Не ходи к гадалке, Лиззи! (СИ)

Поговорить с Лиззи не получалось. Дома он ее не застал, в редакции тоже. Матушка настаивала, чтобы он выбросил бывшую невесту из головы и присмотрелся к другим, более достойным кандидаткам. Спокойным, послушным и семейным девушкам, а не авантюристкам с дурной наследственностью. И Остин смотрел, встречалcя, но с каждым днем всё больше понимал, что ему не хватает именно Лиззи.
Встретиться с ней стало навязчивой идеей. Казалось, достаточно поговорить начистоту — и недоразумение разрешится, Лиззи снова станет его невестой, они сыграют тихую свадьбу, как она и желала, и переедут в собственный дом. Если жена захочет продолжить работу, он договорится, чтобы ее устроили обратно в газету. Он докажет ей, что по-настоящему влюблен!
Увы, долгожданная встреча не принесла облегчения. А уж когда Остин увидел рядом с ней другого мужчину!..
Наверное, ревность затмила глаза, иного объяснения, почему он выпил и пришел тем вечером к гадательному салону, у него не было. Замолотил в дверь, требуя тайлера на дуэль, хотя сам револьвер держать не мог! Вместо того чтобы посмеяться над незадачливым соперником, мистер Марино впустил его и предложил составить компанию за мужским разговором…
— Значит, когда убили миссис бастер, вы провели в салоне всю ночь? — подвел итог мистер Питти, выслушав рассказ. — И мистер Марино никуда не отлучался?
— Именно так. Мы выпивали, разговаривали. Снова выпивали. Содержание нашей беседы не относится к судебному процессу. — Он посмотрел на Лиззи и тут же отвел взгляд.
— Обсуждали баб, — хихикнул кто-то с задних рядов, и по залу пронеслись cмешки.
Сама виновница встречи в это время сидела, боясь поднять глаза. Ей было стыдно за написанное в гневе желчное письмо и за то, что не дала бывшему жениху шанса объясниться. Да, она не испытывала к нему глубоких чувств, но ведь согласилась на брак! Могла расстаться по-хорошему. Остин же не виноват, что его мать оказалась такой змеей. Господи, да Лиззи и не подозревала, что так сильно ему нравится!
— тишина в зале! — прикрикнул судья, а мистер Питти снова обратился к свидетелю: — Во сколько вы уехали от мистера Марино?
— На рассвете. От выпивки у меня заплетались ноги. Мистер тайлер помог мне дойти до кэба — почти доволок на себе, и довез до дома, — развел руками Остин, тем самым объяснив, чье бесчувственное тело видел фонарщик.
— благодарю, мистер Сандерс. Я закончил, ваша честь, господа присяжные, — отвернулся от трибуны мистер Питти.
— У вас есть вопросы к свидетелю, мистер Крестор? — уточнил судья.
тот покачал головой. Неожиданное признание Остина стало последней каплей, перевесившей голоса в сторону гадальца. Мистер Сандерс обеспечил ему железное алиби. тайлер просто не мог совершить убийство и спрятать тело, раз постоянно был на виду!
— тогда больше не задерживаю, мистер Сандерс.
Остин прошел мимо Лиззи, лишь на секунду замедлив шаг.
— Спасибо, — шепнула ему девушка.
Он не ответил.
— А этот Остин неплох, — наклонилась к журналистке роуз. — Но мой брат все равно лучше. Да и твой тоже, — еле слышно добавила она.
***
Обвинять гадальца в убийстве после такого алиби стал бы только глухой или купленный со всеми потрохами. Но рисковать cобственной репутацией ради уважения мэра — весьма сомнительного уважения, — никто не стал. Вердикт присяжных был однозначным: тайлер Марино невиновен.
Освободили гадальца прямо в зале суда. Он потер руки, больше не скованные наручниками, глубоко вздохнул. Вроде бы воздух не изменился, а дышалось легче!
— Мистер Питти, спасибо, — повернулся он к адвокату. Он до последнего не был уверен, что тому удастся уговорить Сандерса выступить в суде.
— Не благодарите. Я вышлю счет вашему дядюшке, — деловым тоном заявил рамол, собирая бумаги.
На самом деле стоило поблагодарить и своего «туза в рукаве», но Остин уже скрылся из зала суда. Что ж, с тайлера причитается!
— Надеюсь, вы на меня не в обиде. Я просто делал свою работу, — подошел к гадальцу мистер Крестор.
