Слезами горю не поможешь (СИ)

— Работу искать иду. Из дома выгнали, укрозная я, — мрачно проговорила я.
В обедневших родовитых семьях часто заключались браки по расчету. Сразу после рождения, девочек отдавали замуж в возрасте нескольких месяцев. Деньги на содержание и образование такого ребёнка выделялись родственниками будущего мужа девочки. Как растить ребёнка определялось тоже ими, но это давало шанс вырасти в родной семье и получить хорошее образование. Но вот если муж, чаще всего находящийся в преклонном возрасте, детскую смертность тоже никто не отменял, погибал или умирал до момента свершения обряда признания супруги семьёй, до брачной ночи, то семья могла отречься от уже ненужной невестки и выкинуть её на улицу, не пожалев затраченных средств. Таких «полу» вдов называли в народе укрозными. Судьба укрозных чаще всего была плачевной. Барышни, воспитанные как будущие аристократки, совершенно не умели о себе позаботиться, и попадая на дно, становились ночными бабочками, не выдерживая тягот судьбы. Поэтому незнакомец, слегка наклонив голову, внимательно меня осматривал, и неожиданно сказал.
— Зовут-то тебя как, милая барышня? — слегка улыбаясь.
— Зовут меня Станислава. Хочу кухаркой стать, — соврала я. О Ведьминском лесе, думаю, распространяться не стоит.
Утром мы дошли до перекрестка и мой новый знакомый, представившийся как Влаэсаль, махнув мне рукой, двинулся дальше, я же свернула в другую сторону — к небольшому городку Полевску. Медленно топая, залезла рукой в карман и нащупала что-то инородное. Резко засунула руку и извлекла маленький аккуратный кулончик на витой цепочке и клочок бумаги с надписью «Понадобится помощь, позови». Надела кулончик на шею, сжала его в тёплых руках, дыхнула и прошептала: «Спасибо». На моей шейке громко звякали украшения, привлекая внимание, и, немного помедлив, я с грустью сняла маленькую золотую фею и, поцеловав её, прижала к себе и медленно засунула в карман.
Городок оказался таким маленьким чудесным и совершенно необычным. На осмотр достопримечательностей времени не было, нужно было поторапливаться. Магистр может напасть на след, тем более не зря же он снимал завесу, маленькая Слёзка позвякивала в такт моим мыслям. Немного осмотревшись, прикупив сандалеты и наспех пообедав в первой встречной харчевне, я бросилась на поиски средств передвижения. Как любая уважающая себя леди, профессионально держаться в седле я умела, но денег на покупку лошади у меня не было. Жалование, которое нам платил магистр, было приличным по меркам простого люда. Мы же, избалованные богатые леди, прожить на такую сумму не могли и не умели. Если честно, накопить я не пыталась, мой расчёт был на то, что я обзаведусь работой и, если уж совсем будет тяжело, продам отцовский нож. «Первым делом нужно убраться подальше в лес и найти место для проживания», — рассуждала я. А как освоюсь, сразу придумаю план выторговывания своей свободы в обмен на Слезу. Но, если честно, я хотела её просто отдать, как-нибудь незаметно. Слеза меня приняла, как хранительницу, а это значит, что только я имею право ей распоряжаться, а этот чёрный индивид в пролёте. И если я сама подарю её медведику, то он станет полноценным хозяином и сможет забрать своё слово, а, значит, менять меня на артефакт отпадает необходимость. Запутавшись, всё глубже утопая в своих мыслях, медленно брела по городку, совершенно не зная с чего начать, пытаясь осмотреться и все-таки принять решение.
Городок завораживал. Тихие улочки и мостовые, маленькие аптеки, натыканные по разные стороны от дороги и ларьки с одеждой, люди улыбчивые и ярко одетые притягивали взгляд, дорогие экипажи сновали повсюду. Я заприметила небольшую железную скамейку и припустила к ней. Сейчас самое главное осмотреться и действовать без промедления. Осмысленного плана я не имела. Самое главное убраться как можно дальше от медвежьего «королевства», желательно на другой край земли. Впрочем, так далеко я не стремилась. Моя мечта была иной: маленькая избушка, чёрный кот и свобода, много-много свободы. Так я и сидела на узкой кривой лавочке в тени большого тополя и рассматривала окружающее пространство, медленно погружаясь в невеселые мысли. Животик жалобно урчал, делая моё положение ещё плачевнее. Громкое лошадиное ржание в непосредственной близости от моего тела привело в чувство. Испугавшись я подскочила на месте и попыталась скрыться за огромным мощным стволом. Наверное, мне это удалось.
