Гувернантка

— Бодибилдингом, — совсем тихо сказала Лидия и подумала: «Только бы не начались расспросы, ведь я совершенно в этом ничего не смыслю».
По счастью, бармен Леша призвал всех к порядку. Михаленко и Кристина сели на противоположном торце стола.
— Первый тост, как обычно, за новорожденного! — провозгласил Леша, повернулся к Лидии: — Вам слово.
— А кто новорожденный? — ляпнула Лидия, и в устремленных на нее со всех сторон глазах прочитала неподдельное изумление.
— Как это — кто? Герман, естественно! — Леша показал на Зернова.
— Я ничего не знала про день рождения. — Лидия растерянно посмотрела на Германа и почувствовала, что заливается краской. — Я без подарка...
— Это такой день рождения, когда подарков не дарят, — загадочно сказал Леша. — Прошу!
Лидия хотела привстать, но наткнулась на ножку стола и плюхнулась обратно на свое место. Она повернулась к Герману и, сжав до боли в пальцах свою рюмку, тихим от волнения голосом выдохнула:
— За новорожденного!..
— Краткость — сестра таланта! — поддержал ее спортивный комментатор.
Все охотно с этим согласились и дружно чокнулись с Германом.
— Спасибо! — поблагодарил тот, чокнулся с Лидией и осторожно поцеловал ее в щеку.
Будто частичка силы и уверенности этого человека с поцелуем передалась и ей. Она выпила свою рюмку до дна. Бренди обжег и согрел ее горло. Аппетита по-прежнему не было, банан показался пресным. Очень скоро в голове зашумело. Лидия почувствовала, что страхи и неловкость постепенно отступают. Проходит злость на Германа, который, ничего не сказав про свой день рождения, невольно выставил ее на всеобщее посмешище.
— Почему ты не сказал, что будут гости и что у тебя день рождения? — Лидия, сама того не замечая, перешла на «ты».
— Ты сама назначила время и день. Я побоялся говорить тебе об этом совпадении. Вдруг бы ты вообще не пришла. А им я тоже не мог сказать «нет». Мы уже несколько лет в этот день собираемся...
Герман начал рассказывать о сидящих за столом друзьях. Лидия узнала, что работяга Сан Саныч, оказывается, лучший в Москве автослесарь золотые руки — ни одно соревнование не обходится без него. Герман дружит с ним лет десять. Спортивные ребята и девушки — каскадеры, трое из них — бывшие гонщики.
Снова поднялся бармен Леша с рюмкой:
— Предлагаю традиционный второй тост!
За столом стало тихо. Лидия заметила, что Герман погрустнел, как-то съежился.
— За Стеллу! — объявил Леша.
Девушка хотела возразить, что не нужно, не такая она важная птица, но тут заметила, что Леша на нее не смотрит, и гости тоже. И никто не улыбается. В чем дело? Она взглянула на Германа. Тот опустил глаза вниз, в тарелку, словно задумался. Все выпили не чокаясь. Лидия не понимала, что происходит, но никто не торопился с объяснениями. Ну и ладно! В конце концов, кто она для них? Она залпом выпила вторую рюмку бренди.
Привычный застольный разговор восстановился довольно быстро. А Лидии от выпитого бренди становилось все хуже и хуже. Она думала: у Германа столько друзей, все они смотрят на него с обожанием, он вовсе не одинок. Зачем она ему? Вероятно, для коллекции, для джентльменского набора. Актриса есть, каскадерша есть, домохозяйка есть, а теперь будет еще и манекенщица...
Посидев еще немного, она извинилась, поднялась из-за стола и отправилась в ванную. Ей там ничего не было нужно, но куда прикажете деваться от надоевшей разноголосой компании? Лидия включила и выключила воду, понюхала дезодорант, пшикнула им на свое отражение в зеркале. Посидев немного на краю ванны, она отправилась в другую комнату, которую не видела в первый свой визит.
Очевидно, это была спальня. Большая кровать, почти во всю стену. Огромный зеркальный шкаф, мягкий ковер на полу, тумбочка с лампой.
«Для жилища холостяка чересчур шикарно», — подумала Лидия.
Ноги были какими-то ватными. Она села на постель, и матрац мягко заколыхался под ней. Голова кружилась.
«Зачем ему такая кровать? Для любовниц? А ты зачем сюда пришла?» — спросила она себя.
