки своего собеседника. – Если бы я только знал, Алексей, если бы… Именно поэтому мне нужна была помощь одного из умнейших людей, кого я только встречал в жизни.
Неумышленная лесть сработала, и на лице Алексея расцвела робкая улыбка. Он выпрямился и расправил плечи, словно увядший цветок, стремящийся навстречу тёплым лучам редкого солнца.
– И вы это поняли по одной только лекции, о которой упоминали?
– Порой этого достаточно. В конечном счёте просто так человека профессором не назовут, не так ли? – С грустью в голосе Евгений улыбнулся в ответ.
– Но я…
– Да-да, ты не профессор и даже не преподаватель, я помню. Во всяком случае, сейчас. Однако я надеялся, что в твоей памяти оживёт частичка прошлого. Настоящего прошлого. Как это бывало раньше.
– Простите, – виновато ответил Максимов. – Но знаете что, Евгений, мне ваша безумная история кое-что напомнила. Простите за «безумную», не подобрал подходящий эвфемизм.
– И что же она напомнила?
– Для начала давайте уточним, правильно ли я понял. Вы пытаетесь убедить меня в том, что через небольшие промежутки времени мир полностью меняется и люди этого не замечают? И что раньше мы были знакомы, но я об этом тоже забыл?
– Примерно так, только мир меняется не полностью, а частично.
– Насколько частично? Вы же говорите, что никто не помнит о прошлом, тогда получается, что как минимум человеческий мир меняется полностью.
– Да, но город тот же, люди те же, друзья, знакомые. Сцена та же, только актёры забыли свои роли и играют уже другой спектакль, образно говоря. С другой стороны, ещё совсем недавно у меня были жена, дочь, счастливая жизнь… – Евгений печально усмехнулся.
– Хм… – Алексей задумчиво почесал свою неухоженную бороду. – Действительно, и грянул гром.
– Что? Какой гром? – не понял Евгений и повернулся к занавешенному окну.
– «И грянул гром», Рэй Брэдбери, – удивлённо ответил Максимов. – Вы что, не читали? Это моя любимая книга. – Он поймал растерянный взгляд Евгения и недовольно буркнул: – Чему вас только в школе учили? Что, и кино не смотрели? Удивительно. Про «эффект бабочки» хоть слышали?
– Про это слышал, да. Малейшее изменение в прошлом может привести… – Евгений прервался, его глаза округлились, и он вскочил на ноги. – Ты хочешь сказать…
– Нет-нет-нет, – прервал его Максимов и замахал руками. – Ничего такого я не хочу сказать. Я не верю во всякие перемещения в прошлое, машины времени и подобную фантастику. Ваш рассказ просто напомнил мне о любимой книжке из детства.
– Но почему?! – воскликнул Евгений.
– Почему напомнил?
Новикова сильно воодушевили слова Алексея, а глаза заблестели в предвкушении новых открытий под мощным водопадом идей, обрушившимся на его голову. Евгений так разволновался, что на время перестал дышать. Казалось, что перед ним разом открылись тайны мироздания, что он нашёл ответы на все вопросы, давно терзавшие его разум. Вот оно, объяснение его несчастий!