Притворись моей (СИ)

– И да, спать будем вместе. Это обязательно. Готова?
Отстраняется и смотрит выжидающе, а я только моргаю. Очень хочу и совсем не готова.
Гарик внимательно вглядывается в глаза. Сердце пропускает удар, еще один… Он сейчас обидится, но у меня немой ступор. Никак не получается найти нужных слов, даже любимое «конечно» пробуксовывает. Белецкий делает шаг назад и опережает своим бесячим:
– Ясно.
– Стой! – хватаю его за запястье, – Я согласна. Просто растерялась, – спешу оправдаться.
Искорки в его глазах водят праздничные хороводы.
– Иди сюда, – тянет к себе.
Утыкаюсь носом ему в грудь, замираю от восторга. Пахнет вкусно, обнимает нежно. Теплый, ласковый… Идеальный.
– Поехали в спа до завтра? В баньку сходим, поплаваем в теплой водичке… Красивый номер для новобрачных возьмем.
Он проводит рукой по спине, я прижимаюсь сильней. Сердце под его майкой часто стучит. Мое в два раза чаще. Я знаю, для чего он предлагает отель. Все понимаю и соглашаюсь.
Белецкий бронирует номер и спа с полным пакетом услуг. Мы быстро собираемся и выезжаем в тот загородный комплекс, где в начале знакомства придумали кодовое слово «бэби» и из-за него поссорились.
– Тебе нравится это место? Часто здесь бывал? – спрашиваю на подъезде.
– В отеле не был ни разу. Но отзывы хорошие, проверял.
Подозрительно кошусь: и когда он успел почитать отзывы, если мы все время были вместе? Значит, планировал привезти меня сюда. Он умеет все продумывать заранее, рассчитывать на несколько шагов вперед, я же человек-импульс, особенно рядом с ним.
Почти всю дорогу он разговаривал по громкой связи. Сначала с тимлидом, который решил поработать в субботу, затем с сестрой. Я сидела мышкой, делая вид, что увлечено читаю в телефоне новостную ленту, а сама крахмалила уши. У их мамы серьезные проблемы со здоровьем, Инга хочет сменить клинику и врача.
После разговора Гарик заметно поник. Он волевой человек, уверенный в себе, сильный и успешный, и при этом очень ранимый и чуткий. Он просто удивительный. Уникальный и неповторимый! И он мой.
Гарик берет меня за руку, поглаживает пальцы.
– Прости, малыш, меня заболтали. Ты как?
– Все хорошо, – улыбаюсь.
Он наклоняется и осторожно целует. Снова очень нежно, а мне хочется грубей и основательней.
Наш номер на последнем этаже. Игорь открывает дверь, я забегаю первой. Жутко интересно, как выглядят номера для молодоженов.
Успеваю увидеть только окно на всю стену. Гарик подлетает сзади, закрывает руками глаза.
– Не смотри! Бросай сумку и быстро на выход.
Я послушно опускаю сумку с вещами на пол. Он разворачивает меня и толкает к выходу.
– А что там? – пытаюсь вывернуться и посмотреть.
– Позже увидишь. Сейчас у нас баня, массаж, какие-то грязи, камни… Полный пакет, короче.
– Можно я возьму купальник? Полотенце?
Выворачиваю шею, но ничего не вижу. Белецкий высокий, блокирует весь обзор.
– Там выдадут. Выходим!
Гарик почти выталкивает меня из номера. В дверях я разворачиваюсь и подпрыгиваю. Ничего не увидев, цепляюсь за него. Повисаю на шее и чмокаю в щеку. Просто захотелось.
Он подхватывает, прижимает к себе. Медленно сползаю по твердому телу, носочками упираюсь в пол. Смотрю на губы. Они четко очерченные, чувственные, красивые… Притягательные. Запрокидываю голову, тянусь и получаю тот поцелуй, о котором мечтала с самого утра. Жадный и глубокий до головокружения.
Он проникает языком в мой рот и полностью заполняет своим вкусом. Толкается, растягивает. Жарко, яростно, умело.
Я себя теряю. Растворяюсь в этом долгом поцелуе. Он абсолютно прекрасен. Я не хочу спа, мне не нужен массаж. Я остро нуждаюсь только в этом мужчине, в его поцелуях, касаниях, запахе, вкусе…
Скольжу руками по его плечам, по шее. Сама вжимаюсь, притираюсь всем телом, умоляя продолжать. Но он резко отпускает мой рот и отлепляет меня от себя.
