Осколки. На острие боли (СИ)

– Кстати, насчет кошачьих. Ты знала, что котята снежных барсов любят со снежных горок скатываться? Прям как человеческие дети.
– Твои намеки – это просто нечто.
– Какие намеки? Просто показываю свою эрудицию, Софья Георгиевна. Не больше.
– Даже стесняюсь спросить, откуда у тебя такие познания.
– Егора Меджидова помнишь? Моего друга.
– Да.
– Его младший брат увлекается животными, так что если видимся, то каждый раз я становлюсь чуточку умнее в этой области.
– Биологом наверное будет.
– Хочет в будущем морским биологом стать. Флорида. Атлантический океан. Всего восемь лет, а уже такой целеустремленный.
– Здорово. Всем бы так, – произнесла я с легкой завистью.
– А ты сама чего хочешь, Софи́? Неужто не готова воплотить в жизнь свою мечту? Или пока не определилась с ее направлением?
– Да так, – пожала я плечами.
– Куда поступать думаешь? – сменил он вопрос, решив узнать ответ иным путем.
– На переводческий. Как Алина.
Про сестру я упомянула зря. У самой даже настроение чуть испортилось.
– Что-то ты не горишь энтузиазмом. Родители так решили?
– Мама, – сразу же призналась я. – Считает, что переводчики хорошо зарабатывают и везде востребованы.
– А сама она кто?
– Бухгалтер.
– А папа?
– Сантехник, – произнесла я и опустила глаза. Не то чтобы мне было стыдно, но я отчетливо понимала разницу между мной и Ником. Его родители – совсем другая лига. Высшая. А я так, из обычной пролетарской семьи. Среднестатистической. Во всех смыслах.
– А теперь скажи мне, Софи́-Софи́я. А ты сама чего хочешь? Хобби есть?
Честно говоря, у меня почти никто этого не спрашивал. И оттого ценность нашего с Ником свидания возросла во сто крат.
– На художественный хочу, – мечтательно произнесла я и облокотилась руками о стол. – Но мама считает это блажью. Дескать, выйду замуж за какого-нибудь хиппи, и мы с ним оба будем обкуренные валяться и висеть на ее шее.
Я прикусила язык, когда поймала себя на мысли, что хотела добавить еще одну избитую мамину фразу. “На моей шее и без того твой отец-пропойца висит балластом, так что слушай меня и делай, как я говорю, если не хочешь закончить, как я”
Ник не заметил и налил мне из графина воды. Я же была рада, что он не особо любопытничал. Спрашивал обо мне, но границ не переступал. Редкое качество для человека.
– Ну. Теперь мы с тобой стали ближе, Софья Георгиевна. Глядишь, и я стану чуточку умнее в предмете под названием “Софьеведение”. Кстати, а по паспорту ты кто? София или Софья?
– Софья. Мой отец был фанатом Гардемаринов.
– Серьезно? А где же твой Алеша? Софья! Алеша! – спародировал Ник, и я наклонилась вперед.
– Ты серьезно смотрел? Я думала, девушки и парни нашего возраста не смотрят такое.
– Я еще не раз удивлю тебя, Софья. Может, мне имя поменять? Алексей Никитович Ласковый. Звучит, а?
– Вряд ли твой отец оценит. А ты почему Никита? В честь отца?
– Не совсем. Моя бабка по отцу была с чувством юмора. Хочет, чтобы мой сын взял фамилию Никитов. Я-то в свое время этой бредовой идеей не увлекся, так что надежд она пока не оставляет. И будет у нас в семье Никита Никитович Никитов.
– Никитов? Как это?
– Ты знала, что у казахов ты можешь взять фамилию по имени деда? Национальные традиции.
– Ну у нас же такого нет.
– Бабка на полном серьезе рассуждала о том, что мой сын мог бы переехать туда, чтобы разрешили.
– Так-то есть методы и попроще, – усмехнулась я. – Любой может вроде как любую фамилию себе взять, без привязки к родственникам.
– Бабка у меня не любительница легких путей.
– Что-то подсказывает, что она мне понравится, – я улыбнулась, и в этот момент нам принесли сделанный Ником заказ. – Ух ты. Креветки!
– Знал, что тебе понравится.
Я не стала поднимать глаза на Ника, боялась, что он всё увидит в моих глазах. Я фанатела от креветок, но дома мы не могли себе позволить часто их покупать. Дорого. Но порой, когда мама получала премию, то баловала меня. Сердце вдруг наполнилось тоской и грустью.
– Эй, не на это я рассчитывал, когда хотел порадовать, – возмутился Ник и пододвинул мне стакан сока.
 
