Жестокость

Когда стали сгущаться сумерки, мисс Флетчер зашла обратно в дом, презрительно поглядывая на свое насквозь промокшее платье и беспорядочно разметавшиеся волосы, чтобы приготовить себе хорошую чашку чаю.
Примерно через час она услышала, как щелкнула щеколда наружной калитки, вскоре после чего раздался робкий стук в дверь.
— О, простите меня, — проговорила симпатичная молодая женщина. — Вы ведь мисс Флетчер, не так ли?
— В слабом свете веранды мисс Флетчер она казалась чем-то встревоженной.
Мисс Флетчер ласково улыбнулась ей.
— Я миссис Ривз… мы живем дальше по дороге. Я хотела бы спросить… да, спросить, не видели ли вы здесь… не проходил ли здесь маленький мальчик. Знаете, это мой Ян. Сегодня днем куда-то ушел, а уже поздно, вот я и начинаю волноваться. Обычно он никогда так не задерживается. Ему всего девять лет.
— О, бедная вы моя, — сочувственно проговорила мисс Флетчер. — Но я бы на вашем месте не стала беспокоиться. Уверена, что скоро он вернется. Насколько мне известны маленькие мальчики, они обязательно возвращаются домой, когда проголодаются. Но вы знаете, я что-то даже не смекну, видела я его или нет. Здесь проходит много маленьких мальчиков, и я даже не берусь сказать, кто из них кто. Я видела, что какой-то мальчик проходил сегодня часа в четыре в сторону реки, но в остальном, боюсь, помощи вам от меня будет мало. Но я обязательно буду посматривать, — она снова мягко улыбнулась. — А у вас встревоженный вид. Не хотите ли выпить чашечку чаю?
— Знаете, мне, наверное, надо еще поискать, — проговорила женщина. — Скоро должен вернуться его отец. Сегодня он должен был съездить в город.
— Чепуха, — твердо проговорила мисс Флетчер, — ни к чему так изводить себя. Заходите, — она протянула руку, взяла молодую женщину под локоть и уверенным жестом повела ее за собой на кухню.
Пока она занималась приготовлением чая, все время без умолку что-то болтая, молодая женщина заметила ее мокрое платье.
— Да вы под ливень, должно быть, попали, — проговорила она. — На вашем месте я бы переоделась во что-нибудь сухое. Так ведь можно и простудиться.
Изумленная, мисс Флетчер прекратила свою болтовню. — А мне ничуть не мешает, — промолвила она. — Знаете, я водонепроницаемая.
«Странноватое время для шуток, — подумала молодая женщина. — Наверное, она просто пытается как-то приободрить меня, но у нее такой серьезный вид. Впрочем, возможно, она одна из тех сухих старых дев».
Они попили чаю, и совсем скоро молодая женщина сказала, что ей пора уходить.
— Надеюсь, что с вашим маленьким мальчиком все в порядке, — повторила мисс Флетчер, видя, как ее гостья подходит к дверям. — Думаю, что, когда вы вернетесь, он уже будет дома.
— Я тоже надеюсь на это, — вздохнула молодая женщина.
Когда она повернулась, чтобы уходить, до нее донесся едва различимый, высокий, приглушенный и полный безысходной тоски крик. Она вся напряглась. — Что это? — прошептала женщина.
По лицу мисс Флетчер мелькнула тень испуга. — О, Бог ты мой, — воскликнула она. — Извините, должна вас покинуть. Это моя кошка, Уискерс. Похоже на то, что я заперла ее в подвале. Уже второй раз за эту неделю, — и пока встревоженная мать стояла в нерешительности, она бросилась по коридору. Наконец молодая женщина пожала плечами, пошла по бетонной дорожке, щелкнула шпингалетом входной калитки и вышла на увлажненную дорогу.
В одиннадцать часов мисс Флетчер сосредоточенно занималась шитьем. Она была хорошей портнихой, и сейчас ее пальцы проворно выстрачивали весьма странного вида одеяние, сделанное из большого и чистого мешка. В его днище она прорезала отверстия и аккуратно обшила их края полосками полотняной ткани. Верх мешка оставался открытым, и его края она также укрепила материалов, чтобы те не обтрепались и приобрели дополнительную прочность. После этого она накрепко пришила к мешку две длинные и прочные кожанные петли — спереди и сзади, — так что все это творение отдаленно напоминало гигантских размеров удлиненную хозяйственную сумку, открывавшуюся снизу.