– Тормози, малыш, – выдыхает громко, – Иначе трахну тебя прямо здесь и тебе не понравится. Хочу, чтобы красиво.
Меня трясет от желания, но его слышу. Я тоже хочу красиво.
 
 Глава 22. Я ни за что не откажу ему 
В спа приходят чтобы расслабиться, но это не про нас. Мы сидим на диванчике, пьем травяной чай и жадно переглядываемся. Оба до предела возбужденные, румяные не из-за хамама. Только что в джакузи чуть было не дошли до главного, нас вовремя позвали на массаж.
– Ты сейчас такая… – говорит Гарик, рассматривая меня, – Сожрать хочется!
– Просто ты сегодня не обедал, – отшучиваюсь, а у самой в груди сладко ноет.
Белецкий смеется. Мне до мурашек нравится его смех. Все в нем нравится.
Протягивает руку, я свою в ответ. Тянет на себя, усаживает на колени, целует в шею. Я льну к нему, глажу затылок. Его близость будоражит, поцелуи заводят, умелые руки заставляют дрожать от желания.
– У нас столик в ресторане заказан, идем? Или сразу в номер? – шепчет, прикусывая мочку уха.
– Давай сначала поедим, – хихикаю, взъерошивая его шевелюру.
– Окей, но тебя я тоже съем, сладенькая. На десерт, – заваливает на диван, придавливает собой.
Мы снова целуемся до онемения в губах. Трогаем друг друга, распаляем… Кушать хочется не так сильно, как продолжать, но не пропадать же столику.
Для ресторана я взяла с собой платье, но оно осталось в номере. Макияжа тоже не будет. Джинсы, толстовка, гулька на макушке и ноль косметики. Такой я иду на ужин, после которого случится то, о чем я стараюсь не думать.
Бережливое отношение к целомудрию нам с сестрой прививали с детства. Пастор не раз говорил, как важно сохранить себя для единственного, посланного свыше. Мама часто повторяла, что девственность – главная ценность невесты. Я не была послушной девочкой и любила поступать наперекор, но осталась невинной. Теперь я этому рада. Игорь Белецкий – тот, для кого стоило себя поберечь.
Он переживает не меньше моего. Специально привез сюда, хочет, чтобы все было красиво. Такая забота подкупает, я чувствую себя особенной.
Мы ужинаем в небольшой ресторанчике при отеле. Тут нет его любимой итальянской кухни, зато тихо и уютно.
– Выпьешь что-нибудь? Один бокал тебе можно, – говорит Гарик, изучая барное меню.
­– Разрешаешь? – улыбаюсь, – Почему так мало? Алкоголь раскрепощает.
– Тебе это не нужно. Ты немного трусишь, но капец как хочешь меня, – задвигает неожиданно.
– Боже, какая самоуверенность!
– Наблюдательность, –­ поправляет.
Мы переглядываемся. Оба знаем, что он прав.
– Я трушу, – признаюсь. – Особенно когда мы вот так об этом говорим. Это странно.
– Это нормально. Мы взрослые люди и знаем: чем обдуманней подход, тем лучше результат. Я ночью ваши девочковые форумы читал. Все в один голос рекомендуют в первый раз не напиваться.
– Ты читал форумы?! – выкатываю глаза. – Серьезно?
– Вру, конечно! – смеется, – Ты сбежала, я подрочил, думая о твоей груди и завалился спать. Потом вспомнил, какой у тебя приятный животик и еще раз сходил в душ...
– Прекрати! ­– закрываю ладонью глаза. – Ты меня смущаешь!
– А что такое? Ты не даешь, а хочется сильно. Уже месяц так живу, начал привыкать.
– Бедненький! – театрально хватаюсь за лицо.
Щеки реально горят.
Некоторая неловкость между нами остается, но ее все меньше. Мы провели день, как настоящие влюбленные. Мы и есть они. От этой мысли мне хочется взлететь и парить высоко в небе.
Вино не пьянит. В моей крови слишком мощный концентрат гормонов удовольствия и счастья. Я с утра хмельная от его рук и губ, алкоголю этот кайф не перебить.
Мы входим в лифт и синхронно улыбаемся друг другу в зеркало.
– Как-нибудь сделаем это в лифте, – обещает Гарик, прожигая взглядом.
– Извращенец, – закатываю глаза.
– Угу. Буду жестко тебя развращать, каждый день и каждую ночь. Дома, на работе, по дороге…тупо везде. Ты попала, Эрин Новицкая.