– Прости. Что-то в глаз попало.
С Никитой оказалось легко и непринужденно. Он не грузил проблемами и не пытался раскрутить на разговор про мои. Мы говорили обо всем и одновременно ни о чем. Спроси меня кто, что мы обсуждали, и я не смогу ответить. Только вспомню, как мне было тепло и интересно. Над нами простиралось бескрайнее небо, на столе томились яства, которые только и ждали, когда мы их съедим, а напротив меня – парень, в которого я была влюблена весь этот год. Никита Ласковый. И сегодня он свою фамилию оправдывал во всех отношениях.
  
Глава 21
 
Когда мы закончили, уже стемнело. Ник расплатился по счету, но мы продолжали сидеть и наблюдать за просыпающимся городом.
– Жаль, звезд не видно, – с тоской посмотрела я на небо.
– Любишь астрономию?
– Не то чтобы, – пожала я плечами. – Но ковш Большой Медведицы отличить от остальных созвездий способна.
– Тогда я ас в астрономии, Софья Георгиевна. Но твой запрос принят. Следующее свидание проведем загородом.
Он так уверенно кивнул, словно не сомневался, что я соглашусь. Впрочем, я и не собиралась отказываться, однако не съязвить и не подколоть его не могла.
– А когда оно будет? Через неделю? – усмехнулась, намекая на его исчезновения.
– Скучала по мне, да?
– Еще чего!
– Не оправдывайся, Софья Георгиевна. Такого больше не повторится. Я просто ездил в Италию. Говорил же вроде, что у меня там бабушка с дедушкой, да?
– Да. И как там?
– Жарко.
Это был весь его ответ. Он встал и предложил мне руку, от которой я не стала отказываться.
– Там же и набрался джентльменства, Никита Никитыч?
– Хей! Имя-отчество – это моя фишка, Софья Георгиевна.
– Считай, что я плагиатчица, – сказала я и вздернула подбородок, после чего первой направилась к выходу.
На улице похолодало, а у меня с собой, как назло, ни кофты, ни куртки.
– Замерзнешь, – шепнул мне на ухо подоспевший Ник, снял свою толстовку через голову и надел на меня.
Он даже не спрашивал моего разрешения, действовал так, словно мы пара. От толстовки приятно пахло. Не парфюмом, а будто собственным ароматом Ника. В голове невольно всплыла статья из интернета, что партнера мы выбираем именно по запаху его тела. И если он нравится, значит, вы совместимы.
– Ты на меня так странно смотришь. Неужто мое убийство задумала? – улыбнулся Ник, когда встал напротив меня и поправил капюшон на толстовке.
– Настолько кровожадное у меня лицо? – хмыкнула я и лишь чудом не покраснела. Благо, он не умеет читать мысли, иначе бы точно уверился, что покорил мое сердечко.
– Нет. Скорее, слишком уж сосредоточенное и задумчивое.
Я пожала плечами и вздохнула, понимая, что пора закругляться.
– Мне, наверное, домой надо.
Даже я сама слышала в своем голосе нежелание и тоску.
– Хочешь остаться у меня? – спросил Ник, из-за чего я чуть в ступор не впала.
Качнулась с пятки на носок и обратно и подняла глаза выше, к его лицу.
– Просто остаться?
Я прищурилась, глядя на него с подозрением. Во всех его словах я видела двойное дно и подвох. Но в этом он сам виноват. Нечего шутить ниже пояса.
– А ты хочешь чего-то больше?
Он наклонился ко мне и поиграл бровями, снова становясь тем задиристым и игривым Ником, который заставлял мое сердечко биться в бешеном ритме снова и снова.
– Я? Что? Нет! – закричала я и прикрыла грудь руками так, будто я была по меньшей мере обнаженной. Глупая ситуация.
– Так бурно реагируешь, Софья Георгиевна, – ухмыльнулся он и щелкнул меня по носу. – За кого ты меня принимаешь, м? Совратителя школьниц?
– Между нами не такая уж и большая разница в возрасте. К тому же, летом мне будет восемнадцать – произнесла я обиженно и надула губы. Будто не я только что возмущалась его глупой шутке.