Плохая привычка (ЛП)

— Почему мне кажется, что мы одновременно прощаемся и приветствуем друг друга? — спустя годы таскания за ним, словно потерянный щенок, я наконец-то завладела внимания Ашера в том ключе, в котором всегда мечтала. Но я не настолько наивна, чтобы верить в то, что все хорошо закончится.
— Потому что как только я уйду, ты должна будешь забыть все, что произошло этой ночью.
Я облизываю губы, и его глаза следуют за этим движением.
— Но ты все еще здесь, так что… — я встаю на носочки и обвиваю его шею руками. Ашер берет меня за талию и поднимает. Инстинктивно мои ноги обхватывают его.
— Впервые за всю свою долбаную жизнь я хочу побыть хорошим парнем, а ты совсем не облегчаешь эту задачу.
— Ты мне больше нравишься плохим.
Что-то слабо напоминающее рычание вырывается из его груди, после чего его губы снова встречают мои. Ашер перемещает нас к стене возле окна, поддерживая меня за задницу. Когда моя спина касается стены, его руки начинают свое путешествие. Он гладит внутреннюю сторону моих бедер и возвращает руки на мою талию. Я цепляюсь за его плечи, чтобы не растечься чертовой лужицей возле его ног, и чувствую вновь зарождающийся оргазм. Мои бедра начинают извиваться в поисках спасительного трения в тот момент, когда я слышу это.
Смех. Женское, раздражающее хихиканье.
— Заткнитесь нахрен! Вы разбудите моих родителей, — говорит знакомый, хоть и напряженный голос.
— Бл*дь, — шепчет Ашер, бросая меня словно мешок с картошкой, прямо перед тем как Уайтли, бывшая Арчера, появляется в окне. Она тяжело опускается возле моих ног, и я чувствую запах алкоголя и дешевого парфюма. Когда она замечает меня, ее лицо наполняется нескрываемым презрением.
Дэш залезает прямо за ней — его фирменный метод возвращения домой в компании девушки — и его взгляд мечется между нами. На его лице я замечаю не подозрение, а скорее смущение. Я резко ощущаю необходимость поправить свои волосы ил футболку, но не двигаюсь, боясь сделать что-то, разоблачающее мою вину.
— Что здесь происходит? — обеспокоенно спрашивает он.
— Мне бы не помешала помощь! — выругалась Уайтли своим писклявым, дельфиноподобным голосом. Дэш закатывает глаза и спешит помочь ей подняться на ноги.
— Она искала тебя. Отказ она не приняла, — объясняет Дэш. — Решив, что ты точно будешь здесь, когда мы не увидели тачку возле твоего дома.
— Я просто, эм, помогала Ашеру кое с чем, — говорю я. Дэш понял смысл моих слов и повернулся к Ашеру.
— Ты в порядке, чувак? — спрашивает он завуалированно, так как Уайтли все еще тут.
— Все хорошо, — это все, что он отвечает, и эти двое обмениваются взглядом, который я не могу понять.
— Какого хрена ты здесь делаешь, Уайт? — его тон грубый, но то, что он обратился к ней по прозвищу, говорит о том, что когда-то они были близки.
— Нам нужно поговорить, — говорит она, скрещивая руки на груди.
— Вот уж, бл*дь, нет, — выплевывает Ашер. — Иди домой.
— Я не могу! — возражает она, и я едва ли не затыкаю уши. Она всегда такая громкая. — Я не умею водить.
— Господи боже, — говорит Ашер, проводя рукой по лицу. — Иди и подожди меня в машине. Я довезу тебя. — Уайтли не теряет времени, потому что прекрасно знает, что и без того испытывает свою удачу.
— Что на этот раз? Ты подрался с каким-то случайным засранцем или твой отец снова напился? — спрашивает Дэш после того, как мы услышали звук захлопывающийся автомобильной двери.
— Последнее.
— Он выглядит так же, как и ты? — он намекает на его окровавленный вид.
— Хуже. — Хитрая улыбка трогает уголок его губ.
— Супер. — Торжественно говорит Дэш. Он ненавидит это так же сильно, как и я. Это то самое ощущение беспомощности, когда ты видишь, что что-то ужасное происходит с тем, о ком ты переживаешь всем сердцем, но не можешь ничего поделать, черт возьми. Так же сильно, как ненавижу саму мысль об его отъезде, я чувствую огромное облегчение, что этому беспределу придет конец. — Позвони мне завтра. Мне нужно отлить.
В тот момент, когда мой брат выходит из комнаты, полный сожаления и вины взгляд Ашера направляется на меня.
 
