Дикий. Прирученный. Твой (СИ)
– Не бойся, – сказал я шепотом.
– Сейчас ей ничего не грозит, так что не строй из себя героя, – вмешался Рохан. Он уверенно шел вперед. Но я видел, как напрягаются желваки на холодном лице ублюдка каждый раз, когда он смотрел в нашу сторону. – А вот когда окажемся на месте, тебе лучше придумать вескую причину, по которой ты так навязчиво лезешь к чужой женщине.
– Она не твоя!..
– Да-да. Вот только я всем сказал, что Лана из касты тхасси, у которых, как ты понимаешь, не может быть личного защитника. Твой интерес воспримут… неоднозначно.
– Боишься конкуренции? – Я презрительно выгнул бровь, а затем ощутил болезненный щипок. Лана, уставшая от нашего поведения, показала сначала на меня, потом на гладиатора и жестом изобразила удушение.
– Нашли время для споров, – пробурчала она, поправляя массивный капюшон, спадавший ей прямо на нос.
Логово взбунтовавшейся стаи, в которую входили не только бойцы Колизея, но еще и большинство оборотней-разнорабочих, находилось прямо в центре. В здании Патриотизма. Я никогда не посещал подобное заведение в родном дистрикте, но знал, что обычно здесь проводились собрания совета Домов. Главы решали важные вопросы и осваивали городской бюджет.
Теперь же знамя Славии на позолоченном древке валялось у стены, а повсюду сновали разношерстные оборотни.
– Лана, ты здесь! Наконец-то этот дикарь выпустил тебя на свободу, – к нам подошла брюнетка, грациозная и знойная, с обманчиво плавными движениями. Блестящие волосы были заплетены в простую косу, на губах алела помада.
– Лейла, не сейчас. Ангмар у себя? – спросил Рохан. Но та лишь отмахнулась, хватая мою хозяйку за руку.
– Не тронь, – очарование живой роскошной волчицы мгновенно развеял этот наглый жест. Я встал между ними. На заднем фоне прозвучало тихое ругательство альфы.
– Ты тот, о ком рассказывал Пятый? Полегче, новичок, я лишь хочу увести свою подругу подальше от озабоченных мужланов, снующих здесь без дела.
Подругу? Она меня за идиота держит?
– Иди, Марк, – Лана шагнула к Лейле, на ходу поправляя ошейник. – Я буду в порядке.
– Отведи ее к щенкам, пусть развлекутся, – приказал Рохан, рывком толкая меня к плотно закрытой двери в конце коридора. В груди будто натянулась незримая нить. Я бросил последний взгляд на хозяйку – Лана помахала мне рукой, удивительно спокойная и собранная – затем мы с альфой зашли в кабинет начальника дистрикта.
Семеро вооруженных волков и один человек.
Я практически сразу считал обстановку и ощутил дискомфорт. Говорить на равных с бывшими дуболомами не хотелось, но, видимо, придется.
– Я привел его, – отрывисто доложил Рохан мужчине со шрамом. Главный? Не похож, слишком тощий и какой-то болезненный на вид.
– Ангмар, – представился тот. – А ты, верно, Маркус?
– Давайте без лишних слов. Вы хотите, чтобы я помог вам удержать позиции и найти якобы похищенный людьми артефакт, пока не пал купол? – Я скрестил на груди руки. Несколько гладиаторов переглянулись, не одобряя мой тон. – На стороне врага численное преимущество. Скоро закончатся запасы питания, и население дистрикта выйдет на улицы, где их встретят ваши собратья, такие же голодные и злые. Кроме вашей стаи есть еще две, у каждой есть вожак со способностями подавлять волю, а по ту сторону барьера уже собирается армия. Выглядит не слишком заманчиво. Как вы намерены решить эти проблемы?
– Он что, ждет, что мы будем его уговаривать? – прохрипел здоровенный оборотень с таким заросшим торсом, будто он находился в процессе трансформации.
– Не злись, Дейл. Юноша имеет право задавать вопросы, – Ангмар вернулся к круглому столу в центре помещения, на котором лежал плененный человек с кляпом во рту. – Дела действительно плохи. Мы вынуждены наращивать мощь, опасаясь нападения врага. И нам нужен ты – молодой пробудившийся. Опытный боец.
– Насколько я вижу – у вас их и так двое, – заметил я, улавливая схожую энергетику вожака, идущую от шрамированного.
