Дочь кузнеца, или Секреты Средневековой стоматологии (СИ)

Мой давний ненавистник принял позу святого с иконы. В одной руке он держал небольшое распятие, которым потрясал на протяжении всей своей речи. Другую руку старый ханжа театрально возвёл вверх, словно взывая к небесам. Заговорил он громогласно, с истерической интонацией.
- Хвала Вседержителю! - возопил священник. - Довелось мне дождаться того дня, когда приспешница самого Сатаны предстала перед святой инквизицией. Слов не хватит, чтобы описать все гнусные её деяния. Проживая в деревне нашего прихода, с юности творила она беззакония. Была уличена мною в пагубном колдовстве. Без благословения святой церкви врачевала болящих заговорёнными зельями! Со своим низкородным отцом они принимали скорбных телом людей, и под видом врачевания совершали с ними магические ритуалы. Я самолично узрел в их доме ужасные орудия, изготовленные по наущению дьявола! Чарами своими они затмили разум даже владетеля земель наших, высокородного графа де Богуна. В дар ему преподнесли чёртово изделие, якобы для облегчения мук. И доверчивый граф поддался искушению! Кроме того, могу сообщить, что девица Лидс не соблюдала церковных установлений, отказывалась от исповеди и не посещала святую мессу. Вся округа может подтвердить: она ведьма! Мало того, сия дочь блуда и меня пыталась ввергнуть в геенну огненную, соблазняя на плотский грех своими колдовскими прелестями! Но молитвами святыми мне удалось избегнуть столь низкого падения!
Я не смогла смолчать, услышав это. Вскочив со скамьи, я закричала в отчаянии:
- Это ложь! Он сам домогался меня! Сам толкал на грех! Клянусь вам!
- Молчать! - гневно воскликнул председатель суда, ударив своим молотом по столу. - Обвиняемая, тебе не позволяли говорить! Тебе дадут последнее слово перед приговором. Если ещё раз посмеешь нарушить ход заседания, я отдам тебя в руки палача!
Мне ничего не оставалось, как молча выслушать эти слова.
- Мы услышали вас, преподобный отец Стефан. Займите место на скамье свидетелей. Суд продолжается! Я хочу ознакомить святых отцов с другими обстоятельствами дела. При мне пересланные из высокого Рима письма от священников из разных провинций Шотландии. В посланиях сих сказано, что девица Лидс в пособничестве со своим женихом, лекарем Портером, пребывая в пределах владений короля Александра, творила пагубные деяния. Святые отцы пишут, что она заражала оспенным гноем здоровых людей во славу сатаны. Лира Лидс, признаёшь ли ты это обвинение?
- Ваше святейшество! - я заломила руки от волнения. - Это правда. Мы прививали оспу здоровым. Но только так можно было остановить страшное поветрие! Сам король Александр прошёл через эту процедуру! Он выжил, как и сумел устоять его народ. Это вовсе не колдовство, а последнее открытие медицинской науки! Я невиновна в грехе чародейства!
- Итак, обвиняемая признала указанные факты, - констатировал председатель. – Есть ли у тебя, Лира Лидс, свидетели, которые могли бы замолвить слово в твоё оправдание?
Я лихорадочно перебирала в уме всех своих покровителей. На графа де Богуна ссылаться бесполезно, его уже выставил очарованным отец Стефан. Кто ещё сможет дать показания о моей невиновности? Мысли скакали, как бешеные кони. В голову лезли фразы из далёкого прошлого. В памяти ни к селу ни к городу вспыли слова из дурацких голливудских сериалов: «Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас...». Я попыталась привести мысли в порядок.
- Ваше святейшество! – обратилась я к архиепископу. – Мою невиновность может подтвердить мой жених, лейб-медик королевского двора Шон Портер. Мы были вместе во время врачебной миссии в шотландском государстве, и он может доказать, что принятые нами меры остановили поветрие в тамошних землях!
- Этот свидетель отклоняется! – вновь стукнул своим молотком председатель. – Шон Портер не может быть допущен к показаниям, поскольку состоит в связи с обвиняемой и сам принимал участие в осуждаемых церковью деяниях. Итак, братья мои во Христе, теперь вам слово. Каково будет мнение святого суда великой инквизиции? Что скажут достопочтенные отцы об участи обвиняемой?
 
