Продавец ’кондитерки’ (СИ)

С картой было просто — у меня остался второй экземпляр диспозиции артиллерии и ещё одна карта местности гораздо более подробная чем в штабе. Каюсь не сдал, потому что знал толку не будет сейчас же у меня было на чем планировать нашу операцию.
На вход я решил всю роту не брать и оставить с ротным обозом караул. В обозе оставалось продовольствие и надо было кормить батальонных жен.
Прикупили ещё продовольствия и вьюки на тех лошадей, что мы брали с собой. Со мной уходило полсотни рядовых и один из сержантов. До района, где были наши цели было сорок миль по прямой. Но Вы уже знаете на войне никто по прямой не ходит и кривая всегда короче и безопасней прямой. Ориентировочно на всё я отводил четыре дня. Дал последние инструкции остающемся в карауле и письменный приказ запрещающий передавать фургону кому-либо так это моя личная собственность. Так же письменно запретил передавать кому-либо караул над продовольствием и ценностями. Единственный человек кто может сменить караул был указан командующий армией.
У меня опять были так мне понравившиеся двуствольные капсюльные пистолеты — но теперь я выкупил две пары пистолетов. Мушкет я не стал брать. Долго перезаряжать и тяжесть ненужная у меня в подчинении пятьдесят рядовых, вооруженных мушкетами это гораздо больше, чем я буду изображать из себя снайпера. Офицер воюет подчиненными, а не лично. уходящие попрощались с женами и мы ушли в ночь. мундиры мы не меняли и никакой маскировки не применяли. Попасть в плен можно очень просто война маневренная сплошной линии фронта нет и если в плен попадешь без мундира, то тебя повесят без разговоров — таковы правила войны. Попадешь в плен по форме то тебя могут и обменять.
Переход ночью это всегда рулетка и сбиться с дороги можно и нарваться на вражеский пикет тоже можно. Поэтому со мной ушли лучшие /старые браконьеры и воры/и те и другие работают по ночам и привыкли во тьме искать дорогу и не сбиваться с направления.
Так и шли патруль из четверых рядовых впереди затем основная колонна с вьючными лошадями и патруль из четверых рядовых сзади, что бы в спину не ударили.
Шли в полной темноте не зажигая огонь. За ночь надо было пройти двадцать миль и выйти в район за флангом французских войск. в том районе я решил поставить лагерь и разослать патрули по округе в поиске наших артиллерийских рот.
После обнаружения и разведки атаковать уже потом. Так у нас получилось. По крайней мере в назначенный район вышли без стычек с французами. Разбили лагерь. Позавтракали. После инструктажа — пять патрулей ушли на поиск. Пошли расширяющимся веером, чтобы охватить как можно более территории.
За патрули я был спокоен и рухнул поспать. Назначив караул и оставив сержанта для контроля за постами и караульными. Кроме того, приготовление обеда и уход за вьючными лошадями тоже было на сержанте.
У патрулей была инструкция действовать максимально осторожно и не засветиться. Французы совсем не дураки и после потери карты с
диспозицией артиллерии они должны сменить позиции. Если все осталось на своих старых местах, то это значит — что не французы идиоты. Это значит нас ждет засада. И пушки просто приманки. Потому и был приказ патрулям максимально осторожно искать пушки. И по обнаружении сразу же вернуться назад с докладом. К вечеру патрули вернулись. Обе артиллерийские роты были на старых позициях и на тех позициях шло буйное веселье. всё было так как я и думал — нас ждет засада и захватить пушки мы вряд ли сумеем хорошо если заклепаем. Но заклепав пушки мы хоть и выполним задание но всё равно оставим лазейку для недоброжелателей которые и будут тихонько разводить гадкие слухи, что мы не до конца выполнили задание.
Надо было придумывать какой ни будь фокус что бы отвлечь засаду на другое направление. Развернул карту и позвал сержанта и трех рядовых наиболее опытных охотников. В карте они оказалось ничего не понимают. тогда выбрал песчаный участок и стал воспроизводить обстановку в масштабе на макете местности. Так мои охотники разобрались лучше меня и сделали образцовый макет прямо диорама.
