Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона (СИ)

В общем, насмотрелась я не только на обнажённые мужские спины, но и на всё остальное, и в целом относилась к этому спокойно – тело, оно и есть тело, у всех оно есть. Специально пялиться не стоит, но и слишком стесняться чего-то подобного и отводить глаза я приучена не была. Это было бы примерно то же самое, что смущаться от того, что кот или бык без штанов ходит. 
Но вот конкретно эта шикарная спина меня заворожила. И самую чуточку смутила. А ещё вызвала непривычное желание ощупать и огладить все эти перекатывающиеся под смуглой кожей рельефные мышцы. Я даже лапки в кулачки сжала, потому что они буквально зачесались от такого странного желания. 
Это же просто спина! Зачем её щупать-то?
Но вот захотелось…
А дракон в это время ухватился за резинку штанов, кажется, собираясь сдёрнуть и их тоже. Ой!
– Я пойду! – пискнула я и поскакала к двери на балкон, изо всех сил удерживаясь, чтобы не обернуться и не полюбоваться тем, что там у лорда Корбеда ниже спины. Хотя облепившие тело шёлковые кальсоны тайны из этого не делали, но всё же…
– Вечером будь здесь, – послышалось позади, и, уже выскочив на балкон, я всё же рискнула оглянуться. Я всего одним глазочком гляну!
Снимать штаны герцог передумал, стоял ко мне лицом, скрестив руки на груди, и с насмешливой улыбкой наблюдал за моим почти паническим бегством.
– Ладно, – кивнула я, не зная, радоваться ли тому, что не увидела, или всё же расстраиваться. И откуда взялись эти глупые мысли?
– Если я задержусь в управлении, всё равно спать буду здесь, – дракон махнул рукой в сторону кровати. – Не найду тебя в своей постели, пойду вынимать из твоей. И не обещаю делать это тихо.
– А нету у меня теперь своей постели, – вздохнув, пожаловалась я. – Дети уже кровати поделили. И сказали, что я пихаюсь во сне. Так что, даже обрадовались.
– Тем более, – хмыкнул дракон. – До вечера.
– Надеюсь, – тихо пробормотала я себе под нос, взбираясь по стене к своей комнате. – Очень надеюсь, что до этого меня никто никуда не утащит.
И уже в своей комнате, переодеваясь, решила, что следующей ночью надену самое закрытое своё платье. И чулки. И разуваться не буду. 
Просто так, на всякий случай.
Первая половина дня прошла спокойно. Я разбудила детей, после завтрака отправила Луки в школу и вместе с Силли пошла на занятия к Брандерону. Там всё тоже проходило уже привычно – в игре дети потихоньку учились чему-то новому, и время до обеда промчалось незаметно.
Потом я предложила своим младшим прогуляться в посёлок, потому что, всё же решила поискать необходимые травки и приготовить дракону успокоительное, если удастся всё нужное найти. Силли согласилась, а Луки отказался – в отличие от сестры, он в том посёлке каждый день бывал, а гулять со мной в поисках трав ему было неинтересно. Он остался дома, сказав, что хочет понаблюдать, как у сыновей герцога проходят уроки верховой езды.
Прогулка у нас с сестрёнкой прошла плодотворно. Я нашла в аптеке всё, что нужно, чтобы приготовить успокоительное. Нет, взбешённому дракону такое не поможет, настой, который научила меня делать мама, скорее пригодится, если кто-то разнервничался или разволновался, а заодно и сон сделать спокойнее должен. Кошмары прогнать, и так далее. В общем, попробовать нужно.
Потому что, мне вдруг в голову пришло, что если лорд Корбед настолько привыкнет со мной спать, то эдак я и замуж выйти не смогу – не отпустит меня дракон. И пусть сейчас я туда не рвалась, но не куковать же всю жизнь вековухой, в этом тоже радости мало. В общем, попытаюсь бедняге помочь – он, наверное, про свои кошмары вообще никому не рассказывал, потому и не лечился прежде, – вдруг поможет?
В самой аптеке я нашла и готовый успокоительный сбор, но… какой-то уж совсем слабенький. Мамин лучше был, вот его сама и сделаю. А уж если ещё магии добавить – вообще отлично будет, жаль, что пока мне это нельзя, но два-три дня роли не сыграют, подожду. Зато травки под рукой будут, а то мало ли, вдруг в ближайшее время больше не получится в посёлок выбраться.
