Великий и Ужасный 5 (СИ)
Похоже, именно тут располагался центр управления Наместничеством. И все эти моложавые-худощавые-ухоженные люди были опричными жителями. Слишком здоровые, слишком красивые, слишком в себе. В сервитуте у нас народ больше наружу смотрит, потому как от окружающего мира ждет разнообразных подлостей и гадостей. А тут вот целая куча специалистов, которая может позволить себе быть интровертами…
Подьячим явно было тут не по себе, они, похоже, недавно работали в опричнине, до получения звания подьячих, небось, считались обычными земскими ярыжками. И потому с видимым удовольствием передали меня с рук на руки некой местной снежной королеве модельной внешности. Девушка была примечательная и непримечательная одновременно: никакой косметики, пронзительный взгляд голубых глаз, пепельного цвета волосы скручены в узел на затылке, на аккуратненьком носике — очки дополненной реальности, одета в белый комбез, на ногах — что-то типа чешек или балеток…
— Господин Бабай Сархан, я полагаю? — спросила она официальным тоном. — У вас полчаса до встречи с наместником. Можете подождать в лаунже.
Я осмотрел ее с головы до ног, оценив аккуратную грудь эдак второго размера, узкую талию и длинные ножки. Но воспринять ее как женщину все-таки не смог. Тьфу, не человек, а сплошная функция!
— А лаунж — это где? — спросил я, жутким усилием воли подавляя желание то ли зевнуть во все горло, то ли плюнуть под ноги, то ли сделать ей какой-нибудь сальный комплимент, чтобы только вывести ее на живую реакцию.
— В приемной. Пройдемте. А вы можете удалиться, господа подьячие, более в вашем участии нет необходимости…
Обернувшись к сыскарям, я растерянно пожал плечами:
— Спасибо, господа. Отправьте весточку обервахмистру Скворешне, что я не сбежал, а по делу…
— Отправим! Всего хорошего, господин Сархан! — они переглянулись. — Но мы надолго не прощаемся. Посадим вас на поезд, так и знайте!
— Ага, ага, — и я заторопился за девушкой в белом.
Как, бишь, ее там? Я понятия не имел, как ее зовут, может, эти люди будущего по вайфаю именами-фамилиями обмениваются напрямую из мозга в мозг, или сквозь свои очки видят над головой друг у друга там количество хитпоинтов, уровень и, но я-то был динозавром из дикой Хтони и потому все искал возможности познакомиться. Без всякой задней или передней мысли, просто — нравилось мне, когда со мной на личном уровне общаются, а не сквозь призму функции.
И, наконец, я увидел шанс. Точнее не шанс, а…
— А-хм! — перед началом неформального общения мне пришлось прочистить горло, становясь на движущуюся часть пола. — Простите, не знаю как вас по имени-отчеству…
— Диана, — не поворачивая головы, ответила Диана.
Она-то прекрасно знала, как управляться со всеми этими футуристическими штуковинами, которыми был битком набит Воронцовский дворец, чувствовала себя тут как рыба в воде. А я боялся, как бы не ляснуться башкой о какой-нибудь технологичный канделябр или не задеть плечом угол стены, который огибала ползучая дорожка. Как это вообще было возможно — двигаться почти под прямым углом? Как был устроен этот сраный пол? Но пол — это полбеды. Суть вопроса заключалась в другом:
— Диана, у вас на попе нитка. Красная, — как можно более житейским тоном проговорил я. — Хотите — я сниму?
Видимо, это было последнее, что она ожидала услышать от урука, и потому резко обернулась и возмущенно фыркнула:
— Вот еще! Я са… — мы как раз проезжали тот самый поворот, так что она все-таки потеряла равновесие и чуть не брякнулась с движущейся ленты, замахав всеми конечностями, и мне пришлось поймать ее самым нелепым образом и вместе с пищащей Дианой на руках сквозь раздвижные двери въехать в приемную к светлейшему князю.
— И-и-и-и! — верещала девушка будущего и шевелилась во все стороны, принимая самые причудливые позы. — Пусти, чудовище! Насилуют!
— Да падажжи ты! — пыхтел я. — Дай, я тебя правильной стороной на пол поставлю! Дались мне твои тощие прелести!
