Я назову твоим именем сына. Книга 2. Юлия (СИ)

— Это можно, — согласился Максимилиан, — а, всё-таки жаль. Одна моя неосторожная фраза всё погубила. Могло бы быть всё по-другому.
— Не могло! — «отрезала» Юлька, — пойдём обратно.
Они вернулись. Юлька вошла в свой вагончик, девчонки уже собрались за столом в общей комнате. Посередине стола стояла большая сковородка с жареной курицей и картошкой, в кастрюле салат из свежих помидор и огурцов, в маленькой плетёной корзинке порезанный хлеб и банки с пивом. Станка помахала ей, подразумевая: присоединяйся, будем ужинать. Юлька не стала отнекиваться, села за стол, рядом со Станкой. Ей выдали тарелку, вилку и банку пива. Каждая девушка накладывала себе еду самостоятельно, Станка взяла тарелку Юльки, чтобы та не чувствовала неловкости, положила ей еду. Открыли банки с пивом, выпили, стали есть.
— Это твой бойфренд? — задала Станка, видимо, мучивший её вопрос, — или муж? Остальные девчонки с интересом прислушались к разговору.
Юлька помотала головой:
— Нет, просто мы из одного университета, вместе приехали на заработки. Между нами ничего нет. — Она, конечно же, не стала упоминать об их так и не начавшемся романе. «Не успел начаться - как сразу же закончился». Зеленоватые огромные глаза Станки, сверкнули, как показалось Юльке, страстью и сексуальностью. — А, что? Понравился парень? — спросила она румынку.
— О, да! Очень! Высокий - мне подходит и лохматый, а мне лохматые нравятся! — она засмеялась и остальные девчонки тоже. — Скажи ему, что он мне нравится, — попросила Станка, — мне трудно самой сказать ему это - он русский, я - румынка.
— Сказать? — удивилась Юлька. Как у них всё просто! Понравился - сразу сказала и не беспокоится кто-что подумает. Интересно, это она такая или это у них норма поведения?
— Да-да! Скажи, — подтвердила Станка, — он очень мне понравился. Можно нам с ним пойти, погулять после работы или в выходной, если он с непривычки будет очень уставать.
— Хорошо, скажу! — как ни странно, Юльку кольнула иголкой ревность. Вот и пойми - сама сказала Максимилиану, чтобы тот обратил внимание на Станку, а сейчас почему-то приревновала.
  
ГЛАВА 12
 
Наутро в 5:30 Юлька уже была на рабочем месте. Огромные теплицы с посаженными на уровне груди, кустами клубники, собирать ягоды так гораздо проще и легче чем, если бы она росла на земле. Надо толкать перед собой тележку и собирать ягоды, крупные - отдельно, мелкие - отдельно, гнилые ягоды бросать вниз тележки в специальный контейнер. Каждые 3 часа - 10 минутный перерыв. К концу смены Юлька была еле живая, казалось, болело и ныло всё, начиная от поясницы и заканчивая кончиками пальцев рук. Она скинула потную одежду, приняла душ и упала в кровать.
— Устала! — посочувствовала ей Станка по-английски, — ничего, привыкнешь. Мне тоже было очень тяжело сначала, сейчас намного легче. — Ты сказала, Максимилиану, что он мне понравился?
Юлька помотала головой:
— Нет, мы не вместе работали. Я даже не знаю, где он работал, в какой бригаде. Обязательно скажу, когда увижу его.
Девчонки стали готовить ужин, у Юльки не было сил, но она всё-таки, преодолевая усталость, встала, хотела помочь.
— Отдыхай - отдыхай, — не позволили ей девчонки, — попривыкнешь, потом будешь готовить.
Сели ужинать. На столе всё было так же, как в прошлый раз: большая сковородка, но уже котлеты и спагетти, салат из овощей, хлеб и, конечно же, холодное пиво. Стукнули в дверь, это был Максимилиан.
— Входи! — Станка бросилась навстречу Максимилиану, точно знала его тысячу лет, усадила его рядом с собой, поставила ему приборы для еды, придвинула банку пива. От еды он отказался - только что поёл, банку взял, откупорил, глотнул.
— Приятного аппетита, девушки! Как ты? Живая? — взглянул он на Юльку, — тяжко?
— Не уверена, что живая, не знаю, как завтра смену отработаю. Ты как?
— Чертовски устал.
— Станка просила передать, что ты ей очень понравился! — Юлька, улыбаясь, взглянула на румынку будто говоря ей: «Видишь, я исполняю то, что обещала».
 