 
Покончив с этим делом, она почувствовала некоторую усталость от переживаемого возбуждения и собиралась уже было отойти ко сну, когда снова услышала стук в дверь — на сей раз уже не робкий, а скорее назойливый.
— Добрый вечер, — сказал полицейский. — Я — констебль Джонсон. Насколько я понимаю, вы не видели сегодня днем где-то поблизости маленького мальчика, не так ли?
— О, Боже ты мой, значит, маленький Ян этой миссис Ривз так и не вернулся домой, — воскликнула мисс Флетчер.
— Вот как? Так вы, значит, все же видели его.
— Да нет же. В общем-то, конечно, может, и видела, но для меня все маленькие мальчики на одно лицо. Вы же знаете, их тут столько кругом бегает. Видите ли, миссис Ривз уже задавала мне сегодня этот же вопрос — это было чуть раньше вечером. Бог ты мой, стыд-то какой, она была так расстроена.
— Да, понимаю, — проговорил констебль. — Значит, все в порядке. Просто подумал, что вы можете чем-то помочь. Видите ли, он не вернулся домой, и мы расспрашиваем жителей всех близлежащих домов. Похоже, ночка нам выдастся непростая. Примерно через полчаса или около того организуем поисковую группу. Надеемся, что маленький шалопай не угодил в какую-нибудь беду.
— Река, — в ужасе проговорила мисс Флетчер. — Я думаю… — полицейский мрачно посмотрел на нее, и голос ее постепенно затих.
— Давайте будем надеяться на лучшее. — И быстро добавил: — Ну что ж, спасибо, мисс Флетчер. Мне пора.
— Спокойной ночи, — крикнула ему вдогонку женщина, когда тяжелые ботинки застучали по тропинке.
Оказавшись внутри дома, мисс Флетчер снова заперла дверь на засовы; лицо ее хранило самодовольное таинственное выражение. — Ну и молодец же ты, Анита, — сказала она сама себе.
Она что-то еще бормотала себе под нос, а потом уткнулась тщательно уложенной головой и смазанным кремом лицом в подушку и крепко заснула.
Снова начинался прекрасный летний солнечный день, когда мисс Флетчер проснулась и потянулась. Лишь одинокий солист из племени цикад успел затянуть свою песню, а воздух уже был полон гомоном птиц и отдаленным блеянием овец.
Медленно, с едва сдерживаемым возбуждением мисс Флетчер поднялась в своей длинной розовой ночной рубашке, сняла сетку с волос и направилась в окрашенную в пастельные тона ванную. Туалетом она занималась медленно и очень тщательно. Чудесная горячая ванна с большим количеством ароматизирующей соли, обилие теплой воды, омывающей ее плоский живот и иссохшие груди, затем быстрое растирание полотенцем и облачение в чистое белье. Потом пояс для чулок, нижняя юбка в массе оборок, а в завершение всего — новое платье из набивной ткани.
Обутая в большие домашние туфли с опушкой, она устремилась на кухню, где приготовила себе завтрак. Моя посуду, она напевала мотивчик из» Вниз по реке». Затем быстрая, разминающая прогулка по огороду, в ходе которой она несколько раз кивнула устало выглядевшим мужчинам в рабочих комбинезонах и резиновых сапогах, которые прошли мимо ее калитки в направлении реки.
— Безрезультатно, — сказал один из них.
— О, мне так жалко, — промолвила мисс Флетчер. — Представляю, каково сейчас его матери. Бедняжка…
Мужчины отказались от предложенного ею чая, сказав, что для них накрыт стол в поселковом управлении. Вскоре они ушли дальше по улице, успев уже вываляться в пыли, несмотря на вечерний душ, и по лицу мисс Флетчер снова промелькнула легкая улыбка предвкушаемого удовольствия.
Она принарядилась и вообще привела себя в порядок перед своим громадным туалетным столиком, для чего уселась на изящно обитый стульчик и тщательно уложила свои седеющие волосы. Косметику она употребляла очень умеренно — так было и на этот раз; затем натянула свои лучшие черные перчатки, надела аккуратные черные туфли на низком каблуке, завершив всю эту процедуру тем, что нацепила на голову летнюю шляпу в виде колпака — белый фон с розовыми цветами — и быстро прошла на кухню.
Теперь она уже с очень большим трудом сдерживала возбуждение. Она перебросила мешковину через плечо, взяла в одну руку чашку с овсяной кашей и, подойдя к двери в подвал, отперла ее.