Проклятые земли Трэурана (СИ)
Олаф охотно говорил и жадно поглощал угощения. У Стига при виде достойного конкурента открылось второе дыхание и он снова принялся уминать еду за обе щеки.
— Олаф, а что ты можешь сказать об лорде Арне? — спросил Коэн.
— Лорд Арне? — Олаф перешел на шепот. — Я здесь не так долго, чтобы разбираться во всех придворных хитросплетениях, но ходят слухи, что лорд Арне не совсем лорд, точнее совсем не лорд. Он вроде как сын кухарки, который с детства рос с Жильбером — наследником лорда Дрентона, заправлявшего здесь ранее. Поговаривают, что старый лорд так благоволил к малышу Арне, что решил его усыновить. Жильбер был добрым юношей и относился к Арне, как к родному брату, но однажды на охоте с ним приключилось несчастье. Законный и всеми горячо любимый наследник брякнулся с коня и раздробил голову о камень. Лорд Дрентон занемог от горя утраты любимого сына, да так и не очухался, потух, как свеча. Но перед смертью старик назначил своим приемником юного Арне, который с тех самых пор правит Валетт-Данора. У Арне есть кузен…
— Рэндал. — закончил фразу гнома Коэн.
— Да. Командир Рэндал. — подтвердил Олаф.
— Они похожи. — объяснил свою догадку Коэн.
— Так, а в чем тогда дело? Почему Арне «совсем не лорд», раз его усыновили? — недоуменно спросил Альдо.
— А дело в паре нюансов. Первый — никто и никогда не видел грамоту об усыновлении. Второй — Жильбер был лучшим наездником Валетт-Данора, и, когда он погиб, на охоте с ним был именно Арне. Третий — никто не слышал, как старый лорд назначил Арне своим приемником. Предсмертную волю старика передал сам Арне, который после того, как лорд Дрентон слег, никого к нему не подпускал.
— Интересно получается. Сам себя объявил лордом? У старика вообще не было родственников, способных претендовать на титул? — полюбопытствовала Лиара.
— Остался только племянник — Лукас. Он отказался от претензий на трон и только по-этому еще жив. Арне не любит когда ему что-то или кто-то угрожает. Он как хищный зверь. Пока Лукас ведет себя тихо, его не трогают. Но у лорда Арне всегда есть возможность поехать с ним на охоту, где можно запросто брякнуться с коня. — Олаф оглянулся по сторонам, словно кто-то мог подслушать их разговор.
— И еще один вопрос. Мы хотим прогуляться к Теплому озеру. Сможешь нас сопроводить? — спросил Коэн нового знакомого.
— Я бы на вашем месте не шатался по окрестностям. Там до черта опасных тварей. Да и лучше получить разрешение у лорда Арне. — покачал головой Олаф.
— Нас могут не выпустить? Мы в заточении? — снова возмутился Альдо.
— Нет. Но я бы на вашем месте просто так не выезжал. — двусмысленно ответил Олаф.
В дальнейшем беседа перешла в веселое, легкое русло. Посиделки никак не сворачивались, даже несмотря настойчивые просьбы Коэна и Лиары, твердивших в один голос, что на вечернем пиршестве гномам надо быть хоть в сколь-нибудь вменяемом состоянии.
С огромным трудом преодолев сопротивление Альдо и буквально подавив восстание быстро спевшихся Стига и Олафа, Коэн и Лиара все же добились своего и застолье наконец закончилось.
… Пир в Валетт-Данора не слишком разнился от попойки в «Мерзлом хряке»: шумная толпа, громкая музыка, танцы, столы с нехитрыми яствами и напитками. Все тоже самое, вот только размах другой. Огромный тронный зал, под завязку набитый жителями города, едва вмещал всех желающих вкусить дармовой снеди, щедро дарованной великодушным лордом своим подданным.
Среди приглашенных не было привычного для подобных застолий разделения на знать и простолюдинов. Длинные, беспорядочно состыкованные столы образовывали запутанный, изобилующий тупиками лабиринт, и пирующим, чтобы добраться до своего места, часто приходилось через них попросту перелазить. Что они собственно и делали, не утруждая себя таким никчемным занятием, как снятие грязных, заляпанных слякотью сапог.
За отдельным столом, особняком от свирепствующего повсюду бедлама, сидели лорд Арне, командир Рэндал, а также дюжина бритоголовых воинов в белых меховых накидках. Немного поодаль от них, на самом краю, примостился светловолосый мужчина, отрешенно наблюдающий за праздничной суетой.
