Сиротка для дракона. Боевой факультет (СИ)

Зря я вчера поленилась собрать сумку перед сном. Сейчас пришлось тратить время не только на переодевание, но и на сборы. Я даже на несколько мгновений заколебалась: стоит ли бежать в столовую трусцой, учитывая, что я успела сегодня и набегаться, и даже поработать. Не лучше ли еще раз просмотреть доклад — когда я его дописывала, глаза слипались, и наверняка насажала ошибок — и потом, не торопясь, отправиться на занятие? Но желудок возмущенно забурчал, напоминая, что второй день я двигаюсь куда больше, чем привыкла, а потому и есть придется больше.
Я помчалась в столовую. Время завтрака еще не вышло, но многие уже двигались обратно, навстречу мне. Около корпусов толпились студенты, ловя последние теплые деньки. Пробегая мимо целительского, я поискала взглядом Родерика. Не нашла. И едва успела остановиться, когда дорогу мне перегородил незнакомый старшекурсник.
— Ты Лианор? — спросил он.
Как он меня узнал? В следующий момент я обругала себя за недогадливость. Не так много девушек ходят по этим аллеям в штанах, а из первокурсниц — я одна.
— Да. Чем могу помочь? — вспомнила я вежливую замену «чего тебе надо?».
— Сколько ты берешь за то, чтобы… — Его неприличный жест не оставлял сомнений, за что именно он спрашивает цену.
  
38
 
— Прошу прощения? — переспросила я.
Может быть, я что-то не так поняла? Ну, мало ли…
Он ухмыльнулся, и я убедилась, что все поняла правильно.
— Я спрашиваю «сколько», что тут непонятного? За раз. Или за ночь?
Наверное, надо было оскорбленно вздернуть нос и гордо удалиться, сделав вид, что я выше подобных гадостей. Или отвесить пощечину. Не знаю, что бы на моем месте сделала Оливия. Да и вряд ли к ней кто-то осмелился бы обратиться с таким вопросом. Так что придется мне поступать так, как я всегда поступала на своем месте.
— Пошел ты… — прошипела я, не поленившись подробно объяснить маршрут вместе со всеми возможными ответвлениями. Шагнула было мимо, но парень схватил меня за локоть.
— Что я тебе, рылом не вышел? Перед старостой вашим, значит, ноги раздвигаешь, перед Родом и даже с двумя братьями разом не стесняешься…
Какая бурная у меня, оказывается, жизнь! Даже интересно, когда бы я все это успела? А еще интересней, кто пустил обо мне такие слухи. Вряд ли Родерик — ему незачем хвастаться несуществующими победами, стоит поманить, и почти любая побежит, сияя от счастья. Да и про близнецов тогда бы не говорили. Алек, обидевшийся, что я старательно не замечаю его внимания? Тоже вряд ли. Не знаю почему, но мне хотелось верить в его порядочность.
Уж не тот ли, точнее, та, что испортила мне рубахи?
Но ведь этот парень не скажет, кто подал ему идею. А если обо мне в самом деле пошли такие слухи, тяжело мне придется… Я прогнала эту мысль. На каждый роток не накинешь платок. Постараюсь не ходить одна, чтобы не выглядеть легкой добычей, тем более что и Родерик просил об этом. Со временем все успокоится. Рано или поздно сплетникам надоест чесать языки.
— Руку убери! — Я попыталась выдернуть локоть, но хватка у парня оказалась крепкая.
— А то что? — ухмыльнулся он и дернул меня к себе.
Я пошатнулась, всем весом оперлась на трость — подарок Алека, — и окованный ее наконечник опустился на стопу парня, обутую в ботинки из мягкой дорогой кожи. Он дернулся, я, качнулась, взмахивая палкой, чтобы удержать равновесие. Трость, взлетая, угодила парню аккурат промеж ног.
Он взвыл, согнувшись, а я что есть мочи рванула прочь — откуда только силы взялись, — остановившись только около столовой.
— Эй, Нори! — Зак взмахнул рукой, приветствуя меня, едва я оказалась в дверях зала. — Где тебя носят! Тут сейчас все вкусное съедят!
Парни сдвинули два стола, чтобы поместилась вся честная компания. Кроме близнецов, там были Алек и Дейзи с Селией. И Родерик, окинувший меня встревоженным взглядом.
Я нервно хихикнула, вспомнив недавно услышанное. Надеюсь, хоть девушек в мою постель сплетники не запихнут.
— Что случилось? — спросил Родерик.
 