 
Там же я разорилась на жидкое мыло в бутылочке – волосы мыть. Уж очень пахло вкусно, а Силли такими жалобными глазами смотрела, что я не удержалась. Деньги-то теперь есть, каждую медяшку считать не нужно, крыша над головой имеется, кормят как на убой – можно же иногда себя побаловать.
Потом мы пошли в игрушечную лавку – за такое хорошее поведение я пообещала Силли купить свистульку, – но не дошли. Сестрёнка вдруг прилипла носом к витрине посудной лавки.
– Кимми, смотри, мамина чашка!
Я замерла, потом пригляделась. Нет, стоящая в витрине чашечка не была такой же, как мамина, привезённая ею из города – это была одна из немногих красивых вещей, сохранившихся от её прежней жизни, – но была очень на неё похожа. Мамину тётка Селла, жена дядьки Грода, быстренько в свой шкафчик припрятала, а на этой был чуть-чуть другой рисунок, ручка немного отличалась, но в целом сходство было очень велико.
В общем, вместо свистульки Силли получила чашку. Эта покупка была ещё более непрактичной, чем жидкое мыло с цветочным ароматом, но сияющая улыбка малышки того стоила. А маминой пусть тётка Селла подавится. Не пойдёт ей впрок у сирот отобранное, учитывая, что люди лорда Корбеда с дядькой Гродом за продажу племянников сделают. И мне даже ни капельки их жалко не было – кто с родной кровью так поступает, жалости не заслуживает.
Подходя к дому, мы услышали детский смех, переглянулись и, не сговариваясь, отправились на голоса брата и сыновей герцога. Пройдя по дорожке вглубь парка, увидели презабавную картину – посредине просторной мощёной площадки находился небольшой фонтан, с невысокого бортика которого прыгал уже знакомый мне тёмно-зелёный дракончик. 
И не просто прыгал, а трепыхал своими крохотными, почти игрушечными крылышками, пытаясь удержаться в воздухе, но у него ничего не получалось, и он забавно шлёпался на брусчатку, под заливистый смех Луки и Брандерона. А потом снова лез на фонтан.
– В этот раз я целых две секунды продержался, вы что, не видели! – убеждал он зрителей, в число которых входила и няня Эмул, сидящая с вязанием на скамеечке на краю площадки.
– Не-а, ты камушком шлёпнулся, – возражал сквозь смех мой братец.
– Да я даже чуть-чуть вверх взлетел! – настаивал Эйдер. – Вот, смотрите! 
И прыжок повторился, с тем же результатом.
– Ты просто подпрыгнул, так и я могу взлететь, – хихикал Брандерон. – Мне Джул говорил, что драконы раньше пятнадцати лет не взлетают, а некоторые и до двадцати не могут, крылья слишком слабые.
– Ну и что, а я буду тренироваться и взлечу раньше! – и Эйдер снова полез на фонтан.
– Почему бы и нет? – решила я подбодрить парнишку. – Может, остальные просто слишком ленивые были, не тренировались, потому и крылья слабые были. А у тебя вполне может получиться.
А что? Если драконят, обретших крылья в восемь-девять лет, отцы забирают себе, и они уже воспитываются настоящими аристократами, у которых из упражнений разве что верховая езда, то они ж слабенькими растут. А Эйдер до тринадцати лет в поле впахивал, наравне со взрослыми, он если без магии бороться, и Кэмэнора точно победить сможет, хоть тот и старше на три года. Почему бы ему и крылья быстрее не развить? Пусть старается, хуже не будет.
– Я буду стараться! – пропыхтел дракончик в унисон моим мыслям, снова взбираясь на фонтан и прыгая с него.
– И давно он так «летает»? – поинтересовалась я у мальчиков. Те переглянулись и дружно обернулись на няню.
– Сорок семь минут, – ответила она. 
– Многовато уже, – прикинула я. – Эйдер, давай, заканчивай, а то крылышки отвалятся. Завтра продолжишь.
– Ладно. Завтра, значит, завтра, – с этими словами Эйдер спрыгнул с фонтана, уже не пытаясь махать крылышками. Кажется, парнишка только и ждал возможности закончить не такое уж и лёгкое упражнение, не потеряв лицо перед младшими. Раз уж я велела – нужно слушаться. – Сейчас оденусь, без меня не уходите.