Магия демонов и мартини (ЛП)

— Что ты делаешь? — ревел Берк с мезонина. — Слушайся! Ты должен меня слушаться!
Демон поднял голову, посмотрел на кричащего контрактора. Он жутко улыбнулся, поднял свободную руку в сторону Берка. Алые руны засияли на его пальцах, поднялись по запястью. Алая леска полетела из его руки, этим же заклинанием Эзра поймал посох.
Сила натянулась, обвив Берка, и потянула его с края. Он пролетел двадцать футов и рухнул с жутким грохотом. Хрипло смеясь, демон прошел к бывшему хозяину. Он склонился, вонзил когти в плечо Берка и поднял его. Берк впился в его запястье, лицо побелело от ужаса.
— Н-нет! — пролепетал он. — Ты должен меня слушаться! Ты принял контракт!
Еще один смех. Демон провел когтями по лицу Берка. Полилась кровь, Берк завизжал. Демон бросил его.
Берк упал на пол, крича, прижал ладони к глазам. Кровь лилась по его щекам жуткими слезами. Смеясь, демон отвернулся от хозяина. Его глаза цвета магмы посмотрели на меня, он насмешливо кивнул. Он согласился не убивать меня. Он держал слово.
И он повернулся к Эзре.
Мое тело похолодело. Я сказала демону не ранить меня, но не упомянула Эзру. Как я могла забыть?
Эзра оттолкнулся от колонны, сжимая оставшийся меч, но едва стоял. Он шумно дышал, рука бесполезно свисала у бока. Магия на его теле угасала, осталось сияние только на сияющем левом глазу.
С кровожадной радостью на его лице демон, которого я освободила, напал.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Зимний холод наполнил комнату. Тьма впиталась в артефакт Берка и Фентона, оставшийся на мезонине. Иней покрыл все поверхности.
Демон врезался в Эзру.
Он оттолкнул Эзру в стопку поддонов с сокрушительной силой. Дерево разбилось, захрустело. Эзра ударил мечом, но демон не вздрогнул, когда клинок пронзил его плоть. У него было много ран, и они его не беспокоили. Эзра ведь говорил, что демоны могли вытерпеть много боли.
Алый свет окутал демона — магия уже не была скована контрактом. Эзра не бился с медленным демоном без магии, которым управлял человек, способный отвлечься. Эзра сражался с сильным и владеющим собой демоном, который не уступал по мощи демоническому магу.
И все из-за меня.
Я дико развернулась. В дюжине шагов от меня Берк слепо полз, пытаясь сбежать. Горечь подступила к горлу от вида его лица. Демон мог сковать его магией, но вместо этого ослепил его — жестокий способ сдержать хозяина.
С громким ревом взорвалась сила. Эзра отлетел в центральную колонну мезонина. Металл застонал от столкновения, и он обмяк, ноги вытянулись, его тело поддерживала колонна. Без нее он лежал бы на полу.
Его меч прокатился по бетону и остановился у моих ног.
Демон пошел к Эзре, разжав кулак. Он поднял голову, левый кулак тускло сиял красным. Кровь текла из его рта по подбородку. Он не пытался встать, пока демон приближался.
Я посмотрела на меч.
Демон остановился перед Эзрой, хищно улыбаясь. В четырех ярдах от меня Берк двигался вдоль бетона, тихо кряхтя от боли и паники.
Мне нужно было остановить демона. Спасти Эзру.
Демон поднял руку, толстые когти сияли в тусклом свете. Он целился в раненого, уставшего и беззащитного мага. Секунды. Через секунды Эзра умрет. Я не могла это допустить. Мне нужно было остановить это любой ценой. Нужно действовать.
Секунды. Времени не было. Вперед!
Я схватила меч с пола и побежала. Крик вырвался из моего горла — вопль паники, отрицания и отчаяния. Я подняла клинок над головой, острие сияло.
И я обрушила его на спину Берка.
Сталь вонзилась меж его ребер, задевала кости. Рукоять ударилась об тело, и он рухнул без звука, его вес вытянул меч из моих рук.
Я быстро дышала, смотрела на него, на то, что наделала, а потом подняла голову. Демон склонился над Эзрой, смотрел на меня с нечитаемым выражением холодного лица.
Он вонзил когти в грудь Эзры.