— Ничего. Просто бежала.
Я бросила сумку на скамью рядом с вещами остальных, пристроила там же трость. Улыбнулась Алеку.
— Еще раз спасибо. Очень полезная вещь оказалась.
Вместо того чтобы просиять, Алек застонал.
— Кто в этот раз?
— Он не представился, — пожала плечами я, мысленно проклиная собственный длинный язык, и поспешила к раздаче. Несмотря на недавнюю стычку, а может, благодаря ей есть хотелось ужасно. Да и так оставалась надежда, что парни отвлекутся и забудут.
Но Алек не забыл.
— Надеюсь, мне снова не придется являться пред светлое око Рейта, оправдываясь за отсутствие дисциплины среди первокурсников?
— Когда я ем, я глух и нем. — Я демонстративно запихнула в рот полную ложку овсянки на молоке.
— Нори. — Ладонь Родерика легла на мое бедро под столом, и я едва не поперхнулась кашей. — Друзья для того и нужны, чтобы не справляться со всеми проблемами одной. Кто тебя обидел?
— Это я его обидела, — не удержалась я. Опомнившись, снова старательно начала жевать.
— Наверняка не из наших и вряд ли пойдет ябедничать декану на то, что его избила девчонка. Так что можешь не париться. — сказал Зак. — То есть я хотел сказать: нет повода волноваться.
— Зная Нори, я бы сказал, что повод волноваться есть всегда. Хорошо, что я староста не у боевиков, — ухмыльнулся Родерик. Ладонь его скользнула с моего бедра на коленку, и я залилась краской. Торопливо спрятала лицо за кружкой с чаем.
— Поспрашивай своих, вдруг кто-то придет к целителям с побоями, — посоветовал Зен.
— Это было бы неэтично, — покачал головой Родерик. — К тому же у целителей сейчас работы хватает. Первые дни, все осваиваются. Кто-то на физухе с непривычки ногу потянет, у кого-то от незнакомой еды живот прихватит. Драки тоже случаются. Ну и глупость людская. Ночью вон у алхимиков два любознательных первокурсника влезли в лабораторию. Любовное зелье искали.
— А оно существует? — полюбопытствовал Зак.
— В теории — да. Только это средство из арсенала некромантов, а не алхимиков. Как и все прочие ментальные воздействия.
— Гадость какая. — Меня передернуло. — Знать, что человек с тобой не потому, что сам так хочет, а потому, что ты посадила его на цепь, как собаку…
— Гадость, — согласился Родерик, легко сжав мое колено. — И будь я деканом алхимиков, выставил бы их из университета. Но, увы — моральные принципы студентов прямо не связаны с их успеваемостью. Впрочем, они и так наказаны, может, поумнеют.
— Что с ними? — полюбопытствовал Зак.
— Сигналка. Патент Петера, знаете его? В этом году выпускается и остается на факультете.
Дейзи и Алек кивнули, остальные покачали головой.
— Когда она срабатывает, не только воет почище изначальной твари, но и посыпает разорвавшего контур краской. Очень вонючей краской, — уточнил Родерик. — Если увидите где-то двух парней с ярко-зелеными лицами и неподражаемым ароматом — это они и есть.
— Ты-то откуда знаешь? — спросил его Зен.
— Староста алхимиков — мой сосед по комнате. И он был очень недоволен, что его подняли среди ночи. — Он обернулся ко мне. — А этому, который к тебе полез, куда прилетело?
— По яй… — Я прикусила язык. Вот же зараза, специально отвлек рассказом о зеленых алхимиках, чтобы, когда я расслабилась, застать врасплох.
Парни переглянулись.
— Пожалуй, я постараюсь больше тебя не злить, — с делано серьезным видом сообщил Зак.
— Значит, было за что, — одновременно с ним кивнул Зен.
Родерик помрачнел.
— Парни… и барышни. Очень прошу, приглядите за этой ходячей катастрофой. Сами видите, стоит на минуту упустить из виду…
— Я ни к кому не лезу первая! — вскинулась я. Забыв, что и сама собиралась не ходить в одиночку, добавила; — И могу за себя постоять!
— Ты-то можешь, да коллег жалко, которым пострадавших латать приходится. Им и без этого работы хватает.
— Приглядим, — одновременно кивнули близнецы.