Как найти мужа на День всех влюбленных
– Кажется, он поднялся туда, – муж Виолы указал на лестницу, тянущуюся вдоль фасада и уводящую на чердак.
На полпути дорогу нам перегородила пышнотелая матрона:
– Куда это вы направляетесь, господа?
– У вас остановился человек вот такого роста, – Чарльз показал чуть выше себя, – лет двадцати, с черной шевелюрой, приятной наружности и одет как джентльмен.
– У меня все джентльмены, – согласно кивнула та, – а под ваше описание подходит господин, который занял верхние комнаты. Они тут совсем недавно…
– Они? То есть мужчин двое? – быстро переспросил мистер Бернард.
– Нет, молодой господин и дама.
– Эмили у него! – воскликнул Родрик и заторопился вверх по лестнице.
Мы все топающей вереницей последовали за ним.
Добравшись до верхнего этажа, Родрик распахнул дверь и замер на пороге, а затем первым вошел внутрь.
Оказавшись в комнате, я огляделась.
Все здесь говорило о поспешных сборах. Некоторые вещи то ли не успели взять, то ли решили оставить, чтобы бежать налегке.
– Это Эмили! – воскликнул Родрик, взяв с туалетного столика щетку. – И ее корзинка для рукоделия…
– Здесь много ее вещей. Эти преступники хорошо позаботились о том, чтобы вашей сестре было удобно, – заметил Чарльз.
– Смотрите! – воскликнула Лиззи, поддев носком туфли какую-то пеструю бумагу.
Наклонившись, Чарльз ее поднял:
– Это обертка от фейерверка…
Быстро заглянув под кровать, Родрик выгреб целый ворох таких бумажек.
– Тут был целый склад. – Мы с ним переглянулись. – Наверняка вполне достаточно для переноса.
Значит, скупив фейерверки, похитители сперва соединили крошки кристалла, чтобы получить средство для переноса, а потом разместились с Эмили здесь.
– Наверное, они рассчитывали и на ее драгоценности, – подала голос Виола. – Но на Эмили в тот день была лишь скромная цепочка.
– Драгоценности… – осенило меня. – Ну конечно!
Покинув комнату, я принялась быстро спускаться по лестнице.
– Куда ты? – крикнул вдогонку Родрик.
– В гостиницу. Мне нужно кое на что взглянуть.
Вскоре я, а за мной и все остальные ввалились в комнату, предназначенную сестре Родрика. Я взяла с туалетного столика шкатулку, которая, еще когда мы с Виолой разбирали вещи Эмили, показалась мне слишком легкой.
– Нужен ключ, – повернулась я к остальным, прижимая шкатулку к груди.
– Его нигде нет, – сообщила Гертруда, повертев головой по сторонам.
– Может, подойдет это? – произнесла Шарлотта и протянула мне нож для разрезания бумаги.
Схватив его, Родрик забрал у меня шкатулку и вставил лезвие в щель. Послышался «кряк», шкатулка выпала у него из рук, и по комнате разлетелось множество конвертов.
– Все они на одно и то же имя: О. Вилсон… – заметила Виола и развернула одно из писем. – Дорогой Освальд… – Она подняла на нас глаза. – Кажется, это сердечный друг Эмили, – она протянула письмо Родрику.
Тот быстро пробежал его глазами и скомкал в руке, кажется едва замечая, что делает.
– О. Вилсон ведь был среди тех, кому ты писала? – повернулся он ко мне.
– Да, – растерянно ответила я.
– Тогда, получается, они знакомы?
– Может быть, это какой-то подлог? – предположила я. – О. Вилсону, судя по бумагам мистера Бауберга, шестьдесят.
Родрик потемнел лицом и произнес сквозь зубы:
– Негодяй!
– Посмотрите, тут визитка фирмы «Кайлус и сыновья». У них сеть дилижансов во всех крупных городах, включая Фену, – произнесла Белатриса и протянула ее Родрику.
Схватив визитку, мой муж произнес:
– Надо выяснить, где здесь их станция.
– Кажется, я видела дилижансы недалеко от площади, – заметила Гертруда.
Не теряя времени, мы спустились на первый этаж, где столкнулись с мальчишкой-посыльным.
– Меня послали из гостиницы, – пояснил он. – Кто тут миссис Бернард?
– Я миссис Бернард.
Мальчишка вручил мне небольшой конверт.
