Тимереки (СИ)

Слишком большим оказалось для них это искушение! Кей поддалась желанию поцеловать его и … пропала! Так много нежности было в нём, столько нерастраченной страсти, что ради этого она была готова рискнуть. Мир в этот миг исчез. Время остановилось для них. Отныне не существовало ни тимереков, ни зависших в параллели людей. Были только Он и Она! Только руки, ласкающие её тело, её губы, покрывающие поцелуями его лицо. Только два обнаженных тела слившиеся плотью и душей, только страстный шепот в унисон, только ослепительная вспышка счастья на двоих! Она стала для него первой женщиной, первой, в кого он пролил своё семя, и которая доставила ему невыразимое удовольствие.
Кей лежала у него на плече, переводя дыхание. Сознание отрезвлялось, возвращая её в реальность.
– Алмир, мы не должны были этого делать. Мне страшно, – тихо произнесла она.
– И не зря! – как гром среди ясного неба, пригвоздившего их к земле, раздался возле них голос самого Сазара.
– Моё сердце скорбит, Алмир! Наши предки стонут из-за твоего поступка. Ты – великий воин, вождь клана, осквернил себя связью с чужеземкой, с этим жалким существом, – проговорил он загробным голосом, пока они одевались, не в силах взглянуть жрецу в лицо. – Горе вам, ибо духи узрели ваш поступок! Вас ждет осуждение и пренебрежение всего племени. Позор – ты принёс в свой род, Алмир! Ты будешь наказан. Ты возьмешь в жены это существо и будешь мучаться с этим до конца своих дней. Ты мужественно будешь сносить насмешки, помня о своих деяниях. Ты понял мою волю Алмир?!! Посмотри мне в глаза!
Алмир поднял голову, и смело взглянул на Сазара:
– Да, я слышал тебя, жрец. И готов понести наказание. Я приму это с покаянием, – смерено проговорил вождь волков.
– Что?!! – Кей чуть не присела, обомлев, когда поняла к чему клонит Сазар. – Ты хочешь нас поженить, старик?!! А не лучше ли мне просто перерезать горло и сбросить в обрыв?! И тогда Алмир останется при своих интересах и тебе, я не буду мешать! Я не стану его женой, не заставите!!! Это была ошибка, страшная ошибка. Если я для него наказание, то он для меня – чудовищная ошибка! Я не принадлежу вашему племени, вы удерживаете нас силой, но это не даёт вам право делать с нами все, что захочется! У меня есть только одна просьба к вашим духам, только одна, но она огромная и идёт прямо из сердца! Я прошу у них, чтобы твой сын Рагнар не стал таким чудовищем как ты, жрец! – прокричала она. – На рассвете я уйду из вашего селения, и только попробуйте меня остановить. Ты не убьёшь меня жрец, потому что боишься гнева духов, которые привели меня сюда. Дай нам уйти, мне и другим чужеземкам! Я исчезну из твоей жизни навсегда!
– Нет, этого не будет, вы останетесь в племени. Если понадобится – воины будут удерживать тебя силой, когда я буду совершать над вами брачный обряд. Сила моей древней магии не отпустит тебя далеко от селения!
– Но ты говорил, что за проступки – нас изгонят с земель поселения тимереков. Так изгони нас!
– Я могу тебя убить чужеземка, но боюсь, тогда мой сын восстанет против меня и в племени наступит хаос. Ты можешь уничтожить наш народ, поэтому он и изуродовал тебе ладони, чтобы я этого не увидел. Но и изгнать я тебя не могу, потому что пока ты будешь жива – он будет искать тебя, у вас на двоих одна суть, одна душа, но я не позволю ему соединиться с тобой, не допущу этого позора. Поэтому ты должна жить в племени, но стать женой другого. Это единственный выход, – спокойно и холодно произнес Сазар.
– Управление сознанием, – догадавшись, проговорила Кей. – Жрецы могут управлять действиями других людей. Ты выбрал Алмира и сам всё подстроил!
Жрец расхохотался:
– Нет, всё гораздо проще. Природа сама все устроила за меня! Я только отправил его на охоту за священной птицей для свадьбы Тембота. А дальше вы сами пришли к печальному концу. Хватит непокорства, чужеземка! Смирись, всё будет так, как я сказал!
– Время покажет, жрец! – зло бросила ему Кей, направляясь к расщелине. Она кинулась бежать со всех ног, на ходу глотая слёзы. Упав на пол сарая, Кей зарыдала от обиды. На себя, за свою слабость, на Алмира, за его покорность, на Сазара, за его подлость. Кей не могла постигнуть бредовости законов их жизни. Хорошо выплакавшись в одиночестве, она уснула.
