Легенды девяти миров. Пробуждение (СИ)

— Скотт, вот скажи мне, что толкает людей на измены?
— Разве не ты должна мне рассказывать об этом — Скотт говорил с лёгкой усмешкой, что мне все больше начинало нравиться в нем.
— Я хочу услышать мнение не психоаналитика, а просто близкого друга и уважаемого мной человека.
— Так ты уважаешь меня? — Скотт ещё хитрее покосился на меня, а его губы скривились в кривой улыбке.
— Если немного. Но, по крайней мере, к твоему мнению я прислушиваюсь и оно важно для меня в любом виде.
— В таком случае я могу тебе сказать вот что — Скотт повернулся ко мне и сверкнул своими желтыми глазами — Людей толкает на измену в двух случаях. Первый из них, когда один из партнеров перестаёт привлекать первого, и перестаёт его удовлетворять как в физическом, так и в моральном плане. В таком случае один из партнеров ищет эти эмоции и это чувство удовлетворения где-то на стороне и у кого-то другого.
— Так, а почему нельзя уйти от первого партнера и сказать ему все как есть? Зачем обманывать себя и своего партнера своим молчанием?
— Предположу, что людьми движет страх потерять ту стабильность, которую они обрели с первым партнёром. Да, он уже не удовлетворяет и не даёт необходимых эмоций, но, по крайней мере, этот партнёр стабилен и ты знаешь, чего от него ожидать.
— В таком случае, какой тогда второй случай измены?
— А второй случай звучит слишком банально.
— Удиви меня — я скептически покосилась на Скотта и поставила свой пустой бокал на журнальный столик неподалёку.
— Во втором случае людей толкает банальное осознание того, что в своей жизни они сделали неправильный выбор. Вот например, ты по малолетству встречаешься с парнем и у вас вроде как большая и искренняя любовь. Затем, вы из-за чего-то разбегаетесь и держите обиду друг на друга долгие года. Из-за этой обиды вы делаете не тот выбор и создаёте семьи с другими людьми. Через время, уже будучи в браке ты встречаешь того парня, и вы оба понимаете, что совершили грубейшую ошибку. Вы боитесь бросить ваши нынешние семьи, но вас тянет друг к другу, а ваши чувства разгораются с новой силой. В итоге, чувства берут вверх над разумом, и вы поддаётесь этому порывы и пускаетесь во все тяжкие в этом океане страсти.
— Скотт, ты все-таки в прошлом был кем-то интересным по профессии. Твоя способность изъяснять свои мысли красивым и художественным языком до сих пор поражает меня.
— Не знаю, кем я был раньше, но мое нынешнее положение меня устраивает на все сто — Скотт улыбнулся, но затем более серьезно произнёс — Так ты считаешь, что отец прав, и твоя мать ему изменяет?
— Не знаю, Скотт. Что-то во всей этой истории не даёт мне покоя — я тяжело вздохнула, и устало откинулась на спинку дивана — Отец на моей памяти впервые завёл подобные разговоры, а его удрученный и усталый вид дают мне основания задуматься над подобной перспективой.
— Не думала попробовать разузнать правду о матери?
— Думала и не раз, но вот как это правильно сделать, я не могу понять.
— Так спроси ее напрямую. Ты сама сказала, что она врет твоему отцу, прикрывая свои отъезды из дома своими визитами к тебе. Спроси ее напрямую, о каких визитах идёт речь и где она пропадает все это время, а главное, зачем она все это скрывает.
— Ты думаешь, что вопрос напрямую даст какие-то ответы?
— По крайней мере, я предполагаю, что даст.
— Все-таки мне всегда будет интересно, кем же ты был в своей прошлой жизни — я внимательно осмотрела Скотта, будто видела его впервые в жизни.
— Мне тоже, но мы оба знаем, что нам не суждено этого узнать — в голосе Скотта впервые за долгое время промелькнула некоторая грусть, которую он позволял себе крайне редко.
— А я не была бы так в этом уверена. Ты читал мою диссертацию?
— Большую ее часть, но не всю. А причём здесь твоя диссертация?
— Ты прочитал мою основную теорию о восстановлении ментальной памяти личности и возвращении глубоко сокрытых воспоминаний?
