Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона (СИ)

Дракон ждал меня, разлёгшись на кровати и оставив включённым ночник. Я слегка поторговалась с ним насчёт места моей ночёвки – сначала пыталась убедить его, что даже лёжа в кресле прекрасно смогу защитить его от возможных кошмаров. Потом была согласна и на подушку, которая мне предлагалась прошлой ночью – бесполезно. Лорд Корбед не зря работал главным имперским дознавателем – мне не удалось выторговать ни единой поблажки, и, признав поражение, я свернулась клубочком на его груди.
Сегодня на ней было гораздо меньше оборок, только вокруг шеи, а на груди – простой разрез, который должен был завязываться под горлом. Должен! Только вот рубашка была распахнула… даже и не знаю, насколько, покрывало, которым дракон был укрыт выше талии, скрывало глубину разреза. 
Поэтому спать я улеглась не посредине груди, а слева, благо, грудь у дракона было широченная. Сверху на меня опустилась ладонь в половину всей меня размером, и я даже не заметила, как быстро заснула под ровный стук сердца у себя под ухом.
А проснулась от того, что мужская рука медленно гладила меня по волосам.
Что?
По волосам?
Но у моей ящерки нет волос. И талии, на которой пристроилась вторая рука дракона, у неё тоже нет.
Замерев и не дыша, я попыталась осознать, что происходит, и поняла, что каким-то непонятным образом обратившись во сне, я лежу сейчас в своей двуногой форме, в одной ночной рубашке, на груди лорда Корбеда, по сути – в его объятиях!
  
Глава 14. Тарталетки.
 
День одиннадцатый
Но, что самое ужасное – моя собственная рука была засунута в распахнутый ворот герцогской рубахи и тоже слегка поглаживала, если не сказать «ощупывала», действительно шикарную мужскую грудь.
Осознав, что творю, я в шоке замерла, даже дышать перестала, прислушиваясь к дыханию дракона. Ровному и спокойному. И рука его гладила мою голову так же размеренно, в такт его дыханию. Кажется, он, как и я до этого, просто спал и сам не осознавал, что именно делает. 
Уф, можно выдохнуть. И поскорее вернуться в безопасный ушастый облик, пока он тоже не проснулся. Став ящеркой, я оказалась ровно между ладоней лорда Корбеда, которые больше меня не держали, и воспользовалась этим, чтобы сошмыгнуть с его груди. Далеко, правда, уйти не решилась, приказ работодателя был однозначным – я должна спать в его постели. Ну и ладно, свободная подушка меня вполне устраивала. Я свернулась на ней калачиком и задумалась, как дошла до жизни такой, что взялась лапать своего нанимателя.
Нет, ничего особо удивительного в этом не было, лорд Корбед был шикарен, как лицом, так и фигурой. И потрогать такую красоту не отказалась бы ни одна женщина, имеющая глаза. Но одно дело – восхищаться красотой мужчины и даже в глубине души, где-то очень глубоко, мечтать о нём. Я, в конце концов, молодая, здоровая и вообще – живая девушка с нормальными инстинктами.
Но лапать его на самом деле – это уже совсем другое!
Кроме инстинктов существуют же ещё и мозги. И мечтать о драконе можно было примерно так же, как мечтать… даже и не знаю, с чем сравнить! Ну, например, научиться летать. Мечта приятная, но абсолютно неисполнимая, и я отлично это понимала.
То есть, не совсем верно. Шанс оказаться в постели дракона – не в смысле сна, а в ином, более неприличном, – у меня был, он сам на это вчера намекнул, но зачем мне это надо? Пополнить череду его случайных женщин – это именно то, чего я хотела бы меньше всего. Наверное. Уверена, в постели с ним мне было бы хорошо – но что потом? Разбитое сердце, испорченная репутация, сломанная жизнь. А моя жизнь и репутация не принадлежит мне одной, у меня есть Луки и Силли. 
Поэтому, в постели дракона – только сон и только в виде ящерки. И руки свои распускать нельзя. Наверное, мне что-то приснилось такое, что не удержалась и обратилась, чтобы ощупать богатство, расположившееся прямо у меня под руками. Только повторять такое нельзя, а значит, отныне сплю на подушке, не касаясь тела лорда Корбеда. А то привыкла его наяву трогать, и во сне не удержалась.
 
