Ходящий в сны (СИ)

Рийса тут же заинтересованно повернулась и переспросила:
– Темный? Темный эльф?
– Темный полуэльф, - процедил Серебряная Смерть, и в его голосе юноше послышалось затаенное бешенство.
Юноша поднял глаза на эльфа и увидел в аметистовом взгляде ярость. Хайен был сбит с толку. Рядом с ним стояла Рийса, тоже владеющая темной магией, но на нее никто так не смотрел. Чем и когда он заслужил подобную ненависть?
– Вы знаете моего отца? - повторил свой вопрос Хайен.
Но вместо ответа учитель выпустил его волосы и отступил на шаг. На мгновение он опустил руки и между тонких пальцев мелькнуло пламя. Хели жалобно пробормотала:
– Отец…
На миг Хайену показалось, что его сейчас спалят на месте. Но Серебряная Смерть сдержался и спросил:
– А ты разве не знаешь своего отца?
– Я никогда не видел его, - признался новоиспеченный адепт. - Мы жили в домике в горах вместе с матерью, а сегодня она вручила мне эти бумаги и отправила сюда.
Несколько мгновений эльф молча смотрел на своего ученика, а затем поднес ко рту браслет с треугольным алым камнем, коснулся его пальцем и попросил:
– Зайди ко мне сейчас и возьми с собой Райтона, если Его Величество свободен. Дело срочное. Открой портал по маяку.
Юноша не поверил своим ушам. Сюда придет король? Зачем?
В двух шагах от них к потолку взметнулся синий дым. Из облака вышел человек в бордовом мундире личной гвардии короля, с неровно обкромсанными черными волосами и такими же черными глазами. На вид ему можно было дать лет тридцать, но по глазам Хайен понял - больше.
Незнакомец оглядел комнату и адептов, а затем виновато сказал:
– Райтон не может. У него внеплановый визит в Королевство Гномов.
Эндивир опустил глаза и выдавил из себя приветствие. Рийса нервно улыбнулась и сказала:
– Добрый вечер, папа…
И тогда Хайен понял, кто перед ним. Герцог Миран Тан, капитан Королевских гвардейцев и советник короля Райтона. Один из Верных, которым суждено триста лет хранить Королевство. Хайен торопливо поклонился.
Вновь прибывший подавил смешок, натянул на лицо маску серьезности и спросил:
– Что случилось, Линдереллио?
Тот молча указал на Хайена, а затем протянул ему бумаги со словами:
– Мальчишка сегодня пришел в Алый замок с этими документами. Он полуэльф и часть его волос черные.
Теперь настала очередь герцога Тана меняться в лице. Он пробежал глазами бумаги и осторожно сказал:
– Я думаю, подпись его.
После этого оба они уставились на Хайена. Тот вопросительно смотрел на них в ответ, не понимая, в чем проблема, и что от него хотят. Эндивир начал:
– Герцог Манкьери…
– Вы будете звать меня магистр Лин, - оборвал его эльф. - Иначе полдня мы потратим на проговаривание титулов и регалий.
– Магистр Лин, - терпеливо повторил Эндивир, - что-то не так?
– В чем дело, отец? - спросила Рийса.
Но ответом их не удостоили. Мужчины снова переглянулись.
– Хорошо бы спросить у Райги, - сказал герцог Тан.
С тяжелым вздохом магистр достал из кармана амулет в виде плоского рыжего кольца, поднес его ко рту и обреченно сказал:
– Дорогая, нам с Мираном нужна твоя помощь.
Затем он повернулся к своему товарищу и сказал:
– Сейчас она придет.
Хайен почувствовал, что уже с трудом удерживает челюсть на месте. Это он что, свою жену вызвал? Названную сестру короля, ту, которая закрыла Двери пятьдесят лет назад и принесла мир в Три Королевства?
Комната снова наполнилась синим дымом, и адепты смогли лицезреть Великую герцогиню Райгу Манкьери. “И это мать Хели?” - отрешенно думал Хайен, рассматривая прекрасную женщину в темно-бордовом платье. Выглядела она скорее старшей сестрой. Волосы герцогини были распущены на эльфийский манер. Правая половина их была розовой, а левая - рыжей, и такими же разными были глаза. Правый - алый, а левый - золотой. От последнего Хайен не мог оторвать взгляд. Юноша понял, что видит перед собой один из величайших артефактов - Глаз Пламени.