Бесшабашное, неудержимое веселье било ключом. Потоки эля без остановки наполняли бокалы, откуда тотчас перекочевывали в страждущие неутолимой жаждой чрева. Мелкие стычки, крики, хохот, музыка, застольные песни и танцы — все это смешалось в суматошном, несмолкаемом кавардаке.
Лорд Арне надменно взирал на пьяный разгул своих подданных, не притрагиваясь к еде и выпивке. Он с улыбкой кивал в ответ на многочисленные тосты в свою честь и лишь изредка перекидывался короткими фразами с командиром Рэндалом.
Коэн и его спутники вошли в зал, когда пир был в самом разгаре, так что никому не было дела до вновь прибывших, тщетно высматривающих свободные места среди бурлящего моря тел.
Неожиданно раздался громкий свист, за которым последовал пронзительный вопль:
— Стиг! Стиг!
Олаф отчаянно махал руками, перекрикивая шум гулянки. Он бесцеремонно растолкал своих соседей, которые накачались до такой степени, что попросту свалились на пол. При этом пьянчуги не сдавались и упорно продолжали горланить тосты и здравницы.
Стиг и Олаф радостно обнялись, словно не виделись целую вечность, и не мешкая приступили к трапезе. К ним без долгих раздумий присоединился Альдо.
В отличии от гномов, Коэн неуютно чувствовал себя на многолюдных пиршествах, где ему никогда не удавалось полностью расслабиться и поддаться всеобщему веселью.
— Может зря мы сюда пришли? Нашего отсутствия никто бы не заметил. — пробормотал Коэн.
— Глупо рассчитывать на невнимательность лорда. Пренебрежение личным приглашением могло бы его оскорбить — резонно заметила Лиара.
— Олаф, а почему Арне не пьет? — спросил Коэн, посмотрев на хозяина замка.
— Не знаю. Он никогда не пьет. — пожал плечами Олаф и покрутил пальцем у виска.
— А кто тот светловолосый с ним за столом? С понурым взглядом. — поинтересовалась Лиара.
— Белобрысый? Лукас, тот самый племянник старого лорда, я вам рассказывал. — ответил Олаф, продолжая хлестать эль.
Лорд Арне неторопливо поднялся, вышел из-за стола и вскинул руку, требуя внимания. Гул разом стих и пирующие замерли в ожидании.
— Люди Валетт-Данора! Данорийцы! Мои верноподданные! Сегодня великий день! Он навсегда войдет в историю нашего славного города! — торжественно взревел лорд Арне. — У меня для вас есть подарок! Подарок, которого вы так долго ждали!
Присутствующие вопрошающе загудели.
Лорд Арне, ухмыляясь, махнул рукой и в сопровождении десятка копейщиков в зал ввели белого великана. Израненный, скованный по рукам и ногам тяжелыми железными кандалами, он едва передвигался.
— Гунр! Вождь халоров! — Громогласно провозгласил лорд Арне, триумфально вскинув вверх кулаки.
Толпа заревела в диком восторге. Крики радости и ликования, грязные ругательства, проклятия, угрозы — все слилось в единый безумный гвалт. В белого великана полетели объедки и посуда.
Коэн и Стиг удивленно переглянулись.
— Это он. Тот белый, с которым мы повздорили на охоте. — сообщил Коэн, склонившись к Лиаре и Альдо.
— Именно тот самый? — уточнила Лиара.
— Да. Одноглазый. И ухо подрезано. — Коэн кивнул головой на гиганта.
— Ухо — работа Коэна. — сдержанно промолвил Стиг.
— Ну вот и хорошо, что его отловили. — Альдо заинтересованно рассматривал великана. — Здоровый какой.
— Может и хорошо, но мне как-то не по себе. — поморщился Стиг.
— Мне тоже. — сухо согласился Коэн.
— Вождь снежных халоров! Сам Гунр Беспощадный! Белая Смерть! — орал Олаф, перекрикивая гул толпы.
Стражники отогнали Гунра к стене и, приковав его массивной цепью, несколько раз глубоко всадили копья ему в лапы. Раненый великан метал в толпу свирепые взгляды и глухо рычал. Вдруг его глаза на мгновение задержались там, где сидели Коэн и Стиг. На лице вождя халоров промелькнула болезненная гримаса и он сокрушенно опустил голову на грудь.