— Прочитал. И как я понял, чтоб вернуть память и потерянную личность, человеку необходимо пережить сильный стресс или эмоциональный всплеск неимоверной силы, чтоб заставить мозг активно работать, а его нейроны привести в быстрое и активное движение.
 
— Ого. Вот это память — восхитилась я столь неожиданному и развернутому ответу Скотта — Не удивительно, что тебе довольно легко даётся актерская деятельность.
— Так ты продолжаешь верить, что рано или поздно, но память вернётся ко мне?
— Я не исключаю такой возможности — я немного задумалась и тихо произнесла — Мы не знаем, что случится с нами завтра, через неделю или через год. Любой сильный стресс или какая-то ярчайшая эмоция могут вызвать у тебя подобный симптом и вернуть тебе память.
— Даже не могу представить, какого мне будет в этот момент.
— Довольно паршиво скажу я тебе.
— Почему паршиво?
— Ты же проживаешь сейчас новую жизнь с новой личности внутри. Вспомнив себя прежнего, у тебя произойдёт своеобразное наложение этих двух личностей из твоего прошлого и твоего настоящего. Ты вновь можешь потерять себя, но уже из-за непонимания, кто из этих двух личностей ты настоящий.
— Ты права. Довольно паршивая перспектива скажу я тебе — Скотт немного усмехнулся, желая развеять повисшее между нами напряжение — Так что ты решила делать со своими родителями?
— Отец собрался съездить на отдых с матерью. Я же в этот момент хочу приехать к ним домой и попробовать найти подсказки там, пока их обоих не будет дома.
— Довольно смело с твоей стороны — Скотт что-то прикинул в своей голове — Тебе нужен подсобник в твоем проникновении?
— О чем ты? Какое ещё проникновение?
— Как какое? Которое ты собираешься осуществить в скором времени — глаза Скотта вновь горели тем странным отблеском, который я видела в моменты его неимоверного воодушевления.
— Ты серьезно собрался ехать со мной и помочь мне обыскать дом моих родителей в поисках непонятно чего?
— А почему собственно нет? — Скотт пожал плечами и слабо засмеялся — Я же вроде как злодей, и это моя отрасль деятельности — взлом с проникновением в чужое жилище.
— Начнём с того, что это дом моих родителей, а значит и мой дом тоже. У меня есть все права на него, так же, как и все ключи от входных систем.
— Из-за чего наша задача в разы упрощается — Скотт подмигнул мне и как можно воодушевление произнёс — Так, когда едем?
Когда отец позвонил мне и сообщил об их с матерью скором отъезде, я была как никогда счастлива. У меня в душе разгорелась надежда, что все родительские недомолвки и недопонимания вскоре разрешатся и их отношения придут в норму. Через несколько дней родители улетели, а я и Скотт решили воплотить оговорённый нами ранее план в жизнь. Вечером, когда Скотт вернулся с очередного съёмочного дня, мы с ним пересели в мой автомобиль и направились в дом моего детства. Резиденция родителей располагалось в элитном районе Лос-Анджелеса. Беверли-Хиллс был районом проживания не только кинозвёзд, но и всех магнатов и богатеев Америки. Мои родители, являясь таковыми, не смогли отказать себе в довольно комфортабельной и внушительных размеров вилле. Я с раннего детства помнила все это богатое окружение и огромную зелёную территорию вокруг дома. Наш дом был словно крепость, которая скрывалась в тени деревьев за высоким забором. Когда я и Скотт подъехали к массивным кованым воротам, я отключила все охранные системы, и мы без труда въехали во двор. Оставив автомобиль около входа в дом, я прошла ко входной двери и дрожащей рукой открыла ее. Огромный холл был погружён в темноту, но свет уличных фонарей отбрасывал слабые блики внутри помещения. Я отключила охранную систему и включила свет в доме. Скотт вошёл в дом следом за мной, и я услышала еле различимый свист.
— Ничего себе — проговорил Скотт удивлённым голосом — Я, конечно, знал, что твои родители богаты, но чтоб настолько.
— Это не единственное их имущество — я немного смутилась такому прямому замечанию Скотта — У них есть ещё несколько объектов недвижимости.