 
— Отойди! — громко крикнул возничий, резко выбрасывая руку с зажатым в ней кнутом. — Зашибу!
Невысокий мужчина растерянно осмотрелся, но отойти с дороги не торопился. Потерянный, озабоченный взгляд и невысокое тело, облаченное в чёрную кожаную безрукавку привлекло моё внимание. Голые мускулистые руки и кривоватые ноги вот все что удалось мне увидеть из-за ствола дерева. Громкий окрик испугал меня и спрятавшись я тихонько ждала развития событий. Тихий магический всплеск и спокойное:
— Не видишь с кем разговариваешь? Так я объясню…
Громкий щелчок раздался в непосредственной близости от меня. «Магический снаряд? Мамочка!» — мелькнула мысль и я вжала голову в плечи и тихонько зашептала молитву, в которой слезно просила духов о сохранности моего тела. Тщедушную тушку все-таки не задело, а вот бедное дерево лишилось своей великолепной кроны. Когда-то роскошные, украшенные зеленой листвой ветви обугленными плетьми повисли над моей головой… Роскошный садик и дорога перед ним также представляли плачевное зрелище. Живые существа не пострадали. Лошадь и возничий в немом «восторге» застыли посреди обугленного пространства в самом центре чёрной воронки, расположившийся аккурат у их ног. Изумление и страх были написаны на лицах несчастных. Но они живы и это самое главное!
— Ведьмак! — благоговейно прошептал возничий и шмякнулся в обморок.
— Ведьмак?! — прошептала из своего укрытия, не веря в свою удачу. Но нет, удача, в лице новоявленного ведьмака, решила от меня удрать. Нервный поворот головы и быстрый осмотр обугленного пространства привел к неутешительному выводу — тот единственный кто мог бы помочь испарился в неизвестном направлении. Обидно! Но есть и положительный момент — меня озарило. В мою голову пришел один донельзя простой и удивительно легкий в осуществлении план. Ещё раз осмотрев окружающее пространство я полетела к бедному возничему и принялась хлопать его по щекам, пытаясь привести в чувство. Дядечка пришёл в себя на удивление быстро, и подхватив лошадку под узцы спокойно поковылял вдоль дороги, периодически кряхтя и отряхиваясь. От важного и грозного «господина» не осталось и следа. Спесь и норов улетучились оставляя лишь пожилого усталого человека, попавшего под раздачу грозного и сильного ведьмака. Я осталась в одиночестве и лишь тихий скрип обугленных веток напоминал о случившемся инциденте.
— Бедное ты моё, — тихонько прошептала я и подошла к своему спасителю — дубу. — Я постараюсь помочь. Руки нежно поглаживали обугленную кору дерева, а губы практически не слышно шептали одно простое заклинание, найденное мной в древней книге магистра, той самой что я умыкнула из его замка. Тонкие прозрачные нити моей магии аккуратно и нежно прикоснулись к обезображенному стволу и легонько, скользя как воздушное перышко, скользнули вдоль обугленной плоти дерева. Тихий болезненный вздох вырвался из моего горла — это плата за неправильное распределение силы. Да, мне предстоит многому научиться.
Руки плавно заскользили вдоль шершавого ствола бережно и нежно окутывая его светлой магией. Волшебные ниточки, подчиняясь моей воли следовали за руками, которые едва заметно дергались, пытаясь воспроизвести несложные пассы, описанные в магической книге. Все-таки, у меня получилось! Чёрный, обезображенный ствол постепенно приобрёл свой изначальный цвет. Болезненная рана затянулась на теле дерева, а ветви, секунду назад плетьми висевшие практически у самой земли, расправились, воспаряли духом и потянулись к солнышку, выглянувшему из-за большой угрюмой тучки.
Удовлетворено вздохнув и ещё раз осмотрев дело своих рук, я отправилась на поиски подходящей повозки. Добрые дела — это, конечно, похвально, но время идёт, часики тикают. Пора уносить ноги из этого красивого и уютного городка. И как можно скорее!