– Это от мистера Вилсона, – произнесла я, вскрыв его.
Родрик сделал шаг вперед, но я вскинула ладонь, останавливая его.
– Сэр Вилсон пишет, что никогда не интересовался кристаллами – разве что теми, которые именуются бриллиантами и помещаются в ювелирные изделия его супруги.
– Ну, еще бы! – взбешенно воскликнул муж. – Тогда как объяснить, что его имя значилось в списке мистера Бауберга?
– Если они действительно собираются на станцию, мы можем попытаться перехватить их, – вмешался Чарльз. – Надо узнать, когда уходят дневные дилижансы…
– Обычно в полдень. Значит, мы опоздали, – произнесла Белатриса.
– Они уйдут в два часа, – возразила Гертруда, и мы все в недоумении повернулись к ней. – А что? Об их сегодняшней задержке написали в «Городском вестнике».
Я порадовалась привычке сестры читать газеты.
– Поспешим, – заторопилась я. – Осталось всего ничего.
Мы поймали два экипажа и к стоянке дилижансов прибыли ровно за пять минут до отправления.
Родрик подбежал к кондуктору:
– Вы видели молодую девушку с вьющимися льняными волосами и светло-карими глазами? С ней еще мог быть мужчина преклонных лет?
Кондуктор хотел было ответить, но тут раздался чей-то громкий возглас. Обернувшись, мы увидели… Эмили. Она стояла чуть в стороне, прижав ладонь ко рту.
– Эмили… – Родрик сделал шаг навстречу сестре, но тут его взгляд упал на молодого человека, который придерживал ее за локоть, и он проревел: – Отойдите от нее!
– Нет, Родрик, пожалуйста! – воскликнула Эмили. – Он ни в чем не виноват!
– Если это человек сэра Вилсона, я требую, чтобы…
– Он не его человек…
– Я его сын, сэр Освальд Вилсон, – представился молодой человек и протянул руку Родрику.
– Как же так получилось? – мягко укорила я сестру Родрика, когда все немного успокоились.
Мы по-прежнему находились на станции дилижансов, и Эмили сидела между мной и Виолой. Родрик то и дело бросал косые взгляды на сына сэра Вилсона, чья жена так любит украшения с бриллиантами.
– Я знала, что Родрик никогда не даст согласия на то, чтобы Освальд ухаживал за мной, – всхлипывая, ответила она и громко высморкалась в платок. – Ему всего лишь не везет в карты, а его обвинили – замечу, ложно! – в нескольких инцидентах, случившихся в его лицее. Отсюда и пошла такая репутация… Но если бы Родрик познакомился с ним поближе…
– То никогда не разрешил бы такому безответственному молодому человеку и на двадцать шагов приближаться к моей сестре! – раздраженно воскликнул Родрик.
– Значит, поэтому вы и придумали план с похищением?
– Да, – покраснев, кивнула Эмили. – А кристалл – потому что по-другому от дракониц было бы не уйти. Вернее, не кристалл, а его крошки… Мощности хватило для переноса только до соседнего города…
– До Фены.
– Да.
– Значит, отец Освальда помогал ему? Раз интересовался кристаллом…
– Он им не интересовался, – сделал шаг вперед молодой человек и покраснел. – Я сделал запрос от его имени. Но кристалл оказался слишком дорогим, даже если покупать по частям…
– Поэтому вы и сообразили про фейерверки.
Он кивнул:
– Да. А Шейн – это мой друг – мне помогал… Он уже уехал.
– А что насчет клавесина? – хмуро спросил Родрик. – Откуда он?
– Освальд подарил. Мы познакомились на танцах, – добавила Эмили, промакивая глаза. – Еще два года назад, и с тех пор состояли в переписке. А когда этим утром вы столкнулись с ним, он пытался договориться со священником насчет свадебной церемонии, – она снова покраснела, – потому что в газете появилось объявление о задержке дилижансов и было слишком рискованно тянуть дальше – нас в любой момент могли найти.
– Мы, – мрачно произнес Родрик.
Эмили прижала платок к глазам.
– А вещей, которые ты переправила леди Антонии, было так мало, потому что основную часть ты передала ему? – Родрик подбородком указал в сторону молодого человека.
Сестра кивнула.
– Одно преимущество у твоего Освальда все же есть, – заметила я, взяв ее под руку.