– Верно. Но мое тело слишком сильно пострадало в битвах, я уже немолод и не могу похвастаться былой прытью. Но вместе с тобой и Роханом стая сможет пробиться в охраняемую зону, где хранятся древние скрижали нашего народа.
– Мы предъявим их, как главное доказательство преступления правящих Домов! – пылко добавил молодой волк с шапкой золотых волос.
Тогда я спросил:
– С чего вы решили, что они, вообще, существуют?
– У нас появились неопровержимые доказательства. Ты ведь служил кому-то из аристократов, должен знать, что из себя представляет фактотум, – Ангмар одним ленивым жестом выдернул кляп изо рта пленника. Мне пришлось силой подавить желание встать на его защиту; глупый инстинкт. Сейчас надо думать о Иелане, а не о ком-то еще. – Это преданный слуга Долорецких, людей, которые выследили нас и нажились на наших жизнях. Он лично видел скрижали Трех Лун.
– Прошу, я все вам рассказал, – залепетал фактотум истерично. – Опустите! Я хочу вернуться к семье…
– Да нет у тебя никого, не лги, – помрачнел тот, кого звали Дейлом.
– У моих господ много денег, они заплатят за мою жизнь! Они даже часть дистрикта Роз выкупили в честь будущей свадьбы их сына… Вы знали про это? Верно, а ведь невеста могла оказаться здесь! Если вы опустите меня, я найду ее – это Иелана Лисовская, ее жизнь точно важнее моей! Прошу-у вас! – прорыдал пленник, утыкаясь лбом в столешницу.
В следующий момент я вырубил его точным ударом в висок. И прежде чем товарищи Рохана на меня накинулись, быстро сказал:
– Ненавижу слюнтяев... Надеюсь, у вас есть план, как добраться до цели?
Спину жег пристальный взгляд алых глаз.
19
Иелана
Находиться в компании шумных незнакомцев было трудно. Не то чтобы я боялась, нет. Оборотни по-прежнему не вызывали страха. Просто мне было как-то неловко, и скованность пропитывала каждую частицу моего внезапно ставшего неуклюжим тела. Не люблю быть в центре внимания.
– Вижу, вы поладили, – заметила Лейла, ловко уводя меня прочь от свистящих и улюлюкающих юнцов. – Я имею в виду Рохана. Он выглядит бодрее обычного.
– Бодрее? Ну да… наверно.
Сразу вспомнилась ночь и два жарких тела, навалившихся с обеих сторон. Нахального альфу эта ситуация злила, но он, по-видимому, не хотел вступать в конфликт с только что оправившимся собратом и отыгрывался на нем словесно. Как они бодро переругивались!.. Я же, зажатая между ними, ощущала себя скорее игрушкой, неким ценным призом, чье мнение не учитывается.
Волчица томно посмотрела из-за плеча:
– Не спорь, я же чую – ты пахнешь им. Роханом. Да и новичком тоже.
Да что ж такое! Волчий нюх слишком хорош!
– Это не то, о чем ты подумала, мы просто спали… – быстро произнесла я, но Лейла со смехом остановила поток сумбурных объяснений.
– Успокойся, золотце. Я не осуждаю, наоборот – рада за вас. Нашим мужчинам приходится несладко, волчиц мало, а те, кого освободили, и думать не желают о близости. Какое уж тут может быть желание? Им бы в себя прийти. А ты приняла сразу двоих, я горжусь твоей смелостью!
– Все не так. Я только с Роханом…
– Да? В любом случае, это правильно. Все мы думали, что наш гордый одинокий одиночка вечно будет ходить с таким статусом.
Она говорила тем тоном, с которым любящая мать благодарит избранницу сына за то, что та подобрала ее «бедовое сокровище». Я не поверила ушам.
– А что с ним не так? Он же сильный... И красивый!
– Серьезно? Рохан при тебе рот открывал хоть раз? Этот самец похож на занозу в самой нежной части тела, ни с кем не уживается. Ты первая, кого он подпустил так близко.
Я почувствовала теплую волну в груди, накрывшую зачастившее сердце. Всегда приятно быть для кого-то особенной, не только в физическом плане, но еще и в психологическом. Значит, Рохан принимал меня… Это не любовь, но уже что-то похожее.
– Раз уж мы говорим о таких вещах, я тоже хочу задать вопрос, – Я покосилась на прекрасную, словно лунный свет, оборотницу. Трудно представить, что она также сражалась на арене вместе с мускулистыми грузными мужчинами. Вгрызалась в глотки и получала ранения.