Осколки. На острие боли (СИ)

Я быстро прошмыгнула к ее машине, села на переднее сиденье и пристегнулась, скрываясь внутри от Ника и остальных парней. Макара среди них не было, а с другими я не особо общалась.
Благо, что Алина закончила разговор и фурией метнулась на свое водительское кресло.
– Почему родители мамы вдруг решили неожиданно нас навестить? Я думала, мама не хочет, чтобы они видели, как мы живем, – начала я разговор спустя время, когда мы уже ехали по трассе. Раньше я просто не рисковала, опасаясь, что мы попадем в аварию.
– Тебе какое дело? Сказано помогать, значит, надо помогать! – рявкнула она, будто я задела ее за живое.
– Ты чего разоралась? Будто я виновата в этом, – буркнула я и отвернулась к стеклу.
Воцарилась недолгая тишина.
– Что ты делала там с Ником? Почему не сказала, что он там будет? Он тебя позвал, да?
Алина не выдержала и ни с того ни с сего вдруг начала допрос с пристрастием.
– Нас с Лесей одноклассники позвали. Откуда мне было знать, что Ник там будет?
Я не понимала, почему я оправдываюсь, будто я перед ней в чем-то виновата. Какая же чушь.
– Он уже Ник для тебя? Что, решила мне нож в спину воткнуть?
– Нож? Ты забыла, что это ты первая меня предала?
Я поражалась наглости, с которой она наезжала на меня, но больше не собиралась позволять обращаться так с собой.
– А, я первая? То есть ты решила моему примеру последовать?
– Не передергивай, Алин, мне этот Ник после тебя не нужен.
Как бы ни старалась сказать это презрительно, но в голосе слышала и горечь. Ее не спрятать просто так, не обмануть ни себя, ни свое обманутое разбитое сердце.
– Брезгуешь? – фыркнула она и посмотрела на меня, отрываясь от дороги. – Вот и правильно. Нечего с ним яшкаться. Это не по правилам – у сестер парней отбивать.
– Вы расстались, – зачем-то поправила я ее.
Я не знала, что моя фраза произведет эффект взорвавшейся бомбы. Машина резко затормозила, и я чуть было не улетела прямиком в лобовое стекло. Не будь я пристегнута, могло произойти непоправимое.
– Выметайся! – крикнула Алина и стукнула ладонями по рулю.
– Чего?
– Я не ясно выразилась? Выметайся из моей тачки! Проваливай!
– Ты с ума сошла? Мы на трассе, скоро вечер!
– Мне плевать! Пешком дойдешь, поняла! Раз элементарных вещей не понимаешь!
Она смотрела на меня с такой злобой и ненавистью, что у меня полностью отключилось чувство самосохранения.
– Дура! – прокричала я, не сумев удержать слезы, а затем выскочила из машины пулей.
Автомобиль, как только я громко хлопнула дверцей, сразу с визгом стартанул с места, взметая дорожную пыль, а затем я смотрела ему вслед. Мне казалось, что Алина остынут и вернется за мной, но этого не происходило.
И в конечном итоге мне просто пришлось двигаться вперед, надеясь, что до города осталось совсем немного. Машины проезжали мимо, словно их не удивляла одиноко бредущая по трассе девица, но я каждый раз вздыхала с облегчением. Боялась, что со мной может случится что-то плохое.
Господи, неужели Алина и правда меня здесь бросила? На полном серьезе?
В какой-то момент, когда потемнело, около меня остановился черный автомобиль, и из окна высунулась голова какого-то небритого черноволосого мужика бандитской наружности.
– Заблудилась, красавица? – подмигнул он мне, а я в панике заозиралась по сторонам. Из того, чем могла защищаться, рядом оказалась лишь большая ветка-палка.
– Езжайте, куда ехали, иначе вам не поздоровится! – крикнула практически в истерике и, кажется, напугала мужика своим воинственным видом и гневно сверкающими глазами.
– Больная, я же помочь хотел. Вот и топай ногами, ты упустила свой шанс, – фыркнул мужик и дал по газам, оставляя меня далеко позади. Я же мирно продолжила идти пешком дальше.
Конечно, мне хотелось, чтобы сейчас мимо, как по мановению волшебной палочки, проехал Никита, заметил меня и остановился. Он бы обязательно предложил меня подвезти, посочувствовал и попенял бы на безответственность и жестокость моей старшей сестры. Но нет. Я шла вдоль лесополосы в гордом одиночестве уже часа полтора. Мимо проносились машины, от шума которых я каждый раз замирала и дрожала, опасаясь, что кто-то в салоне заметит меня и остановится. Да, помощь главного героя романтической истории бывает только в дорамах или второсортных, нет, третьесортных мелодрамах, а в реальной жизни на утро выходит сводка: Пропала без вести. Это если родители хватятся меня не через трое суток, а ночью.
 
