Великий и Ужасный 5 (СИ)
— Я нас, то есть Орду, вот что я имел в виду… Но и сам готов. Если это поможет сберечь жизни ордынцев и вообще — сделать надвигающуюся бурю чуть менее смертоносной, вот он я, ваша светлость. Командуйте, — спрыгнуть не было никакой возможности, так что с бледно-мертвенным лицом я держался молодцом.
— Найдется, кому покомандовать, — вздохнул он. — Тут тобой интересуются на таком уровне, что и говорить не стоит, досье затребовали, психологический портрет, просят дать характеристику возможностей как Резчика и оценить уровень способностей как лидера и организатора. Их интересует мое личное, субъективное мнение, вот что страшно.
— Ох, мать! — сказал я. — Вихри враждебные веют над нами…
— А че-о-о-рт его знает, Бабай. Может, оно и к лучшему? — но, по всей видимости, в эти свои слова сам Георгий Михайлович не очень-то и верил. — Частную военную компанию я зарегистрирую, тут моих полномочий хватает. Я вот только понять не могу, зачем ты лишние сущности плодишь и одно юрлицо не сделаешь?.. Ну — это твое дело. А вот про набор добровольцев и всё остальное — этого решения придется подождать. Тебя в Сан-Себастьян подбросить? Как раз кофе в «Орде» попьем, ненавижу всю это бодягу из эспрессо-машин… Сваришь мне как положено, на песке, чтобы по потолку бегать?
— Сварю… — обреченно кивнул я.
Воронцов взял меня за руку, и я почувствовал запах озона, в голове потемнело, раздался грохот, как будто ломалось что-то деревянное, а уже через секунду я услышал такой родной хриплый голос, который с нескрываемым удивлением произнес:
— Хуеморген, ять!
И в нос шибанули ароматы крепкого кофе, жареного мяса, пороха и каленого железа.
* * *вот здесь, на этом самом месте можно поставить лайк, потому что следующая глава будет платной и не только лишь все смогут ее прочесть, мало кто сможет это сделать.
да не, фигня. если у вас финансовые трудности — вы всегда можете подождать скидок, они будут очень скоро. А если нет возможности оплатить — напишите, скину промо. Какая мне разница, скачаете вы на цокольном или у флибустьеров, или почитаете тут? правильно — разница есть, тут мне часы чтения накапают хотя бы, и ваши драгоценные реакции)
Глава 11
Бабайская Яса
Я проклял тот день, когда придумал набирать добровольцев из снага. Это говнистое семя выбесило меня в первый же час военно-полевых учебных сборов, которые я по разрешению муниципалитета устроил на побережье, у самого прорубленного мною нового выхода из Вороньей пещеры. Да, я решил обкатать систему набора вояк в свою ЧВК пока только на Сан-Себастьянском сервитуте — но и эти пять сотен зеленокожих оглоедов, которые приперлись в самый первый день после размещения объявления в сети и местных газетах, меня капитально достали.
Они обосрали весь пляж, обоссали деревья, заплевали и замусорили решительно всё вокруг себя, устроили сорок четыре драки один на один и восемнадцать коллективных потасовок, сломали половину палаток и спровоцировали на грубость даже невозмутимого Хурджина! Короче, оглядывая со склона горы стойбище дикарей, в которое эти клыкастые падлы превратили заботливо устроенный силами Орды палаточный лагерь, я сильно, очень сильно бесился. Даже сильнее, чем в тот день, когда мы с Воронцовым телепортировались в середину той самой легендарной бочки, оказавшись лицом к лицу в весьма стесненных обстоятельствах. Бочка-то была вмонтирована в барную стойку «Орды»… Как там в анекдоте? Бочечку отремонтировали, но осадочек остался.
Теперь же, бросая взгляды на происходящую в лагере дичь, я все больше уверялся в правильности избранного мной пути. И считал секунды.
— … девятьсот двадцать девять, девятьсот двадцать восемь, девятьсот двадцать семь… — нужно было проверить новую способность, открывшуюся внутри меня после очередной свистопляски золотого эфирного ветра вокруг татау тут, в этой самой Пещере Крубера.
