Сиротка для дракона. Боевой факультет (СИ)

— Тяжело быть бойцовым котенком, — добавил Зен. — Выглядела бы ты вон как она, десять раз бы подумали, прежде чем лезть. — Он кивнул в сторону девушки с третьего курса боевого, которая как раз покидала столовую.
Про таких говорят: «Кровь с молоком». Рослая, выше половины парней, широкоплечая, и трость в руках кажется игрушечной. Да уж, от такой прилетит — мало не покажется. Но если вес я набрать смогу, то увеличить рост — точно нет, а превращаться из бойцового котенка в бойцового колобка не хотелось. Пусть уж все останется как есть.
— Ничего, только первые полгода тяжело. — Дейзи ободряюще улыбнулась мне. — А потом все будут знать, что с тобой лучше не связываться.
— Но эти полгода надо как-то пережить. — Родерик поднялся из-за стола. — Нори просить бесполезно, поэтому еще раз прошу вас.
Алек фыркнул.
— Да поняли мы, поняли. Мне, знаешь ли, самому не нравится, когда на ковер к декану тягают. Иди уже. Да и нам пора.
Действительно, было пора. Времени оставалось только дойти до корпуса боевиков и расположиться в аудитории.
Теория магии шла первой парой, как и вчера. Подумав, я не стала искать себе место на задних рядах. Бересфорд все равно меня запомнил, так что я просто привлеку к себе лишнее и совершенно ненужное внимание. Так что я устроилась там же, где вчера. И очень удивилась, когда по обе стороны от меня расположились близнецы.
— Мы же обещали за тобой приглядывать, — с деланой серьезностью сказал Зен, а Зак добавил:
— И будет за кем лекцию списывать, я вчера вообще ничего записать не успел. Тараторит как…
Он не договорил: в кабинет вошел преподаватель, и мы поднялись.
Жестом велев нам сесть, Бересфорд смерил меня взглядом.
— Начнем с долгов. Вы, барышня, сделали доклад?
— Вы не уточняли вчера, к какому числу сделать доклад, — подал голос Феликс.
— К следующему занятию, это очевидно. — Преподаватель посмотрел на задние ряды поверх очков. — И настойчиво рекомендую держать свое мнение при себе, если не хотите, чтобы я потребовал высказать его письменно и в связке с моим предметом.
Он шагнул ко мне.
— Итак?
Я, поднявшись, протянула ему кипу листов, сшитых в углу суровой ниткой.
Зак едва слышно присвистнул. Бересфорд со скептическим лицом глянул на титульный лист.
— Оформлено правильно.
Я мысленно выдохнула. Спасибо Родерику, что рассказал мне: кроме самого текста важно еще и как он выглядит. Титульный лист, список литературы, поля…
Преподаватель все с тем же скептическим видом пролистал страницы, точно пересчитывая. Заглянул на первую, скривился.
— Вам следует потренировать чистописание.
Сама знаю, что следует! Но когда, скажите на милость, я бы успела это сделать?
— Возьмите. — Он вернул мне доклад. — Неудовлетворительно.
— За что? — вырвалось у меня.
— Вы не могли написать это сами. Купили текст доклада и переписали.
— Я писала сама! Хотите, перескажу?
— Сядьте. Я не говорил вчера, как должен был быть оформлен доклад, и вы не подходили спросить. Но откуда-то узнали. Вы учитесь по императорскому гранту. Плохо образованная, рассеянная и неусидчивая девушка не могла за ночь переработать такое количество источников и сделать текст такого объема.
— Но… — Я лишилась дара речи, к глазам подступили злые слезы.
— Я не спрашиваю, кто написал вам это, равно и как вы расплатились…
Я вскочила.
— Возьмите свои слова обратно!
— Сядьте, Лианор. Сядьте и подумайте над своим поведением, если не хотите получить еще и отработку.
— Чушь! — воскликнул Зен.
— Что вы сказали, молодой человек?
— Чушь! — выкрикнул Феликс с заднего ряда.
— И несправедливость. — Я узнала голос Дамиана.
— Тихо все! — Бересфорд шагнул к кафедре. — Прекратите беспорядок и вернемся к занятиям.
С задних столов раздался свист, потом к нему присоединился еще один, и еще. Бересфорд пытался что-то сказать, но перекричать многоголосый свист не мог. У меня на глаза снова навернулись слезы. Преподаватель вышел из аудитории, хлопнув дверью.
Стало тихо, так тихо, что, кажется, на всю аудиторию было слышно, как я сглотнула ком в горле. Встала, развернувшись к задним рядам.
 
