Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)
— Нет-нет, — успокаиваю его, как глупая. Дура! Надо было сказать, что порвал! А потом целую неделю лежать и болеть! А ведь… Это и так будет. Месячные у меня болезненные. — Это просто… Знаете… У девушек раз в месяц.
— Блять, — обозлённо кидает.
Вздрагиваю.
Мне сейчас влетит?
Или он расстроился, что планы все коту под хвост?
Хех…
Теперь я начинаю благодарить месячные.
Издевательства над мужчиной доставляют мне особое удовольствие.
Жалко, что это редкое явление…
— Ладно, хорошо, что это обычные критические дни, — разочарованно и всё ещё недовольно отходит от меня.
Жутко хочется поднять платье, показать ему красивые сексуальные чёрные трусы. Чтобы опять возбудился. А я ему… Нельзя! Красная армия!
Но… Я же не дурочка.
Хотя про себя над ним смеюсь.
— Ну, вообще… — переминаюсь с ноги на ногу. — Вопрос глупый, но… У вас не найдётся здесь прокладок или?..
— Нет, — цедит сквозь зубы, отмахиваясь. — Этого я не предусмотрел.
— А чего теперь делать?..
Он тяжело вздыхает.
— Съезжу в ближайший магазин.
Слава богам! Я не умру от стыда, когда замараю своими реками крови этот прекрасный дом!
Явно не рассчитывающий на такой вечер Басманов стремительно разворачивается на пятках и летит на выход из зимней веранды.
— Позвоню из магазина. Будь на связи.
Я киваю, хотя не представляю, как он это сделает. У него номер вообще мой есть?
Неважно. Но это очень приятно. Ну, что он не послал меня и не стал орать, что это мерзко. А молча решил съездить за прокладками. Правда… У него выбора нет. Иначе я всё измажу кровью.
Ой, а этого точно не хочется…
Оттягиваю платье на попе и мечтаю провалиться сквозь землю. И что мне теперь делать до его приезда?
Булат
Баб у меня было много. Дохуллион. Но ни одна не приходила ко мне во время этих дней. И, сука, у меня такое впервые. Уж точно. Особенно то, что я стою в женском отделе, смотрю сурово на прокладки и жду, когда дело решится само.
Тут, блять, выбора больше, чем в баре с алкоголем.
И все разные.
Дневные, ночные…
Интересно, если дневные ночью напялить, она в кровавую Мэри превратится или что? Какого хрена они вообще подразделяются на время суток?
А что за капли эти?
Рекомендуемая доза валокордина, которую я должен принять, чтобы их купить? Вытерпеть?
Слышал, в ПМС бабы вообще ошалелые.
Берегов не видят.
А если так припомнить, была одна у меня… Точно, была. Секса в эти дни хотела жутко. Кидалась на меня, как Тарзан на лиану. Я опасностей не боялся, но в море её красное вошёл. В душе и только в презике.
Такое омерзение было.
А здесь по-другому. Я был удивлен.
У меня такие планы, блять, были. Наполеоновские! Но, как и Наполеон, просрал всё. За меня в мою жизнь неожиданно внесли коррективы.
И ничего с ними не поделаешь.
Но есть вариант, что Ульяна побудет ласковой кошечкой. Вдруг она, как та дурочка? Захочется ей… Возможно.
Загадывать уже не буду – нахрен. Ничего с этой девчонкой у меня не работает.
Даже прокладки купить не могу.
Вот и какие тут брать?
Осматриваю полки. Жесть какая-то. Они тут с ромашкой есть. С ромашкой! Для успокоения нервов? Или чай пить?
Из-за каких-то кусков ваты застреваю. Всегда решал все проблемы быстро, чётко. А тут…
Достаю телефон, звоню Ульяне. Номер у меня её есть, нашёл.
— Кто? — слышится из динамика взволнованный голос.
— Я.
— А откуда?..
— Неважно. Какие тебе прокладки нужны? Их тут дохреллион. Я не различаю. Только по цветам, пока ещё не дальтоник.
— Мне тампоны, пожалуйста…
Тампоны. Пиздец.
Оборачиваюсь, снова выпадая в осадок. Их не меньше.
— Вопрос прежний. Какие?
— Ну… Две капли и четыре.
Ясно.
— Это явно облегчает дело, — говорю с сарказмом. Одна ситуация разъярила меня до предела. — Я понял. Сам выберу.
