Моритур (СИ)

Зверек печально повесил голову, и Лиза его легонько по ней погладила, а потом почесала за ушками. Коргоруши это понравилось.
— А ты случаем не будущая ведьма? — воспрял духом не котик. — А то я бы пошел к тебе на службу, я знаешь какой помощник отличный. Я все могу!
— Нет. Я не ведьма. Вроде.
— Ну Тьма-то в тебе живет? Живет! Я же за версту чую ее запах. Так что может ты ведьма, просто пока не знаешь об этом? Как у тебя с проклятьями и зельями? А извести род людской хочешь?
— С проклятьями и зельями у меня никак. Хотя мой зелёный борщ можно с назвать зельем, слабительным правда. Род людской извести не хочу, но некоторых личностей изувечила бы с радостью.
— Ну вот. Людей хочешь убивать, с зельями тоже дело движется, а остальное приложится. Не зря я тебя заприметил. Сама судьба мне новую хозяйку послала.
— Так я что, получается, ведьма? — Лиза подумала, что этот зверек первый и пока единственный, что хоть что-то может ей подсказать, потому решила разузнать побольше о себе самой. — Раз во мне Тьма и я убивать людей хочу.
— Ну… технически нет… Но, если в тебе живет Тьма, то ты уже не совсем и человек. Может ведьма будущая, может еще кто. Может вообще проклятье на тебе какое, что Тьму призвало, а может артефакт какой. Ты случаем цацки никакие не подбирала?
Лиза отрицательно помотала головой.
— А то бывший мой хозяин фокусы такие любил. Заговоренные побрякушки разбрасывал, а глупые людишки их находили, да на себя цепляли. И все. Тьма их поглощала и со свету они сначала близких сживали, а потом себя. Точно не брала себе ничего такого?
— Точно!
— Ладно, значит не проклятье на тебе. Может, ведьма ты все-таки?
— Да не знаю я! — не выдержала девушка. — Я вообще не понимаю, что со мной происходит, вот и шла за помощью к знакомому одному.
— Ты мне только поклянись, ежели ты ведьмой окажешься или еще кем сродни, ты меня к себе в помощники возьмёшь.
— Обещаю.
— Обещает она, на крови клянись! — потребовал коргоруши. — Обещания не стоят ничего, а вот клятва на крови да. Ее не нарушить.
— Не слишком ли серьезная эта клятва на крови, чтобы я с ее помощью тебе обещание давала? — Лиза вспомнила непреложный обет из любимой книги.
— А еще говоришь, что не ведьма! — фыркнул в очередной раз зверек, который явно обожал это делать. — Вон какая хитрая!
— Не хитрая, а начитанная! Но давай так, если я и правда окажусь ведьмой или еще кем сродни, то возьму в помощники именно тебя. С тобой-то мы уже знакомы, и ты мне понравился. Это же лучше, чем не пойми кого на работу брать.
— Не на работу, а на службу. Но ты правда. Я куда лучше всяких там других духов-помощников буду. Я же потомственный. Так что, как определишься кто ты — ведьма или какая другая мадама, ты меня кликни, и я тут же прибегу и посмотрим, смогу я тебе послужить или нет. А то при домовом совсем тоскливо мне, а ты девчонка явно толковая, с тобой не заскучаешь. Я же и Тьму чувствую твою и метку любви запретной. Ох, заживем мы с тобой, дел наворотим! Я же чую, что темные дела тебя ждут и много. Я в таких делах не ошибаюсь, при ведьмаке жил.
— Наворотим-наворотим, в этом я профи. Вот только как я тебя кликну то?
— Очень просто. Произнесешь: «Инок-инок, четвертый мой друг, приди ко мне ради важных услуг» и вон он я. Тут как тут, рядышком с тобой.
— А прям обязательно стишок произносить? Как-то это по-детски.
— Обязательно! Это дань традициям. Вот молодежь пошла, даже стишок лень запомнить! Святые угодники, сколько же тебя придется учить! — кот хлопнул себя лапкой по лбу. — Но это после, а сейчас я уже опаздываю. Домовой не ведьмак, конечно, но тоже с характером, может и крылья прищемить и уши поджечь, если плохо буду служить. Так что я побежал. Да и ты вроде торопилась.
Лиза вдруг поняла, что заболталась с удивительным зверем и забыла о цели своей прогулки. Она поднялась с корточек и начала переминаться с ноги на ногу.