Первым заговорил старый монах, сидевший по правую руку от архиепископа. Его голос показался мне не столь противным, как истерическая речь ненавистного отца Стефана.
- Я ознакомился с обстоятельствами дела перед процессом, - заявил он. - В оправдание подсудимой могу сказать, что, действительно, поветрие в землях шотландских остановлено, и доказательство тому — письмо короля Александра к нашему государю Генриху. Конечно, болезнь в тех краях стихла благодаря божьей воле, а не деяниям подсудимой. Но я считаю, что такой исход говорит в её пользу. Единственная, по моему мнению, её вина в том, что на лечение соседнего народа не было испрошено благословение святой церкви. Думаю, подсудимая не заслуживает казни. Достаточно отправить её на покаяние, заточив навеки в дальний монастырь.
- Я не согласен! - воскликнул другой монах, сидевший слева. Мы от отца Стефана достаточно услышали слов о колдовстве, чародействе и блуде. Эту напасть следует выжигать огнём и мечом в пределах наших! Святое Писание говорит нам: «Не должен находиться у тебя проводящий сына своего или дочь свою чрез огонь, прорицатель, гадатель, ворожея, чародей, обаятель, вызывающий духов, волшебник и вопрошающий мёртвых; ибо мерзок пред Господом всякий, делающий это, и за сии-то мерзости Господь Бог твой изгоняет их от лица твоего». Если сегодня вы помилуете одну ведьму, завтра она обучит десяток других колдуний сатанинским чарам! Королевство погрязнет в грехе и разврате! У меня один вердикт: казнить!
- Я согласен с этими доводами! Смерть ведьме! - произнёс третий судья.
- Смерть! - коротко отрезал четвёртый.
"Смерть, смерть, смерть..."- эхом откликнулось моё сознание. Мне казалось, что я вот-вот лишусь чувств.
- Итак, высокий суд считает обвиняемую обличённой в указанных грехах, - подытожил председатель. - И нет такого человека, который смог бы представить доводы в её защиту...
- Такой человек есть! - раздался громкий возглас за моей спиной. Суровый голос, непонятно откуда явившийся, показался мне знакомым...
  
Глава 43
 
Этот внезапный возглас раздался в мрачном помещении каземата словно гром среди ясного неба. Члены суда замерли от неожиданности. Один из монахов даже перекрестился в явном испуге.
Мои глаза впились в фигуру вошедшего. Я не могла поверить! На пороге стоял граф Руперт Нассау собственной персоной! Видела его всего второй раз в жизни, и вот уже дважды он приходит ко мне в минуту безысходного отчаяния.
Боже… Граф сдержал своё слово о помощи в любую минуту! Письмо Шона не осталось безответным! В душе моей вспыхнул огонёк надежды, но тут же уступил место тревоге. Что может сделать иноземный граф против мракобесов в рясах? Светская власть испокон веку была по рангу ниже духовной. И всё же... Неожиданное явление моего спасителя придало мне сил и веры.
Молчание нарушил архиепископ. Он вперился негодующим взглядом в нежданного гостя и сурово вопросил:
- Кто вы такой и как посмели врываться без вызова на закрытое заседание духовного суда?
Ни один мускул не дрогнул на лице рыцаря. Он неспешно приблизился к судьям и отвесил почтительный поклон.
- Я граф Руперт Нассау, державный владетель дальних земель Франконии. Страна моя издревле связана узами дружественного союза с английским государством, - с достоинством начал он речь. - Да простят меня святые отцы, что явился на суд ваш незванным. Но до меня дошли сведения о вопиющей несправедливости в отношении обвиняемой. Мой долг, как дворянина и христианина, предотвратить неправедный приговор!
Председатель, выслушав это, разгневался ещё сильнее.
- Как смеете вы давать оценку действиям святого суда? Говорите, иноземный граф? Да будь вы хоть сам император, у вас нет права вмешиваться в дела, подотчётные лишь Папскому Престолу!
- У меня есть такое право! - в голосе графа послышались угрожающие нотки. - Со мной соответствующая бумага из самой Римской курии! Ваш суд начался позже, чем я получил её. Я донёс до высших иерархов обстоятельства дела, которые вам покуда не знакомы. Мне дали разрешение выступить в качестве свидетеля!