— Это была ошибка.
— Чушь собачья, — возражаю я, подходя к нему.
— Не подходи, — говорит он, отстраняясь, и внутри меня что-то умирает.
И прежде чем я собираюсь поднять с пола свое глупое, разбитое его ответом, наивное сердце, он уходит.
Глава 1
Брайар
— Ты уверена, что это хорошая идея, Брайар? Может тебе все-таки поехать с нами? — уже в десятый раз за день спрашивает мама, поправляя помаду перед зеркалом. Я закатываю глаза.
— Мам, со мной все будет в порядке. Вы же едете в Калифорнию, а не в Египет. — Папа решил объединиться с какой-то новой модной компанией в Южной Калифорнии. «Vale and Associates» превращаются в Бюро Адвокатов «Vale and Pierce». Я упросила их позволить мне остаться с Дэшем. Конечно же, не без ежемесячных визитов и еженедельных звонков по FaceTime. Через год Дэш получит степень бакалавра в университете Аризоны, а не в Гарварде, вопреки воле отца. Он согласился вернуться домой, чтобы приглядывать за мной в отсутствие родителей, вместо того, чтобы остаться в Туксоне.
— Я серьезно. Если передумаешь, то сразу же позвони. Ты меня услышала?
— Да, мам. — Мои отношения с родителями очень странные. Мы любим друг друга, но никогда не были по-настоящему близки. А вот их отношения с моим братом — это совсем другая история. Они куда более натянутые. Мы с Дэшем всегда были вдвоем против целого мира. Он мой лучший друг, мой брат и мой защитник в одном флаконе. После того как он уехал в университет, мы немного отдалились, но когда бы он ни вернулся, расстояния между нами как будто и не бывало.
Мама уходит, чтобы в очередной раз просветить Дэша насчет возлагаемой на него ответственности, а я выхожу на улицу, чтобы попрощаться с отцом. Его лицо не отражает ни единой эмоции, поэтому я подбегаю к водительской стороне его новенького Ренж Ровера и быстро чмокаю в щеку.
— Удачи, пап. Езжайте осторожно.
— И тебе того же, — кряхтит он, но его взгляд смягчается.
После того как мама уселась в машину, Дэш встает рядом со мной на подъездной дорожке и кладет подбородок мне на макушку. Мы стоим и наблюдаем до тех пор, пока свет габаритных огней не исчезает из виду, и возвращаемся в дом.
— Это действительно произошло? — смеюсь я. Мои родители просто помешаны на контроле. Они отдаленные и безразличные, но контроль — их второе имя. Моя мать больше переживает о том, что может случиться с домом в ее отсутствие, чем о своих детях.
— Ты просто любимый ребенок. В семнадцать меня бы ни за что не оставили одного дома, черт возьми.
— Это все потому что они знают, что через две с половиной секунды после их отъезда приедут копы, и ты будешь питаться только пиццей и пивом.
Двадцатиоднолетний Дэш буянит уже не так много, а вот семнадцатилетний? Короче говоря, быть юным и обладать нескончаемым запасом денег для него оказалось не лучшей комбинацией.
— Туше. Чем собираешься заняться вечером?
— Нат хочет потусить с друзьями. Что-то вроде вечеринки в честь окончания учебного года, — пожимаю плечами я.
Наталия Росси — одна из самых прекрасных людей, которых я знаю. Она веселая, честная, до ужаса красивая и безумно преданная. Мы встретились на танцевальном кружке в первый день второго класса, и тогда она с ужасом осознала, какой факультатив ей достался. Она раздражала инструктора по танцам до тех пор, пока та не сдалась и не разрешила ей уйти, сославшись на то, что ее поступление вероятно было ошибкой. В конце концов, она сменила факультатив, но когда я заметила, что мы вместе идем на следующий урок, то решила, что нам предначертано подружиться, а остальное уже история.
 
— Окей, я тоже уйду вечером. Не забудь закрыть дверь. И звони только в том случае, если будешь при смерти.