Тимереки (СИ)

– Я всегда готов помочь тебе. Но почему ты не пойдешь против воли отца? Если бы я так любил – я бы, наверное, боролся за свою любовь!
– Я борюсь за неё, Тембот. Нанося ей рану за раной. И это ещё не конец. Так предначертано духами судьбы. Когда-нибудь ты поймешь, почему Кей должна стать женой Алмира.
 Глава 5 
 
Кей долго маялась в тяжелом бреду, съедаемая лихорадкой. Она не чувствовала собственного тела, лишь иногда сквозь затуманенное сознание, она ощущала что кто-то поит её горьким отваром и обтирает чем-то влажным и холодным. Она не слышала голосов, не замечала, как день сменял ночь. Очень немногие выживали после укуса чубры. Кей оказалась везучей.
Открыв глаза, она почувствовала, что что-то изменилось. Кей осознала, что жизнь вернулась к ней, что она дышит, не чувствуя боли, что она лежит на ложе в вигваме. Сквозь сумрак она заметила фигуру, сидящую у неё в ногах.
– Зои, – шепнула она, потрескавшимися губами.
– Хвала духам! Кей, ты пришла в себя. Я как раз взывала к ним, и они ответили мне, они даровали тебе жизнь. Мы так долго лечили тебя! Двенадцать солнечных дней и ночей.
– Где я?
– Ты дома, в вигваме Алмира. Пока ты была в бреду, мой отец провёл священный обряд и теперь вы муж и жена. Вождь волков стал твоим высшим среди тимереков.
У Кей даже не было сил возразить по поводу своего нового статуса. Усталость и безразличие сквозили в её взгляде.
– Алмир будет рад, когда узнает, что ты очнулась. Он каждый день сидел у твоего ложа и долго смотреть на тебя. Мой отец исполнил своё обещание и вылечил тебя.
– Какое обещание? – прошептала Кей.
Зои осеклась, жалея, что проговорилась.
– Я позову Алмира?
– Не надо, я хочу спать, – тяжелые веки Кей опустились, и она снова забылась тяжелым сном. Жар отступил, и рана затянулась. Она была ещё слаба, но уже твердо двумя ногами в этом мире, а не одной.
Когда Кей опять открыла глаза, Зои снова сидела рядом, как будто никуда и не уходила, но только сейчас было светло, а значит, наступил новый день.
– Ох, Кей, я ждала, когда же ты снова откроешь глаза. На, обязательно выпей это, – Зои поднесла ей сосуд к губам.
Кей покачала головой и медленно поднявшись, села, растеряно осматривая на себе новую одежду тимереков.
– Нет, выпей! Иначе от слабости снова свалишься в сон. Я так долго ухаживала за тобой, я не хочу, чтобы ты оставила мир живых. Пей, Кей, ради тех, кто спас тебя.
– Ради Сазара … не буду!
– Ради меня, ради Алмира, ради Рагнара. Мой отец спасал тебя, потому что он его заставил. – Зои закусила губу, поняв, что опять сказала лишнее.
Но мысли Кей были настолько беспорядочны, в голове стоял туман, так что она даже не предала значение её словам.
– Пей, пожалуйста, Кей, выпей, докажи, что ты сильнее всех, как Алмир это делает.
– А что делает Алмир?
Зои уже задумалась, стоит ли говорить Кей такие вещи, но потом, решив, что жена должна обязательно знать, сказала:
– Алмир дерётся на поединке. Уже третий раз за то время пока ты болела. Сегодня они бьются на кулаках с Гордой.
Кей подняла на неё удивленные глаза. Зои поняла и продолжила:
– Когда мой отец связал ваши узы, он сообщил всем о вашем позоре. О том, что Алмир нарушил закон древних. Он только и говорил, что вождь волков женился на чужеземке, на жалкой и неверной нашему племени женщине. И тогда в клане волков засомневались, достоин ли он быть их вождём. Вот уже третий воин бросает ему вызов. Но я уверена, он и в этот раз победит. Я вот думала и решила, что все гораздо серьёзнее, что это не презрение наших законов, нет. Ведь духи всегда смотрят в суть, и они вас оправдали, на вас нет позора. Если бы мой отец не повторял это в каждом клане, люди бы так не обозлились, он управляет ими.
Но Кей уже не слушала её. Она залпом выпила содержимое сосуда, судорожно о чём-то соображая.
– Помоги мне выйти из вигвама. И не спорь! Я выпила, теперь ты сделай мне одолжение.
Зои, поддерживая Кей, помогла ей подняться и медленно, шаг за шагом, они вышли на свет. Лишь на секунду у неё закружилась голова, но свежий воздух взбодрил Кей, а её решимость придавала ей сил.
 