На тумбочке она заметила черно-белую фотографию. На ней был запечатлен Герман, обнимающий двух красивых длинноногих девушек. Втроем они стояли на фоне моря, загорелые, смеющиеся. Девушки были в старомодных закрытых купальниках, совсем молодой Герман — в узких плавках, которые скорее подчеркивали, чем скрывали его мужскую стать.
 
Лидия взяла снимок и поднесла его к глазам. В одной из девушек она с трудом узнала Кристину. А вторая — молоденькая брюнетка, с родинкой на щеке, чуть вздернутым носиком и большими светлыми глазами — была ей совершенно незнакома. Красивая. Смотрит на Германа влюбленными глазами. Кто она? Лидия перевернула фотографию и тупо прочитала: «Герману от Стеллы. Люблю, жду».
Голова у Лидии окончательно пошла кругом. Кто эта Стелла? Жена? Любовница? И что же все-таки она, Лидия, здесь делает? Нет, она не привыкла занимать чужое место. Надо бежать из этого дома — чем скорее, тем лучше. И никогда больше сюда не возвращаться. Выронив карточку из дрожащих рук, Лидия нетвердыми шагами вышла из комнаты. Хорошо, что ее куртка и сумка висели сверху пестрого вороха одежды. Она схватила их в охапку и выскользнула на лестничную клетку.
На улице уже стемнело. Дул легкий, освежающий ветерок, хотя и было по-прежнему тепло. Но на душе было пусто и тоскливо.
— Подождите! Подождите! — услышала она позади себя голос, но не оглянулась.
— Да подождите же вы! — Кто-то схватил ее за рукав, и Лидия увидела запыхавшуюся Кристину. — Почему вы ушли?
— Захотела — и ушла! — Лидия высвободила свою руку. — Разве нельзя?
— Я знаю, вы видели фотографию. Но вы все не так поняли...
— Я все поняла правильно!
Лидия сделала попытку уйти, но Кристина перегородила ей дорогу:
— Постойте! Выслушайте меня! Герман сам должен был вам рассказать, но он не смог...
— Меня не интересуют ваши тайны.
— Та девушка на фотографии — моя подруга, — словно не слыша ее слов, продолжала Кристина. — Наша с Германом подруга — Стелла. Мы втроем дружили с детства, я вам говорила. Потом Стелла стала женой Германа. Она была помешана на автомобилях, выступала с ним в одной команде... Стойте! Я вас прошу!
Лидия обошла Кристину и побрела прочь.
— Стелла умерла восемь лет назад! Она погибла, слышите! — Голос Кристины сорвался.
Лидия замерла и медленно обернулась.
— Во время соревнований произошла авария. Все тогда думали, что Герман не выживет, он весь переломался. А у Стеллы, она была штурманом, только один перелом. Но получилось наоборот. Герман выжил, поправился. Все собрались отмечать его второе рождение. Стелла предложила делать это каждый год. А сама умерла через месяц. Внезапно. Лопнули какие-то сосуды в голове, кровоизлияние в мозг. Последствие травмы. Это как бомба замедленного действия... — Кристина заглянула Лидии в глаза и неожиданно перешла на «ты»: — Понимаешь, зачем мы сегодня тут собрались? И почему не дарим новорожденному подарков? Мы пьем за его второе рождение. И вспоминаем Стеллу. Каждый год в этот день...
Лидия вдруг вспомнила, как Анциферов, гнусно хихикая, предложил ей в разговоре с Германом назваться Стеллой. Какой ужас! Пьяная одурь прошла. Она почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы.
— Много лет рядом с Германом не было женщины. Никто не мог заменить Стеллу. И вдруг он встретил тебя... — Кристина немного успокоилась. — Ты ему понравилась. Многое совпало, даже имя. Ему плохо без тебя...
— Это он просил тебя поговорить со мной? — тихо спросила Лидия.
— Нет, конечно нет. Он никогда не позволил бы мне. Я слишком хорошо его знаю. И я вижу, что он любит тебя. Любит впервые за много лет. Я прошу тебя как женщина женщину. Если Герман тебе не безразличен, будь рядом с ним. Не дай ему снова скрыться в своей раковине. А если он тебе не нужен, исчезни...
 Глава 10 
 ПРИЗНАНИЕ В ЛЮБВИ