Пока я обо всём этом думала, наблюдала за драконом – глаза привыкли к темноте, а спать после такой нервной встряски расхотелось. 
Поначалу он лежал спокойно, его ладони расслабленно лежали там же, куда упали, когда из-под них исчезла я. Но, спустя какое-то время, руки задвигались по его груди – сначала слегка, потом всё бодрее. Они ощупывали тело дракона, явно в поисках меня. 
Поищет, не найдёт и успокоится – утешала я себя, наблюдая, как учащается дыхание мужчины, хмурятся его брови, движения становятся дёрганными. А потом раздался стон, сначала чуть слышный, сквозь стиснутые зубы, потом громче, при этом глаза его оставались закрытыми – он продолжал спать. Голова дракона дёрнулась раз, другой, с губ слетело:
– Нет… Нет, не уходи! Не оставляй меня…
И я не выдержала – подбежала, погладила по щеке, зашептала в ухо:
– Я здесь. Всё хорошо. Я не ушла, я здесь, с тобой.
– Со мной, – удовлетворённо пробормотал дракон, почти мгновенно успокаиваясь. 
Его ладонь привычно сгребла меня и пристроила на груди – посредине, прямо на голой коже, но я уже не дёргалась. Кожа и кожа, на ладони, которая вновь стала меня поглаживать в такт быстро успокоившегося дыхания, тоже голая кожа, но меня же это не смущает. А дракона и правда жалко. Ладно, полежу немного. До утра осталось недолго, просто не буду засыпать, и ничего страшного не случится.
И с этой мыслью я провалилась в сон.
Проснулась я от качки – тело подо мной сладко потягивалось и зевало. К счастью, я так и осталась в виде ящерки, наверное, ночью всё же была случайность – вчера же я не оборачивалась во сне, и сейчас тоже. Будем надеяться, что это был единичный случай, потому что, лично убедившись, что у дракона на самом деле бывают кошмары, и что я действительно их прогоняю, я осознала – спать мне в его постели… даже и не знаю, как долго. 
Зато работой и крышей над головой я, а заодно и мои младшие, теперь точно обеспечены навсегда – моя ящерка оказалась не просто успокоительной, а ещё и кошмароотгонятельной. И не поймёшь теперь, благо это или беда, удача или наоборот.
Но пока будь что будет. Изменить-то всё равно ничего не получится.
Да и хочу ли я что-то менять?
Мои размышления прервались самым прозаичным образом – грудь подо мной перестала колыхаться и начала подниматься, дракон вставал с постели. Причём меня он решил придержать, чтобы не свалилась – хотя я, вообще-то, с потолка спокойно спрыгивала на все четыре лапки, – раз уж я почему-то решила подзадержаться на своей живой лежанке.
Спохватившись, что веду себя ну очень странно, я быстренько спрыгнула на кровать, коря себя, что не сделала этого сразу же.
– Проснулась? – лорд Корбед одарил меня широкой улыбкой, и я с облегчением поняла, что он думал – я всё ещё сплю, а не по-глупому валяюсь на его груди, когда в этом уже нет никакой необходимости. 
– Доброе утро, ваша светлость, – я широко зевнула, делая вид, что только-только глаза продрала. Ящерке простительно, и вообще – он тоже вовсю зевал, а значит, мне тоже можно не соблюдать правила этикета. Я даже пасть лапкой прикрывать не стала, вот!
– Доброе, очень доброе, – усмехнулся дракон, потягиваясь и размахивая руками. – Я отлично выспался. В очередной раз убедился, что спать с тобой – отличная идея.
– Ну, наверное, – пробормотала я, заворожённо глядя на него. Сколько же скрывали его камзолы, пусть и идеально сшитые. Сейчас на нём были короткие, выше колен, шёлковые кальсоны, вообще ничего не скрывающие, и распахнутая нижняя рубаха, частично в них заправленная. Впрочем, ненадолго, поскольку герцог направился в сторону двери, за которой, как я подозреваю, находилась уборная, на ходу сдёрнув её и швырнув на пол. 
Обнажённое мужское тело для меня, как и для любой девушки, живущей среди оборотней, тайной не было. Те, кто не имел магии и не мог зачаровать одежду, были вынуждены перед оборотом снимать её, и не всегда получалось сделать это уединённо, да и сами оборотни несколько проще относились к наготе, чем люди. Нередко молодые, горячие парни затевали свару в людном месте, оборачиваясь у всех на глазах, а потом вынуждены были в чём мать родила топать домой, поскольку подобного издевательства одежда не выдерживала.