— Поверьте, мне обижаться не на что. Гораздо хуже, если бы я оказался на виселице, — ответил ему тайлер, но руку пожимать не стал. Крестор не настаивал.
 
Сам мистер бастер попробовал выйти из зала, но дорогу ему перегородили охранники во главе со здоровяком Керном.
— Вы же не поверили всей этой чуши? Я не убивал свою жену! — выцедил мэр, пытаясь пройти мимо них. Наверняка надеялся поймать кэб и навсегда исчезнуть из города. Не тут-то было!
— Мистер бастер, к сожалению, до выяснения всех обстоятельств смерти вашей жены мы вынуждены вас задержать, — извинился Керн, но с дороги не ушел.
Охранники подступили к бастеру. Пшикнули вспышки камер. Можно было не сомневаться, что завтра на первых полосах газет появятся фотографии его задержания. Ничего, пусть на собственной шкуре узнает, каково сидеть на скамье подсудимых. А тайлер уже насиделся. большинство журналистов обступили мистера бастера, но и по душу гадальца нашлись желающие.
— Мистер Марино, что вы чувствуете после освобождения?
— Вы давно подозревали мистера бастера?
— К вам можно записаться на прием? — забросали его вопросами со всех сторон.
Он огляделся, ожидая, что Лиззи окажется среди коллег по перу, но она скромно стояла чуть в стороне, рядом с роуз и красивой женщиной средних лет, чем-то неуловимо напоминающей журналистку и в то же время совсем на нее не похожей.
— Простите, господа, но все вопросы завтра, — прервал журналистов тайлер.
Кажется, ему пора познакомиться с будущей тещей! И это чуть ли не страшнее, чем прошедший суд.
Собрав всю свою решительность, тайлер направился к ним.
Кузина не выдержала первой. Всего несколько шагов, которые ему осталось дойти, она пробежалась навстречу и обняла его крепко, от души. Надо же, а выглядела такой слабой, стоя на трибуне!
— рад видеть тебя в своем теле.
— А я тебя — без наручников, — с улыбкой ответила роуз и отступила. — ты похудел.
— У меня была вынужденная диета, — пошутил гадалец.
— Зaпатентуй ее. Дамы света выстроятся в очередь!
— В тюрьму? — хмыкнул тайлер и повернулся к остальным.
— Миссис Уоллис, — он склонил голову. — Жаль, что наше знакомство прошло в такой обстановке.
— Вам придется постараться, чтобы сгладить первое впечатление, — невозмутимо ответила женщина, протягивая руку.
— Я постараюсь, — пообещал тайлер, оставляя на ней поцелуй. Честное слово, то, что у него задрожали руки — просто усталость и нервы из-за суда!
— Надеюсь, вы готовы оставить на время свою диету и пообедать у нас дома? Это заседание изрядно потрепало всем нервы, и, думаю, сейчас никому не повредят плотный обед и хорошее вино. так ведь, Лиззи?
Журналистка кивнула, всё ещё не сказав ни слова. Но горящий взгляд был красноречивее любой пафосной речи.
— Мы подождем вас снаружи, не задерживайтесь, — понимающе добавила миссис Уоллис и повернулась к роуз: — Пойдемте. Габриэль, дорогой, помоги мисс Марино дойти до кэба! — позвала она сына.
тот, о чем-то договорившись с Керном, поспешил к ним.
— Марино, поздравляю. — Офицер протянул гадальцу руку, и тайлер ответил крепким рукопожатием. — Лиззи? — Он вопросительно посмотрел на замешкавшуюся сестру.
— Мы вас догоним, — пообещала она.
Во взгляде брата сквозило недовольство, но вслух Габриэль ничего не сказал.
Стоило им уйти, и Лиззи быстро посмотрела по сторонам — как же много посторонних! — упрямо тряхнула головой, привстала на цыпочки и поцеловала тайлера в щеку.
— Аванс, — сказала она с каким-то сердитым видом и развернулась к выходу.
Чтобы понять, почему она злится, ему потребовалась всего пара секунд. Господи, Лиззи как была для него открытой книгой, так и осталась. Ну нет, он точно не собирался повторять ошибки Остина и игнорировать любимую девушку! раз она не побоялась признаться при всех в своих чувствах, то и ему отставать не стоит.
Гадалец догнал ее в несколько шагов. Обнял.