 
Получался треугольник скажем прямоугольный треугольник и в дальней вершине была артиллерийская рота для нас не имеющая значение и не участвующая в засаде на нас. На тех позициях не было демонстративного веселья. Интересующие нас пушки были условно говоря в ближних вершинах условного треугольника. Теперь надо было найти, где сидит засада. Следующим утром патрули опять ушли на поиск засады. И они нашли роту вольтижеров и эскадрон улан, которые были в середине условного треугольника и были на равном расстоянии от каждой из ближних вершин треугольника.
План был следующий — патруль из четверых рядовых демонстративно атакует артиллерийскую роту в дальнем углу условного треугольника и когда засада уходит на выручку к дальней вершине треугольника. Мы двумя группами атакуем наши цели — две артиллерийские роты вооруженные британскими пушками и гаубицами захваченными у Ла-Корунны . И затем после захвата этих рот мы начинаем быстрый отход к основным силам британской армии. Отходим максимально тихо, что бы не спугнуть засадные силы которые будут отвлечены нашим патрулем. В группу отвлечения засады пойдут рядовые, которые могут держаться верхом и только добровольцы. У них отход будет дольше и маршрут сложнее. Но всё равно несмотря на опасность у них есть реальный шанс вернуться. Приоритетно захватить и пушки, и гаубицы и вывести наши трофеи к основным силам. Наш успех заткнет рты недоброжелателям и не даст возможности распускать слухи. Трофеи будут на лицо, и победа будет полная. Это немного отступления так сказать лирика.
На захват пойдет по двадцать рядовых под командой сержанта и одну группу приму я. Оставшиеся шесть рядовых будут вторым заслоном между нами и засадой.
Построил всех и произнес речь. Про себя я ажно прослезился от гордости за свое красноречие. Но воодушевило моих рядовых не то, что о нашем подвиге узнают в Лондоне, а тройная норма спиртного после успешного завершения нашего дела. Ирландцев не перевоспитать.
У меня были часы — три штуки. Вот и я раздал часы — старшему отвлекающей группы и сержанту который командовал второй группой захвата. Сверили часы и отвлекающая группа ушла к артиллерийской роте в дальнем углу условного треугольника. Затем и мы тронулись к своим позициям, с которых мы собирались атаковать назначенные цели. Сигналом к атаке был выход из засады эскадрона улан и роты вольтижеров. Как только они клевали на приманку — атаку отвлекающей группы. Мы с сержантом вели наши атакующие группы на назначенные цели.
Нам дико повезло. Французы зазнались и даже не предполагали, что они не одни такие умные. С первыми же выстрелами — уланы рванули к отвлекающей группе туда же развернувшись в цепь ушли и вольтижеры. Мы молча в полной тишине рванули к позициям французских артиллерийских рот и нам опять повезло на позициях были вусмерть пьяные французские артиллеристы / два дня пили понемногу и все равно получилась грандиозная пьянка. Мы никого даже не убили совсем пьяные были погружены в фургоны. Ездовые приведены в чувство и под угрозой немедленной смерти в случае отказа помогать подготовили упряжки, и мы стали выводить трофеи к своим. Удача была запредельная мы взяли в трофеи восемь пушек и шесть гаубиц и теперь быстро гнали захваченное к своим позициям. И самое главное мы взяли орла нет не так Орла артиллерийского батальона. И взяли командира этого батальона и теперь надо было донести захваченное до основных сил.
Почему именно Орел / знамена у французов отобрали, что бы они не потеряли и оставили в Париже/ остался только орел именно этот Орел и был самой желанной добычей любого британского военного — неважно офицера или рядового. После того как мы построили колонны и начали марш— мы опять разделились по новому с каждой колонной ушло по десять рядовых в качестве конвоя. Я же и двадцать шесть рядовых остался прикрывать отход и
шел в арьергарде. Уланы могли вернуться у них была выше скорость они верхом и попытаться восстановить статус — кво. Мы же должны были помешать уланам любой ценой. такого везения я не мог ожидать — французы так и не поняли, что произошло и дали нам фору в три часа. они могли бы догнать но лошади уже устали и ещё мы . На след уланы вышли правильно и даже пошли бодро в погоню только залпа в упор не ожидали и не зная нашего количества тормознули и начали правильную осаду. Пока они искали фланги я свистком передал команду собраться, и мы стали отходить группой. периодически давая залп. Стреляли мы что бы привлечь внимание улан и отвлечь их от мысли догонять наших товарищей. Так мы и шли то бегом то шагом уводя за собой погоню.