Сила подняла его вверх, а потом когти вырвались из его тела. Он упал на колонну, обмяк, голова опустилась, кровь текла по груди. Мое горло сдавило, я хотела кричать, но забыла, как издавать звуки.
 
Тихо смеясь, демон раскрыл ладонь. Амулет упал на пол, звякнув, и свет охватил его тело. Алый дух полетел ко мне.
Я отшатнулась, дух демона погрузился в Берка, забрал его умирающую душу и покинул этот миг.
Всхлип вырвался из моего горла, легкие сдавило. Я побежала, дрожа, к Эзре. Я вытянула руки, упала на колени рядом с ним.
Вблизи он выглядел даже хуже — изорванная одежда, порезы кровоточили, черные синяки покрывали кожу. Но три пробитых раны на правой стороне его груди вызвали у меня дрожь, от которой я не могла дышать. Демон глубоко вонзил когти, и кровь текла из дыр.
Он влажно дышал. Его голова дрогнула, глаза приоткрылись.
— Тори, — прохрипел он, левый глаз слабо сиял красным.
— Эзра! — я потянулась к его руке, но замерла, боясь, что даже прикосновением усилю его боль. — Эзра, я…
Он подвинул руку к моему запястью, его пальцы сжали мою руку с удивительной силой.
— Тори, уходи.
— Что?
— Уходи. Беги.
— Демонов уже нет, Эзра.
Он с бульканьем вдохнул.
— Уходи.
Его глаза закатились, пальцы соскользнули с запястья. Ладонь безжизненно упала на пол.
— Эзра!
Он еще дышал, но едва. В его легких было больше крови, чем воздуха. Он еще раз с дрожью вдохнул. Его веки трепетали, но видно было только белки глаз. И они закрылись.
Он долго не двигался. Не дышал. А потом его глаза открылись, и оба были алыми, почти черными в центре. Два круга адской магмы.
Стало холодно. Лед покрыл все вокруг. Жар покинул мое тело с дрожащей волной, и я отклонилась, рухнула попой на обломки на полу. Мое тело содрогалось. Свет пропал, и только сияющие глаза Эзры, полные силы демона, существовали во тьме.
Алая сила вспыхнула, руны появились на его груди. Линии разошлись от них, погрузились в его тело. Круг ожил под ним, полный рун. Я отодвигалась от сияния.
Алый свет стал ярче, пылал внутри черным. Его красные глаза были большими, глядели, но на лице была сосредоточенность.
Он заговорил, голос был низким и хриплым рычанием. Слова были то громче, то тише, лились потоком, и я узнала напев заклинания. Магия, которую он призвал, стала ярче, впитывалась, словно вода утекала в сливное отверстие, в раны на груди.
Эзра выгнулся у колонны, ладони сжались, он скалился от агонии. Он содрогался, сила впитывалась в тело. Охнув, он обмяк, голова склонилась вперед, руки обвисли по бокам. Холод стал слабее, и покров неестественной тьмы пропал, позволяя тусклому свету артефакта с мезонина озарить зал.
— Эзра? — прошептала я.
Таинственные чары пропали, как и раны на груди. Три следа от когтей демона уже не кровоточили. Они уже не выглядели как дыры.
— Эзра? — снова попробовала я.
Он не реагировал, грудь медленно вздымалась и опадала. Едва надеясь, я подобралась ближе. Под пятнами крови глубокие раны стали тремя неровными шрамами.
Дрожа от холода, я робко убрала окровавленные обрывки ткани с его груди. Не только грудь была целой, но и другие порезы зажили, оставив тусклые шрамы, а синяки пропали на бронзовой коже.
Я потрясенно коснулась нового шрама. Скорость исцеления была выше того, что могли сделать целители «Вороны и молота». Я посмотрела на старые шрамы на его боку и животе и отодвинулась.
В меня снова впилось что-то твердое. Я сунула руку под себя, искала обломок, чтобы отбросить его.
Грудь Эзры поднялась от глубокого вдоха. Плечи расправились, спина выпрямилась, и он поднял голову. Его глаза открылись, и они сияли как алый огонь.
Мои пустые легкие застыли. Он скользнул взглядом по залу, отметил тело Фентона, потом Берка, задержался на амулете демона в ярде от его. Он посмотрел на меня. Мои пальцы сомкнулись на маленьком предмете, на котором я сидела.
Демон в Эзре улыбнулся. Алая сила окутала его ладони, побежала по рукам венами.