— А-ха-ха-ха! — Воронцов зачем-то вышел в этот самый лаунж и теперь помирал рядом со стойкой администратора, наблюдая за моими попытками справиться с ситуацией. — Цирк с конями! Кино и немцы! Бабай Сархан собственной персоной! Я уже начал скучать по твоей дичи!
— Это не дичь! Это девушка! — я шагнул с движущегося тротуара и наконец повернул ее ногами вниз и поставил на пол. — Кажется, Диана зовут. У нее нитка на попе была, я вежливо об этом сказал, а она…
— Он хватал меня! — очки у Дианы перекособочились, прическа растрепалась, комбинезон задрался, и вообще она стала гораздо красивее, чем была за пять минут до этого. — И тащил!
— Спас от падения с этой… Этой…
— Траволатор, — сказал Воронцов. — Меня он тоже бесит. На кой хрен людям ноги, м? Развели, понимаешь, средства индивидуальной и массовой мобильности, гироскутеры всякие, электросамокаты, теперь еще траволаторы… Так скоро и кусок мяса от тарелки до рта доносить будет квадрокоптер! Тошно, Бабай, да?
— Тошно, Григорий Михайлович, — кивнул я.
— Пошли в кабинет… Предыдущего посетителя я через окно выкинул. Наглец, каких поискать, подрядчик, тоже мне…
— Дефенестрация! — щегольнул умным словом я.
— А? — удивился светлейший князь.
— Ну, вы обогатили мой словарный запас словом «траволатор», а я вот теперь вам говорю, как будет на умном наречии называться акт выбрасывания кого-либо из окна. У меня ручной гоблин имеется, я его многосложные слова учу правильно говорить и сам порой тоже… Хватаю по верхам.
— О как! Действительно, так гораздо интеллигентнее звучит, — с задумчивым видом почесал подбородок Воронцов. — Диана, будь добра, распорядись, чтобы последствия учиненной мной дефенестрации соскребли с асфальта и отправили в клинику. Этот Юсуф — дерьмо, а не человек, но я, пожалуй, погорячился… Заходи-заходи, Бабай, я знаю, что с ерундой всякой ты бы ко мне лично не приехал. Вон в то кресло садись и излагай!
* * *Я выдохся минут за десять, показывая и рассказывая. У меня с собой были карты с отмеченными Хтонями. Целый распечатанный на бумажке гайд с собранной из открытых источников и закрытых чатов сталкерско-охотничьей братии информацией по флоре и фауне аномалий и прорывов обоих предполагаемых театров боевых действий. Ну, и список активного личного состава Орды, материально-технических средств, прямо сейчас готовых пойти в дело, и возможное число добровольцев-орков, которые стекутся под знамена с Белой Дланью, буде я обещаю им оружие, одежду, еду и трофеи.
— Мы готовы послужить Богохранимому Отечеству и Грозному Государю, — закончил я. — Но дайте нам возможность делать это там, где наши таланты, средства и способности будут максимально эффективно применяться! Я не знаю, может — изобретаю велосипед, но скажите мне как опричник, наместник и офицер — как решались и решаются вопросы антихтонической защиты в тылах воюющей армии?
Воронцов все это время сидел мрачнее мрачного и ответил на мой вопрос одним словом:
— Хреново, — а потом встал и прошелся по своему суперсовременному кабинету, в котором тоже присутствовали все эти прозрачные панели, голограммы и всякая технологичная хрень. Разглядывая, как за окном убирают дефенестрированного Юсуфа, он проговорил:- У тебя на электронном носителе выкладки твои есть? Я отправлю их в Александровскую Слободу, они посчитают примерную эффективность и спрогнозируют уровень потерь… Не криви рожу, я понимаю, что прогнозы и Хтонь — это оксюморон… Но мы уже сталкивались с провокациями упырей в Аномалиях, ты лучше кого бы то ни было об этом знаешь, на своей шкуре испытал. Так что твоя идея может и сработать. Благо — ты предлагаешь самофинансирование и просишь только боеприпасы, продовольствие и общую поддержку… Но будь готов, Бабай, ответить за свои слова.
— В каком смысле? — напрягся я. — Я вроде всегда за базар отвечаю, если обещал чего — стараюсь выполнять.
— Использовать твои таланты наиболее эффективно — это ты сказал, а не я, — он вперился в меня взглядом. — Ты готов к этому?