Та, ничуть не смущаясь, открыто смотрела в глаза Максимилиану, чем привела его в смущение. Она подсела к нему поближе, положила котлетку и настойчиво заставила её съесть. «Вот у них как! — неимоверная усталость, навалившаяся на него, вмиг, улетучилась, — если тебе понравился парень, прямо говоришь ему об этом и всё! А, там время покажет!» События развивались прямо на глазах. Максимилиан выпил банку пива, съел котлету, подчиняясь требованию Станки. Ему было непривычно в ней всё: огромные, не большие, а именно, огромные зеленоватые глаза, такие большие, что она казалась беззащитной девочкой, в отличие от своих, русских девчонок, которые и коня на скаку остановят и всё прочее сделают. Интерес к Юльке, как к девушке, мгновенно улетучился, тем более она категорически отказывалась даже попытаться наладить, только-только начинавшие, зарождаться отношения и так нелепо прекратившиеся. Экзотическая девушка - румынка с не менее экзотическим именем Станка. Максимилиан первый раз в жизни услышал такое имя. «Танька - по-нашему, — ухмыльнулся он про себя, по аналогии с нашим женским именем проще запомнить, — не, на Таньку не похожа. У Танек не может быть такой кожи оливкового оттенка, таких глаз, да и, вообще, необычная она. Румынка - одним словом. Кто такая румынка? Надо было срочно задать вопрос интернету. А, румынка, между тем, не теряла времени даром: она взяла ещё две банки пива - для Максимилиана и для себя и увлекла его в их с Юлькой комнату. Юлька увидела это и не знала как себя вести, после еды её безумно тянуло на сон. Но, Станка и Максимилиан удалились в их комнату, и она не знала, что делать. Можно пойти лечь спать или она им помешает? Она не выдержала, подошла к двери в комнату, пару раз стукнула, чтобы не застать их врасплох, и не глядя в сторону «воркующих голубков», легла в кровать и срезу же, мгновенно, уснула. Сказалось всё: и выпитые две банки пива и безумная усталость первого трудового дня. Сегодня ей стало понятно, что без пива, без расслабления, невозможно преодолеть нагрузки работы на ферме.
— Она спит? — прошептала Станка, всем телом извиваясь около Максимилиана. Он, за всю свою недолгую жизнь, ещё не встречал такой сексуально-чувственной девушки.
— Юль, ты спишь? — спросил он, в то время как она впивалась губами в его шею, грудь. Горячо и сексуально дышала у него на груди
С противоположной кровати ответа не было. Это и понятно, первый день - с непривычки очень тяжело даже ему - сильному парню не говоря уже о девушке.
— Спит! — прошептал он, отдаваясь во власть иностранке - странной девушке по имени Станка. Станка - что значит это имя? Лихорадочно и не к месту соображал его мозг. Всё произошло между ними. И всё было так прекрасно как для него, так и для неё, что все слова были излишни. Встретились парень и девушка, понравились друг другу. К чему лишние слов и действия. Есть симпатия, страсть и молодость. Что нужно ещё? После акта любви, он хотел уйти к себе, в свой вагончик, но она не отпустила его, а он уже стал рабом её любви, её безудержной страсти и, теперь, кроме неё, его не интересовала ни одна девушка в мире, по крайней мере, не интересовала сейчас. Они уснули вместе, тесно прижавшись, точно долго искавшие и наконец-то нашедшие друг друга.
Утром, под зов гонга, призывающего на работу, Юлька, полусонная, вскочила на кровати, спустила ноги на пол, сунула в шлёпанцы, направилась к умывальнику и только сейчас заметила две, посапывающие головы на противоположной кровати. Как у них всё быстро: познакомились, понравились, переспали. Отлично! Пусть как хотят! Такие незамысловатые отношения не для меня. Слишком уж всё просто! До безобразия! Она не стала их тревожить - сами не маленькие. Умылась, оделась, выпила большую чашку кофе. Положила себе еду на день, и уже собиралась выходить из вагончика, вдруг, резко подскочила Станка, легонько толкнула Максимилиана локтем:
— Вставай, опаздываем!
Юлька уже была на пороге, она вышла, тихонько притворив дверь. На душе было противно: этот человек ещё несколько дней назад, нет, ещё позавчера, говорил, что она - Юлька нравится ему, может быть, даже влюблён! А, уже вчера он легко увлёкся другой девушкой, и всё было настолько просто, что в первый же день знакомства они вступили в сексуальную связь. Так легко! Так просто! «Даже не хочу думать об этом, — твёрдо решила она для себя, — мне нет до них ни какого дела».