Мне казалось — теперь я с точностью до секунды могу предсказывать Инциденты. И сейчас должен был начаться один из них. Хтонь эманировала сильно, а снага на берегу плевать хотели на всякие эманации, хотя изнутри пещеры уже раздавались топот и рёв. В этот самый момент клыкастые новобранцы матом покрывали Хурджина и других ордынцев, которых я послал в качестве своих эмиссаров — организовать раздачу пищи и снаряжения и выработать режим караульной службы. Что ж, имеющие уши да слышат! А если нет — то горе им, тьма кромешная и скрежет зубов.
Можно было сказать с уверенностью: добровольцы-снага не вняли. И тролль, и остальные ордынцы ушли из лагеря, сопровождаемые плевками и улюлюканьем.
Я не знаю, на что они рассчитывали, когда поперлись под мои знамена вербоваться в ЧВК. Может быть, надеялись, что я поведу их громить пляжи Трабзона и далее вглубь Малой Азии за зипунами и мягкими турецкими женщинами из гаремов? Я вообще понятия не имею, какова была орочья мотивация. Вроде как и моя омерзительная шестерка первообращенных снага и их адепты из ордынских стройотрядов всё доходчиво объясняли, а поди ж ты — снага есть снага! По одному выдерни да пообщайся — покажутся вполне вменяемыми персонажами. Вспомнить хотя бы тот же Орск! Ну да, говнистые, хулиганистые, дерзкие, думают едва ли на сутки вперед… Но мало ли таких типов среди других рас и народов? А вот собери их в кучу хотя бы числом в пять особей, да оставь повариться в собственном соку хотя бы пару часов, без присмотра со стороны авторитетного лидера — и получишь… Получишь вот такое вот тупое стадо, способное только на самые простейшие реакции и действия. В основном — животные и агрессивные.
Подумать только: они сожрали весь паек, заготовленный на неделю, за три часа! И теперь их животы раздуло как барабаны, и они страдали и мучились от кишечных колик, но были чертовски довольны. А как же — набили брюхо! Это успех!
— … четыре, три, два, один — поехали!
— БРОАР!!! — из зева пещеры выскочило сразу пять слепых троллей.
Да, да, солнце уже садилось, наступали сумерки… И хтонические твари неплохо могли ориентироваться на шум и запах! А отожранные и растащенные снага неплохо могли только лежать под мимозой и пердеть со страху! Все остальное получалось у них откровенно хреново. Чудища кинулись в толпу орков,как волки на отару овец, и принялись хватать снага одного за другим и потрошить на месте.
Я и не думал вмешиваться и соратникам запретил.
Следом за троллями из пещеры бурным потоком выплеснулась толпа осклизлых гоблинов и снага. Оскверненные Хтонью, ослабленные, слепые, они были почти безопасны для подготовленного бойца, но на очумевших орочьих добровольцев произвели самое ужасающее впечатление. Крики и вопли стояли по всему лагерю! Мало кто из кандидатов в чвкшники подумал об оружии: большая часть носилась как припадочные и вопила в оголтелом исступлении, становясь легкой добычей.
— Фиксируешь, Кузя? — этого можно было не спрашивать.
Гоблин, конечно, фиксировал. Те зеленокожие клыкастые пацаны, которые вооружились дрекольем, костровыми приспособами, ножами и пластиковыми распорками для палаток, заслуживали внимания и уважения. Они вступили в бой с тварями — и многие погибли, но кое-кто… Кое-кто из них сражался весьма достойно, организовывая вокруг себя очаги вооруженного сопротивления.
Когда ситуация в лагере достигла критической точки, и на поверхность из недр Вороньего Прорыва выбрались оскверненные Хтонью уруки, я встал в полные рост и заорал:
— Лок-тар ога-а-ар! — и ордынский отряд числом в полсотни бойцов в полном боевом облачении мерной поступью двинулся вниз по склону.
Щиты, карды, тесаки, топоры, алебарды, обрезы с самыми разнообразными типами боеприпасов, огнеметы и гранаты для самых тяжелых случаев — тактика была отработана на десятках пережитых и перемолотых Инцидентов. Суть задачки каждый раз сводилась к одному и тому же: как при минимуме затрат убить наибольшее число тварей, извлечь из них максимальную прибыль и остаться в живых?