Отключаюсь, закидывая телефон в карман пальто. И скидываю в корзинку тампоны всех видов. Она их засовывать в себя будет, да? Бесполезная херня. Я мог бы попробовать заткнуть её членом, как пробкой шампанское или вино.
Боже, Басманов, у тебя такая дурь в голове.
Тебя вообще раньше это бесило. И кривило.
А сейчас что изменилось?
Секса давно не было
Очень давно.
Недели две? Три? Сколько я уже на эту блондинку передёргиваю?
Пыхтя от злости, ещё немного хожу по магазину.
И через час приезжаю домой. Ожидаю увидеть реки крови, перепачканный дом. Но слишком бурная у меня фантазия. Всё спокойно, всё хорошо. Нахожу Ульяну в её комнате. Лежит на двуспальной кровати, на боку, свернувшись калачиком.
При виде меня подпрыгивает.
— Держи, — передаю ей полный пакет разных тампонов. — Ищи сама. Как сделаешь все свои дела… спускайся, поужинаем.
Опустив взгляд и приняв пакет, не глядя, крошка кивает.
И в секунду вся злость проходит. Смущается.
Ладно, хрен с ними, с месячными. Мы здесь явно не на одну неделю. Да, точно. Теперь мы здесь надолго…
Глава 35. Басманов
Глава 35. Басманов
— Не ходи.
Останавливаюсь.
Зубы трещат от силы, с которой я их сжимаю.
Тяжело выдыхаю, стараясь сдержаться и не надрать зад этой девчонке.
— Не дыши, — опять недовольно слышится из-под одеяла на диване в гостиной.
Офигела. Девчонка офигела.
— Если я тебе мешаю в собственном доме, сидела бы у себя, — гаркаю на неё, начиная закипать. Я на пределе. Вот-вот рвану, как спящий вулкан.
Я в очередной раз пожалел, что вообще воспользовался ситуацией и обманом затащил сюда. Хоть говори, что всё в порядке, и пинком под зад отправляй обратно в столицу.
Долбаный бабский ПМС.
В собственном доме мне нельзя ходить и дышать.
Вышел попить воды.
Я и так, как какой-то лох-затворник, сижу в своём кабинете, работая дистанционно. Стараюсь вообще не видеть жгучую блондинку с охрененно желанным телом. Меня даже её месячные не останавливают. Хочу трахнуть уже, и всё. Столько времени без секса хожу, что яйца вот-вот лопнут.
Издевательство.
Скоро могу смело отращивать бороду и идти в церковь.
Воздержание почти три недели!
— Там душно, — сопит под одеялом недовольная особа.
— А вылезти из своего кокона не думала? — всё же дохожу до кухни, совмещённой с залом, и достаю из холодильника прохладной воды. Выпиваю залпом. Бесит всё.
— А так холодно будет.
Пустая пластиковая бутылка сминается в пальцах. Характерный звук хруста пластика разлетается по комнате.
— И ты пришла сюда ебать мне мозг?
— Нет. Мне одиноко.
Улыбнувшись, всё же подхожу к ней со спины. Обнимаю комок, завернутый в одеяло.
— Так ты пришла сюда найти компанию в моём лице?
— Уйди, — шипит на меня. — Тут телевизор на фоне говорит.
Неврастеничка.
Вздохнув, отрываюсь от неё. Слишком я добр. Но я же насилия не хочу. Не хочу ведь?
Дурдом. Уже говорю сам с собой.
Залезаю в холодильник, достаю пакет со сладостями. Возвращаюсь обратно к дивану, достаю первую попавшуюся шоколадку и бью ей легонько по одеялу.
— Сим-сим, откройся.
Тишина.
— Хорош выделываться. Глянь, что я тебе принёс.
Одеяльце чуть приподнимается, и из-под него появляется рука, что живо хватает шоколадку и утаскивает под ткань.
Замолчала.
Только шелест упаковки слышится. Жуёт.
Фух. Хоть ненадолго замолчала.
— А с клубникой есть? — её будто переключает, и вместо недовольного тона из её уст льётся сладкий голосок.
Шарю по пакету.
— Какого она цвета?
— Розовенькая.
Достаю шоколадку в обёртке розового цвета. Ага, с клубникой. Снова повторяю манипуляцию, и опять проворные пальчики утаскивают лакомство под одеяло. За обе щёки трескает.
Встав с кресла, с чувством выполненного долга возвращаю пакет в холодильник. Разбирать лень, а девчонка не торопится это делать, страдая от мучительных дней.