За звездным горизонтом (СИ)

Во-первых, как и предполагалось, обе планеты системы оказались обитаемыми. Но если с орбиты никаких следов разумной деятельности на поверхности Лады обнаружить не удалось, то Мерцана явно демонстрировала признаки деятельности технологически развитой цивилизации.
В толще её вод были обнаружены сложные конструкции, напоминающие систему подводных городов. При этом радиоэфир в окрестностях планеты представлял собой лишь белый шум. Ученые предположили, что цивилизация, развивающаяся на планете, не использует радиоволны для коммуникации, и в это было легко поверить, ведь вся их жизнь проходила в толще грандиозного океана. После совещания Управления было решено не искать инициативно контакта с предполагаемой разумной жизнью, а заняться её дистанционным исследованием, и уже потом, накопив достаточный багаж знаний, попытаться сформулировать стратегию первого контакта.
Куда актуальнее был вопрос исследования Лады. Планета обладала развитой биосферой. И это создавало целый ряд вопросов, к решению который, разумеется, готовились ещё до вылета.
Прежде всего, необходимо было определить степень биологической совместимости двух разных биологических систем и, соответственно, степень взаимной угрозы. Это было возможно только при контактных исследованиях, и для их проведения с борта «Москвы» был запущен ещё один специализированный челнок-лаборатория.
С борта этого исследовательского центра запускались дистанционные аппараты-зонды, которые добывали биологические образцы на планете, а затем возвращались на орбиту. Это было сделано для того, чтобы даже теоретически не подвергать «Москву» риску заражения потенциально опасной инопланетной микрофлорой.
Основное исследовательское оборудование имело дистанционное управление и присутствие людей на борту не требовалось. Более того, оно было запрещено до тех пор, пока биологи не докажут, что степень биологической опасности чужих форм жизни позволяет планировать непосредственный контакт.
Все члены экипажа «Москвы», чья первая или вторая специальность были так или иначе связаны с биологией, были задействованы в этой работе. Нагрузка была очень большой, как и ответственность. От результатов исследований зависела стратегия колонизации или же, при обнаружении неустранимой несовместимости двух биологических систем, принятие решений об отказе от неё. Либо о стерилизации планеты.
Нельзя сказать, чтобы экипаж «Москвы» испытывал энтузиазм от возможности реализации второго сценария. Но он был предусмотрен Революционным законодательством и разработанными этическими правилами космической экспансии человечества. Формы жизни, представляющие неустранимую биологическую угрозу земной биосфере и её производным, могли быть уничтожены, поскольку всегда имелась вероятность её самостоятельной космической экспансии.
Лично Гордею такой поворот категорически не нравился. Да и другие члены экипажа, в том числе Управление, старались не упоминать его лишний раз. Однако возможность такого развития событий всегда была.
С получением первых образцов стало понятно, что жизнь на Ладе имеет углеродную, белковую основу. Главное опасение биологов — о том, что она могла бы использовать хиральные молекулы, не оправдалась и несмотря на то, что полностью аналогичных белков пока не обнаружилось, ряд аминокислот после соответствующего выделения и обработки мог быть даже использован земными организмами для питания.
Иначе дело обстояло со способом передачи генетической информации. Вместо классического ДНК земного образца, сложные организмы на Ладе использовали иной полимер — треозную нуклеиновую кислоту, или ТНК. К счастью, земные биологи, моделируя возможные типы инопланетной жизни, предусматривали такой вариант, поэтому учёные «Москвы» имели большой задел теоретических исследований, который довольно быстро позволил изучить основы клеточной биохимии живых существ.
ТНК отличается большей химической стабильностью, что, по идее, должно было бы привести к проблемам с эволюцией жизни на планете, однако точное моделирование, с учётом несколько более высокого, чем на Земле радиационного фона, а также чуть иного энергетического баланса выходило, что, несмотря на некоторое замедление, естественный отбор через мутации на планете всё же происходил. И, в конце концов, привел к появлению развитой биосферы.
 
Кроме относительно более высокого радиационного фона, ускорению эволюции способствовала трёх или пятиполая система размножения, свойственная большинству высших животных и растений. Это резко ускоряло перетасовку генов и нарастание ошибок для необходимого фона мутаций.
Встречалась на Ладе и РНК. На ней была основана передача генетической информации у целого домена одноклеточных организмов, который довольно сильно отличался от остальной жизни на планете. По мнению учёных, эти одноклеточные занимали в биосфере планеты сходную нишу с земными археями. И именно они привлекли наибольшее внимание исследователей как потенциальный источник опасности для человека.
Однако вскоре выяснилось, что местные «археи» для получения энергии могут использовать только и исключительно сернистые соединения, возникающие в местах вулканической активности, не являются хищниками и в принципе, так как не имеют химического аппарата для поглощения любой органики. В лабораторных условиях выяснилось, что эти организмы в тех условиях, в которых они теоретически могли бы столкнуться с земными организмами, полностью их игнорируют.
Всего же ученые выделили в биосфере Лады три домена: безъядерные РНК-содержащие одноклеточные, безъядерные ТНК-содержащие одноклеточные и имеющие ядро ТНК-содержащие организмы, занимающие нишу земных эукариотов.
Были тут и вирусы, не выделяемые в отдельный домен. Их исследованием занимался специально выделенный коллектив учёных, поскольку считала их вторым по вероятности источником биологической опасности для земной биосферы.
Среди имеющих ядро организмов на Ладе было выделено четыре царства: простейшие (одноклеточные), фиолетовые растения, зелёные растения и животные. Аналогов грибов обнаружено не было.
Растительный мир на планете был существенно более разнообразным, чем на Земле, во многом потому, что там существовали два конкурирующих между собой царства, существенно отличающихся по биологии. Одни растения использовали полностью аналогичный земному фотосинтез, другие — иную химическую реакцию на основе родопсионообразных белков, сходных с теми, которые присутствуют в сетчатке высших земных животных. Они имеют фиолетовый окрас клеточных органелл.
При этом, если фиолетовые растения в своей эволюции примерно достигли уровня земных покрытосеменных, то зелёные растения переживали расцвет голосеменных. Все эти факторы делали леса планеты крайне необычным зрелищем: высоченные деревья, напоминающие земные секвойи, с зелеными иглами, длина которых достигала метра и более, увитые фиолетовыми лианами с причудливыми цветами, привлекающими местные аналоги летающих насекомых и перепончатокрылых теплокровных хордовых.
На Ладе было два типа хордовых: однохордовые и двухордовые. Странным вывертом эволюции, оба типа смогли породить достаточное количество конкурентоспособных в борьбе за выживание родов.
Морфологическое строение двухордовых особенно заинтересовало учёных — ведь на Земле аналогов не было, даже в прошедших геологических эпохах. Эти животные имели два гибких позвоночных столба, позволяющих с помощью мышечного каркаса существенно изменять объём внутренних полостей. Морские формы двухордовых вместо плавательных пузырей классических рыб имели плавательные полости, которые могли наполнять газом с помощью усилий мышечного каркаса и особой системы биологических фильтров. Сухопутные формы не имели диафрагмы.
Однохордовые в своём развитии остановились примерно на уровне земных рептилий. А двухордовые породили два класса существ, обладающих развитой терморегуляцией. Первый — сухопутные и морские животные, особенно распространённые в арктических областях, вторые — перепончатокрылые летающие создания, по мнению экологов, занимающих нишу земных птиц.