Раскаты грома (СИ)

Вдруг стены святилища затряслись, с потолка посыпалась каменная крошка, дверь, которая так и была чуть приоткрыта, с грохотом захлопнулась.
— Идиот Аркан! — заорал Ёррин и врезал своему монсеньору по пальцам широкой мозолистой лапой. — Убери руки!
Буревестник от неожиданности даже отпрыгнул от алтаря, опасливо оглядываясь. Гномская магия? Удивительные технологии? Что это вообще было? Взаимосвязь между движением пальца и локальным землетрясением была очевидной! Когда дрожь земли унялась, Рем с почтительного расстояния еще пристальнее стал вглядываться в навершие алтаря.
— Так во-о-от как ты собираешься мстить… — задумчиво проговорил эльф. — Нам нужна разведка.
— Не нужна, — глядя на серьезного гнома, проговорил Аркан. — Вот это свечение самоцветов — оно ведь обозначает, что в помещении кто-то есть, да? Янтарь светится, изумруд, агат… А рубин — нет! И топаз — нет… А вот эта черная жемчужина — она что значит? Гляди — почти в самом углу, и ведет к ней один коридор и какая-то закорючка…
— Закорючка! Какой хитрый Аркан! — хлопнул себя по ляжкам Сверкер. — Эта закорючка — наш проход в хранилище Граббе! Потому что я уверен — коридор обрушен. Видишь — пятна окиси? Давно ты видал окись на золотой пластинке самой высокой пробы? Алтарь отражает на себе всё, что происходит в месте, которое находится под его защитой!
— И что — ты теперь станешь давить на камни — и фоморов расплющит? — поинтересовался Рем.
— Не только, не только… — с явным предвкушением потер ладони кхазад. — Но вдруг где-то там есть живые Граббе? Мы, гномы — народ упрямый, живучий и запасливый. Кто-то из оружейников мог уцелеть в дальних штреках или личных домах. Устраивайтесь, отдыхайте — я позанимаюсь с алтарем, кажется, можно сделать настройку, чтобы увидеть кто именно занимает то или иное помещение… Эх, был бы я рунным мастером, а не забойным — дело пошло бы веселее… Не важно, не важно! Я и так справлюсь, мы, Сверкеры — народ способный… Вы располагайтесь, тут тепло и свежий воздух, можно даже огонь разжечь в каком-нибудь углу, во-о-он на той жаровне например… Не угорим, это точно! Чувствуете, какая хорошая тяга?
Эльф повесил на морды ослам торбы с зерном и занялся готовкой еды: сушеные овощи, вяленое мясо, специи и пару горстей крупы, крохотный огонек на жаровне — и в котелке кипит ароматный супчик. Аркан озаботился устройством ночлега: одеяла из вьюков легли на теплые, как будто живые камни пола, под головы — сумки с одеждой, теплые плащи могли служить в качестве покрывала.
— И никаких клопов! — прокомментировал свою работу Рем. — Лучше, чем в оптиматской гостинице.
— Хуже, — откликнулся тъялери. — Мне не по себе в замкнутом пространстве. Как будто каменные своды давят мне на грудь, мешают дышать… Даже мысли стали тягучими и тусклыми, мне приходится всерьез концентрироваться на том, что я делаю! Я едва не положил в суп кардамон! Кто бы стал есть суп с кардамоном? Всё-таки мы и кхазады — слишком разные. Как можно день за днем, год за годом жить в каменном гробу, не видеть солнца, не вдыхать ароматов осеннего леса? Нет, определенно — у гномов не всё в порядке с психикой…
— Что это — приступ клаустрофобии? Про порядок с психикой мне говорит эльф, который буквально год назад сравнивал убийство оскверненных тварей с резней младенцев, а пожар в лесу — с гекатомбой котят? — не удержался Аркан от шпильки. А потом задумался: — Я теперь примерно представляю, как вы тут уживались с гномами до того, как прибыли люди. Ваши ареалы обитания практически не пересекались, да? Межрасовое разделение труда. Продукты питания, лекарства, ткани и древесина в обмен на металлы, механизмы, строительные материалы и самоцветы. Разница менталитетов, наверное, вам не мешала сотрудничать…
Эльф налил готовый суп в плошки — себе и Аркану. Порция гнома осталась томиться в котелке, под крышкой — сколько провозиться с алтарем Ёррин предсказать было невозможно. Зачерпнув ложкой бульону, Эдор пригубил еды, удовлетворенно кивнул, явно довольный результатом своих кулинарных изысков и ответил:
 