– Всё будет хорошо, всё хорошо, – бормотала себе под нос тихо-тихо. Из-за сковавшего тело холода зуб на зуб не попадал, глаза сонно закрывались, но я шла вперед, понимая, что движение – это жизнь.
Некстати вспомнились слова того лейтенанта, который читал нам лекцию в школе буквально дня три назад. Как он там сказал? Юго-западное шоссе – самый криминогенный район города? Пять из девяти убийств. Господи, прошу, дай мне попасть в эти самые четыре случая.
Стоп. Это же всё равно убийства. Черт.
  
Глава 14
 
За мной уже минут пять ехал автомобиль. Я бежала, не оборачиваясь, пока не сперло дыхание. И когда уже не осталось сил, меня вдруг осенило. Зачем я бегу по трассе? Нужно в лес. Будь я здравом уме, никогда бы так не поступила, но разум мне не подчинялся. Не знаю, что могло со мной случиться, но когда я пробежала уже метров пять вглубь деревьев, услышала окрик. Знакомый голос.
– Соня! Околеть там хочешь?
– Ник?
Вот тебе и не любовная дорама.
– Я это. Я. Выходи давай. Что ты делаешь на трассе? Алина где?
От пережитого страха у меня тряслись коленки, и я шла в сторону дороги на голой силе воли. С облегчением, что это не какой-то маньяк, а знакомый мне парень.
– Подбросишь до города?
Проигнорировав его вопрос, я задала свой. Поравнялась с ним и обхватила себя руками. До этого из-за паники мной овладел адреналин, а после отката я снова ощутила холод. Если бы я знала, что окажусь в такой ситуации, надела бы что потеплее, взяла бы хоть ветровку.
– Подбросить? Или не подбросить? – улыбнулся он и изогнул бровь.
Его рука коснулась моих волос, а затем указательным пальцем он поддел передний локон.
– Ты что творишь? Скажи, сколько, и я заплачу, как вернемся в город.
Мне не верилось, что кто-то способен вот так размышлять, спасти человека или нет, но уверенности во мне сейчас не было ни на грош. Как я уже знала, он был способен на всё что угодно. Мои розовые очки разбились внутрь еще несколько недель назад. Так что я не верила в его благородство.
– Деньги? Они мне не нужны, – хмыкнул он, и я замерла, судорожно соображая, что еще я могу ему предложить. Реальность была такова, что у него было всё, так что сказать мне было нечего.
– Тогда что ты хочешь? Не оставишь же меня тут умирать?
– Умирать? Ты такая пессимистка?
– Я реалистка. Если не какой-нибудь маньяк меня тут прибьет, то животное загрызет. Хочешь взять за это ответственность?
– Для той, кому отчаянно нужна помощь, ты слишком дерзкая, Со-фи-я.
Мое имя в его устах звучало словно патока. Он перекатывал его на языке, как какое-то лакомство.
– Извини, – покаялась я и опустила глаза.
Конечно, на самом деле мне хотелось сказать что-то дерзкое, чтобы вывести его из себя, но чувство самосохранения возобладало над строптивостью.
– Извинения принимаются. Ну и? Дальше что?
Он отпустил мои волосы и сделал шаг назад, опираясь о дверцу машины. Застыл в ожидании и не двигался. Вокруг ни души. Только мы и мигающие сигналки аварийки. Пугающее зрелище.
– Что дальше? – сглотнув, спросила я. И чего он от меня ожидает?
– Ты мне не ответила. Что можешь предложить за то, что я тебя подвезу?
– Ты забывчив, Ник, то есть Никита. Я просила, чего ты хочешь?
– Так не интересно. Я уповаю на твою фантазию.
– Я не фантазерка. Самая обычная. Так что не ищи того, чего нет.
– Твои слова говорят об обратном. Мне нравится с тобой препираться, конечно, но на улице холодно, так что садись, так уж и быть. Будешь должна мне услугу.