— Спасибо. Только…
— Сядь и не волнуйся зря, — неожиданно тепло улыбнулся Дамиан. — Сегодня тебя несправедливо обвинили, завтра кого-то из нас. Если сразу все вместе такое не пресечем…
Он осекся, я обернулась к открывшейся двери, весь проем которой, казалось, заняла массивная фигура Рейта.
Декан шагнул в аудиторию, оглядел, кажется, каждого. Мне почудилось будто близнецы, по-прежнему сидевшие по обе стороны от меня, съежились. Да мне и самой — как бы ни хорохорилась вчера, дескать, привыкну — стало страшно под этим взглядом.
— И почему я не удивлен. — Каждое слово, казалось, падало в тишину аудитории, точно камень в пропасть, рождая гулкое эхо. — Лианор, по какому поводу вы решили сорвать занятие?
  
39
 
— Я не срывала. — Я заставила себя распрямить плечи.
— Лианор не срывала занятие. — Феликс встал, шаркнув ножками стула по полу. — Ваше обвинение несправедливо, как и обвинения господина Бересфорда.
Декан смерил его тяжелым взглядом.
— Вот как? Тебе нравится, когда тебя бьют женщины? Иначе к чему бы такая любовь к Лианор?
Кто-то хихикнул и ойкнул, как будто смеявшегося пихнули в бок.
— Мне не нравится несправедливость, — уперся Феликс. — Как не нравится и когда кто-то пользуется своим положением, чтобы вершить ее безнаказанно.
Бересфорд побагровел. Схватил с моего стола доклад, впихнув его в руки декана.
— Судите сами, могла ли девушка, которая учится по императорскому гранту, за вечер переработать такой объем литературы.
Декан раскрыл листы где-то посередине, сощурился.
— Курица лапой и то разборчивей пишет.
— Я действительно плохо образованна, господин декан, и не сильна в чистописании, — признала я. — И все же я настаиваю: этот доклад я писала сама. Госпожа Стефания может подтвердить, что я вчера была в библиотеке. Она научила меня пользоваться каталогом. — Подумав, я добавила: — Один… — Да что ж так некстати щеки налились румянцем! — Один старшекурсник помог мне подобрать литературу и подсказал, как правильно оформлять доклады. Остальное я сделала сама.
Зря я это сказала. Вот сейчас он скривится и выдаст что-нибудь вроде: «Старшекурсник! Уже начала хвостом крутить!
Но Рейт только задумчиво покачал головой. Пролистал многострадальный доклад и протянул его мне.
— Выйди сюда и читай. А я послушаю и решу.
Я встала перед аудиторией. Во рту разом пересохло. Открыть первую страницу получилось не сразу. Дрожали пальцы.
Я пробежалась взглядом по строчкам, сама едва разбирая написанное. Разозлилась на себя. Зачем мне разбирать собственный почерк? В конце концов, я это написала! Память девичья стала? Я опустила руки с докладом, снова окинув взглядом зал. Зен ободряюще улыбнулся мне, Зак подмигнул. На душе потеплело.
— Ингрэм Соммер был типичным человеком своего времени, — начала я. — Времени, когда наука двинулась вперед огромными шагами, подгоняемая новейшими изобретениями в области магии и технологий, или когда новые открытия порождали новые изобретения. Времени людей, блестяще разбирающихся в самых разных областях. Сейчас это невозможно — объем накопленных знаний слишком велик для одного разума. Но тогда… Ученый, изобретатель, политик — о каждой из его ипостасей написаны тома и тома. Но чаще всего его имя вспоминают за вклад, который он внес в теорию магии. Этот человек впервые систематизировал…
— Достаточно, — перебил меня декан. — Все ясно, садись.
Внутри словно что-то оборвалось. Бесполезно. Все бесполезно. Я опустилась за парту, кусая губы, чтобы не разреветься.
— Господин Бересфорд, рекомендую вам поставить Лианор «сверх ожидаемого». И я бы на вашем месте извинился, — сказал декан.
Что? Он серьезно?!