Кей было плевать, что на неё обращают внимание более пристальное и осуждающее чем раньше. Вместе с Зои они дошли до главной площади, где шел поединок. Тимереки столпились вокруг ограниченного поля для боя и наблюдали за дракой. Кей увидела Алмира, качающегося по земле с одним из воинов, они с жестокостью наносили удары кулаками не щадя друг друга, их руки и лица были все в крови. Кей пошатнулась и снова побледнела.
– Зои, я постою здесь, принеси мне воды, пожалуйста, – прошептала она.
Но как только Зои скрылась из виду, Кей довольно уверенно направилась в противоположную сторону.
– Тембот! Алмир! Она пропала! – прибежала перепуганная Зои в шатер сына вождя племени.
– Что значит, пропала, спросил Алмир, вытирая окровавленные кулаки, безразлично глядя на свои раны.
– Она сегодня очнулась, я дала ей выпить сока кумаса, он сразу добавляет сил, и помогла дойти Кей до площади. Она увидела ваш поединок и изменилась в лице. Кей попросила воды, а пока я за ней бегала – она пропала! – тараторила испуганная Зои. – Я уже обыскала всё и везде. Я думала, может, ей снова стало плохо, и она где-нибудь упала, но её нигде нет, и никто её не видел.
Алмир замер, а потом резко вскочил на ноги:
– Я пойду её искать. Нужно ещё раз всё осмотреть!
Но и его поиски так и не увенчались успехом. К вечеру, не на шутку встревоженный Алмир снова пришёл к вождю.
– Я отправляюсь искать свою жену в джунгли. Она могла отправиться только туда.
– За это время, её уже может и не быть в живых, дикие звери легко растерзают слабую женщину, – ответил ему старый вождь. – Нужно обратиться к жрецу, пусть он спросит духов.
– Не к жрецу, – вмешался Тембот, – К Рагнару, он должен знать. Я пойду с тобой, Алмир.
Рагнар с отрешенным лицом, спокойно выслушал историю о поисках Кей.
– Помоги её найти, Рагнар, ты же можешь чувствовать всех на расстоянии.
– Не всех, только её! – серьёзно, с легкой горечью в голосе ответил Рагнар. – Она ещё жива. Я смогу найти её в джунглях, но у меня есть одно требование! Мы пойдем её искать не только с Алмиром, но и с тобой, Тембот, с твоей женой и с вождями кланов. И только так.
– Пусть так, я поговорю с ними, – произнес удивленный Тембот.
– Медлить и сомневаться нет времени. Созывай их немедленно, выходим прямо сейчас!
Ночью тимереки отправились в джунгли, под сопровождение недовольного возмущения Тире. Через какое-то время устав спотыкаться в темноте, Тире громко воскликнула:
– Долго мы ещё будем заниматься этими глупостями, и мучаться из-за этой уродливой чужачки?!
– Замолчи! – огрызнулся Рагнар. – Тембот, закрой рот своей жене. С этого мгновения никто не должен издавать ни звука.
Спустя ещё немного времени, осторожно раздвинув ветви, перед ними открылась небольшая поляна, залитая лунным светом, а посреди неё тимереки увидели … чудо.
Только одна Кей даже не догадывалась о важности того, что с ней происходит. Она лежала на траве, совершенно обессилев, и уже давно не ревела, а только тихо всхлипывала, уткнувшись лицом в руку. Услышав рядом с собой чьи-то осторожные шаги, по звуку она поняла, что это животное, которое уже топталось прямо около неё. Лошадиное фырканье заставило её поднять мокрое лицо и застыть в полном изумлении.
Перед ней стоял совершенно белый конь… единорог! Животное нетерпеливо мотнуло головой и из-под длинной белоснежной гривы на Кей взглянули умные и проникающие в душу глаза. В полном замешательстве, Кей поднялась, не в силах поверить в происходящее. Она инстинктивно потянулась к нему рукой. Единорог, вытягивая шею, дотянулся к её лицу и мягкими губами стал слизывать со щеки соленые слёзы.
 
– Здравствуй, чудо-конь! Я думала, что такие бывают только в древних легендах и сказках. А ты существуешь на самом деле! Какой же ты красивый! – прошептала ему Кей и погладила его по морде, убирая в сторону гриву. Потом, осмелившись, она потрогала его рог и … к её огромному ужасу … он отвалился прямо ей в руки. Кей обомлела, хлопая ресницами, на минуту она потеряла дар речи, а единорог ещё раз фыркнул и галопом умчался прочь, в заросли джунглей. Девушка держала его рог трясущимися руками, ничего не понимая, она даже не сразу заметила приближающихся к ней тимереков. Первым, кого она увидела – был Рагнар.