— Мешала. Войны случались, но это были стычки между отрядами профессиональных воинов! Плодородные горные долины или открытые месторождения полезных ископаемых, как и заносчивость отдельных представителей наших народов и две тысячи лет назад становились поводом для конфликтов… Но чаще — мы были союзниками. Дети Степей с одинаковым остервенением ходили в набеги и на лесные поселения наших братьев — нандор, и штурмовали подземные города кхазадов! Но с тотальной войной нас всех познакомили только вы — люди…
— Нандор, тотальная война… Кажется, этот разговор становится слишком интеллектуально насыщенным! — Рем взялся за ложку и принялся уплетать суп с искренним энтузиазмом. — Я слишком хочу есть и спать для таких речей! Предлагаю продолжить наш исторический экскурс где-нибудь в смарагдской таверне, за кружкой глинтвейна!
— Голодное ухо к учению брюхо? — эльф не оставлял попыток овладеть имперскими идиомами и фразеологизмами. Получалось откровенно плохо, но он не сдавался.
Закончив с супом, Буревестник вытер миску насухо куском хлеба, съел и его тоже, позволил себе сделать несколько глотков из бурдюка с вином, аккуратно заткнул пробку, улегся на жестком ложе, с наслаждением вытянулся и тут же уснул, едва коснувшись затылком свертка, который служил ему вместо подушки.
  
XV ПУТЬ ВО ТЬМЕ
 
Аркан с трудом открыл глаза, разбуженный странными звуками прямо над ухом.
Ёррин Сверкер поглощал суп непосредственно из котелка, удерживая его обеими руками и выпивая бульон огромными глотками. По всему выходило — гном так и не ложился спать, увлеченный изучением возможностей алтаря.
— А я что говорю? — спросил он, отставив опустошенную посудину в сторону и хлопнув себя по ляжкам, отчего раздался металлический гул: броню кхазад так и не снимал. — Сейчас мы их убивать будем. Правда, в коридорах придется делать это вручную, но это не беда, верно? Справимся!
— Что? — потер тыльной стороной ладони лицо Рем. — Ты о чем?
— Всё! Я знаю, где расположились фоморы. Просыпайтесь, устроим им тотальную войну! Так этот эльф говорил? Эй, птичка черная, вставай! Я знаю — ты не спишь, ты медленно моргаешь! Мне нужно пару минут, чтобы устроить геноцид фоморов в отдельно взятом подземелье, и после этого мы пройдем к арсеналу, как нож сквозь масло!
— Velanenye elyo tundosse! — Эадор явно выругался, с трудом сел, поджав ноги и тут же ухватил себя за голову, унимая приступ мигрени. — Однако, если мы отсюда побыстрее выберемся — я согласен даже на тотальную войну… Как ты себе это представляешь?
— Я приведу в действие… — тут Ёррин задумался, как бы это ловчее назвать силы, которые может разбудить алтарь и не нашел подходящего термина на имперском. — В общем, оно сработает. Смерть настигнет всех, или почти всех, кто занимает жилища, залы и мастерские Граббе! А коридоры — нет. Те, кто будет в переходах — уцелеют. Их придется убивать уже нам!
— Убьем, — кивнул эльф и тут же снова поморщился от головной боли. — Темных тварей жалеть не будем.
— И всё-таки, маэстру гном, поясните нам, чужакам — как эта штука работает? — вставая и разминаясь, спросил Аркан. — Это магия? Техника?
— Техномагия, если угодно! — буркнул кхазад. — Я не рунный мастер! Я знаю как это использовать, но понятия не имею, как именно оно действует и какая энрегия используется! Что ты прицепился ко мне? Когда ты пьешь эль в таверне из кружки, неужели тебе так важно, какой сорт хмеля использовали для пивоварения и с какого месторождения глина, из которой гончар сваял посудину?
— Очень важно, — серьезно кивнул Рем.
— Разгарнак… Пиратский квартирмейстер с герцогским титулом! Как же я забыл, действительно! Но — не важно! Давайте, давайте, нам нужно быть готовыми выступить сразу после того, как я сыграю кесарянку на алтаре!
— ИА! — сказал один из осликов.
— А… И говно убрать, да. Я же обещал! — хлопнул себя по лбу гном.