 
Но и утро не изменило её решения. Едва солнце взошло, Кей спокойно вышла наружу и, не спеша, направилась к озёрам.
Алмир, как и приказал ему жрец, явился к его шатру.
– Пойди, приведи её. Я совершу обряд и свяжу ваши узы. Мы не будем устраивать праздника в вашу честь, и собирать  племя. Пусть все тимереки узнают о вашем позоре, – надменно произнес Сазар.
Вдруг, из соседнего вигвама выскочил встревоженный Рагнар. Схватив меч, он бросился бежать в сторону озёр.
– За ним! Быстро отправляйтесь за ним! – скомандовал Сазар Алмиру и нескольким воинам.
На озёрах не было ни души. Кей села на берегу, опустила руку, и начала мутить воду с отрешенным видом.
– Я всё равно сделаю по-своему, – шептала она. – Ты боишься хаоса, будет тебе хаос. Заодно, я освобожусь от этого кошмара.
Оно вынырнуло неожиданно. Серое бородавчатое полено с огромной зубастой пастью, которая мгновенно сомкнулась. Чубра ухватила её чуть выше локтя и поволокла за собой. Но чей-то меч перерубил тварь пополам, не дав исполнить ему свою роль. Чудовищная голова все ещё сжимала её руку. Рагнар потащил её на берег:
– Зачем? Ну, зачем ты это сделала?!! – с болью зашептал он. – А теперь терпи, его зубы ядовиты. Я вырежу его из тебя.
– Нет, ну зачем ты помешал! Я хочу умереть! – застонала Кей.
– А я не хочу! Ещё не пришло твоё время, Кей.
– Оно кончилось, когда я попала сюда, – прошептала она еле слышно.
Когда прибежал Алмир, Рагнар уже быстрым движением ножа, сделал глубокий надрез на руке Кей, освобождая её от зубов хищника. Кей закричала от боли, выгнувшись в дугу, но Рагнар продолжал давить на рану, выдавливая вместе с кровью яд чубры. Кей побледнела, яд всё равно подействовал. Посиневшими губами, собрав последние силы, она улыбнулась и шепнула:
– Это последнее испытание, Рагнар? Иначе ты совсем изувечишь моё тело, постоянно спасая меня. Я больше не хочу шрамов …
Она потеряла сознание. Рагнар сгреб её в охапку, и сидя на земле, медленно качал её как маленького ребёнка. Он молчал, глядя в одну точку. К нему подошли Тембот и Сазар.
– Ты спасешь её? – не глядя на отца, произнес Рагнар изменившимся голосом. – Спаси её! Это всё что я у тебя прошу. Спаси, отец. И она станет женой Алмира до конца его дней, а я стану жрецом, хранящим законы тимереков, как ты хочешь. Она перестанет существовать для меня как женщина, только как жена воина нашего племени. Я знаю, ты можешь спасти её! – он повернул своё искаженное лицо к Сазару.
– Хорошо, пусть будет так, Рагнар, – после небольших раздумий, ответил жрец.
Рагнар ещё раз взглянул на Кей. Он погладил её по волосам, и на прощание нежно коснулся кончиками пальцев её губ и поцеловал в холодный лоб. Воины унесли девушку, следуя за жрецом. Остались только Тембот и Рагнар. Он всё ещё сидел на том же месте и растеряно смотрел на её кровь на своих руках.
– Ты любишь её, Рагнар? – тихо спросил Тембот.
– Да, люблю.
– Но почему её, за что? – недоумевал Тембот.
– Она особенная, не такая как все, добрая, нежная, очень красивая женщина. Именно она была моей судьбой! – дрогнувшим голосом ответил Рагнар.
– Тогда почему, … почему ты отдал её другому? – опешил друг.
– Чтобы спасти её. Ради тимереков, ради нашего племени. Ведь в этом наше с тобой предназначение? В первую очередь жить ради нашего народа, порой жертвуя своим сердцем. Да, Тембот? Я больше никогда не смогу полюбить. Я буду со стороны смотреть, как моя любимая живёт с другим. По крайней мере, все остались живы, верно? Страшно то, что я чувствую всё, что с ней происходит: когда ей больно, когда она плачет или смеется, когда она … ласкает другого. Но она даже не догадывается об этом. Ты поможешь мне, поможешь выстоять? Духи дали нам с ней одну суть, она это я, а я – она. Мне будет невыносимо сложно разделиться, – его умерший взгляд и бесцветный голос поразили Тембота.