— Прощай, Инок. — девушка погладила зверька по голове.
— Не прощай, а до свидания! — мурлыкнул не кот. — Еще свидимся, ведьмочка, и надеюсь, что не раз.
 
Коргоруши расправил свои крылья и упорхнул от девушки. А Лиза продолжила путь в Заставу, размышляя о необычном звере, встретившимся на пути. Даже он знал о мире куда больше самой Лизы, и она собиралась восполнить пробелы и почитать учебники Селены, чтобы при следующей встрече хотя бы понимать, кто перед ней и чего ждать.
С мыслями о том, что она может быть ведьмой, Лиза дошла до Заставы, возле которой ее встретил один из беллаторов-охранников. Он же кинул Зов Гадриэлю и проводил девушку на территорию Заставы, в уютную тёплую беседку, где Лиза наконец смогла сбросить зимнюю куртку и согреться чаем, которым ее также угостил этот сверх любезный беллатор.
Лиза пила вкусный травяной чай вприкуску с печеньями, когда к ней подошел Гадриэль. Несмотря на тревогу, беседу она начала с вопроса неожиданного:
— И почему Вар не мог Селене свидание в этой беседке устроить? Нам бы не пришлось все на себе таскать.
— Я ему такой же вопрос задал. — Гадриэль вспомнил, как они носили мебель и готовили еду для первого свидания Ингвара и Селены. — Он сказал, что она не романтичная.
— Не романтичная? — такого варианта девушка, любующаяся поросшей плющом беседкой, не ожидала. Она считала это место очень даже романтичным.
— Именно. Но все дело в том, что она находится на защищенной территории. Селене сюда пока нельзя.
— А мне тогда почему можно?
— Ты же моя возлюбленная, я тебя у Мэша отбил. А раз тебе в Заставу с лазаретом можно, то можно и в беседку.
Лиза покраснела. Вот Гадри и припомнил ей фокус, благодаря которому она попала в их Заставу в первый раз. Видимо этот же фокус нужно было благодарить за сегодняшнюю любезность охранника и печенья с чаем.
Но беллатор не стал дальше подкалывать девушку, только похлопал по лавочке, приглашая сесть. А потом спросил прямо:
— Ты же о Мэше хочешь поговорить?
Лиза покраснела еще больше. Она пришла рассказать о своих страхах и попросить о помощи, но услышав имя любимого, сердце предательски екнуло. Конечно же, она хотела поговорить о Мэше, но не с беллатором же беседовать, он малума терпеть не может, да и ее недолюбливает.
Размышления девушки были написаны на лице и Гадриэль все понял. Как понял и то, что настал тот самый момент, когда Лизе нужна поддержка и он не мог отказать. Еще вчера он бы и слушать ее душевные переживания относительно Мэшера не стал, даже несмотря на недавнее видение от альянги, но после утреннего необычного разговора с самой необычной личностью, он изменил свое мнение. Мир даровал ему чудо, и он хотел отплатить той же монетой.
— Давай, вперед! — разрешил Гадриэль. — Кроме меня никто слушать не будет.
— Если честно, я пришла поговорить совсем о другом. Но… — девушка прикусила губу. — Ты не знаешь, что с ним случилось? Вар сказал только, что он пропал, а Селена старательно прячет довольную улыбку и изо всех сил изображает сострадание, от которого фальшью разит за километр.
— Хочешь правду?
— Псевдоободряющего вранья я еще в первый день наслушалась, а от того, как они делаю вид, что ничего не произошло, бешусь уже какой день.
— Скорее всего он давно мертв или умрет в ближайшие дни. Но ты знаешь об этом не хуже меня. У тебя интуиция хорошая.
Лиза еще сильнее прикусила губу, но слезы все равно потекли. Гадриэль не собирался ни успокаивать ее, ни утирать ей слезы. Она захотела правду, он сказал правду.
— То, что я сейчас скажу, будет странным, но я скажу. Я не понимаю, как ты влюбилась в Мэша. Но любовь штука странная. Мне ли не знать. Но если ваши чувства искренние, если ты веришь в них и в совместное будущее, шанс есть. Будешь верить, что любимый жив, он будет жив.
Девушка внимательно пригляделась к Гадриэлю, пытаясь найти намек на шутку, но он был серьезен как никогда.
— А ты бы верил?
— Я верил. Всегда. Любовь и есть вера. Если в тебе нет веры, нет и любви.