От такого количества известных личностей, приближенных королю, собравшихся в одной комнате, ему стало не по себе. Герцогиня обвела взглядом новоиспеченных адептов и вскинула бровь, а затем иронично сказала:
 
– Единственный внук Роддо, который ненавидит Танов и единственная дочь Мирана, которая ненавидит Райсов… Тебе ждет интересный учебный год, или даже все три.
Рийса и Эндивир насупились, но промолчали. Магистр Лин с промолчал, но Хайен подумал, что только эта женщина может себе позволить подобные шутки по отношению к эльфу. Затем герцогиня посмотрела на свою дочь. Хели сжала губы, словно ждала осуждения. Но во взгляде ее матери Хайен увидел только печаль. Она подошла к девушке и положила ладонь ей на голову со словами:
– Все будет хорошо.
По взгляду, который метнул на нее магистр Лин, Хайен понял, что хорошо ничего не будет. Что происходит? Почему они так относятся к Хели? У нее нет магии? Но она из величайшего пламенного рода, как такое может быть?
Девушка выдохнула и кивнула. Магистр передал своей жене бумаги и снова взял многострадальную прядь волос Хайена.
– Посмотри на подпись, - сказал он. - Мальчишка - полуэльф, и часть его волос черные.
Рийса не выдержала и снова спросила:
– Он - темный полуэльф? Но откуда он мог взяться?
– Это мы и пытаемся выяснить, - проворчал ее отец.
В этот момент герцогиня Райга вернула мужу бумаги и уверенно произнесла:
– Это его подпись. Я уверена.
Теперь на Хайена со смешанными чувствами смотрели уже трое.
– Ну не знаю… - протянул отец Рийсы. - Да когда он успел-то?
– Сколько тебе лет, Хайен? - внезапно спросил магистр Лин.
– Восемнадцать, - в замешательстве ответил юноша.
Троица Верных снова многозначительно переглянулась. И в этот момент Хайен окончательно убедился в том, что его отца они знают. И, похоже, все эти годы он не появлялся в горной хижине неспроста. Но при этом никто так и не потрудился ему ничего объяснить! Юноша открыл рот, чтобы возмутиться. Но в этот момент герцогиня мягко попросила:
– Распусти волосы, Хайен.
– Что? - удивленно переспросил он.
– Распусти волосы, - повторила она.
Поколебавшись, юноша стянул ленту с волос. Надо сказать, что с детства его раздражали длинные волосы, и мальчишкой он не раз пытался избавиться хотя бы от части полосатых прядей, то с помощью ножниц, то ножа. Но каждый раз они отрастали едва ли не за ночь. Мать ругала его и наказывала за это, но Хайен попыток подстричься не оставлял. До того момента, когда понял, что эльфийская шевелюра до пояса гарантирует внимание всех окрестных девушек.
Несколько мгновений мать Хели разглядывала Хайена, а затем постановила:
– Похож. Одно лицо.
Герцог Тан покосился на нее и снова протянул:
– Ну, не знаю… По-моему, не очень.
Магистр Лин кивнул, соглашаясь с ним.
– Похож на кого? - требовательно спросил Хайен, надеясь, что теперь услышит об отце хоть что-то.
Но вместо того, чтобы ответить на его вопрос, герцогиня покачала головой и снова обратилась к своему мужу:
– Вы не помните его… таким. Кажется, в замке был наш общий портрет, сделанный в год закрытия Дверей. Такой же ты приказал убрать из галереи в Манкьери, помнишь?
 Эльф холодно ответил:
– Есть. В музее.
– Отлично. Возьми ключ в учительской, а я отведу туда детей.
Магистр не стал спорить. Эльф шагнул в сторону и бросил на пол горсть портального порошка, а затем исчез в облаке синего дыма. Герцогиня сделала то же самое, и поманила за собой адептов. Они прошли за ней сквозь портал и оказались в длинном темном коридоре без окон, с обеих сторон которого виднелись закрытые двери. Они как раз стояли перед одной из них. Рийса тут же насторожилась и спросила:
– Тут хранится артефакт нашего рода?
– Да, - коротко ответила герцогиня.
В этот момент из очередного синего облака вышел магистр Лин. Эльф молча открыл дверь и первым вошел в музей. Хайен чувствовал, что внутри него крепнет возмущение и тревога. Его вопросы об отце старательно игнорировали все трое. И это наводило на нехорошие мысли. Он прошел за своим учителем через заставленный различными экспонатами зал, совершенно не интересуясь обстановкой. Потом юношу внезапно начало клонить в сон. Желание уснуть и увидеть, каким это место будет в мире снов, накатило резко, и также резко отступило. И Хайен впился взглядом в огромную картину, на стене, противоположной от входа.