Дом восьмого бога
― Ты ― эн Матвэй!!! Настоящ-щ-щая!!!― прокричал Макс.
― Ну не совсем... Я же с ней не родилась...
― Настоящ-щ-щая! Настоящая, Кари!― продолжал он вопить.― Эта ш-ш-штука древняя, очень древняя, может, от с-с-самих Великих ангов дос-с-сталась этому роду! И она приз-з-знала тебя! Признала за с-с-свою!!!
Дальше он понёс какую-то ахинею про мудрость, силу и величие ангов, которые оказались сильнее богов; про то, что с моим появлением начали открываться древние тайны, что наш поход за «слезами» и золотом ― это священный путь, который приведёт его народ к счастью и процветанию.
Я же окончательно уверилась, что папочка хорошо прочистил Максу мозги и специально о пророчестве рассказал. А также внушил, что на Макса отныне возложена великая миссия по спасению всех и вся. Только вот мне, что теперь с этим делать?! Макс не отступит, и я должна быть рядом, чтобы хоть как-то защитить или повлиять на него. Нужно встретиться с Мозгом! Обязательно! И как можно скорее, а то от всего крыша поедет окончательно!
Ящеры появились в бухте Латраса, когда почти весь город собрался на пристани. Так как к обеду небо заволокло облаками, и солнышки никак не проглядывали через столь плотную облачность, они включили своё свечение и их стало заметно ещё издали. Красивые, высокие прыжки с тучами брызг, озарёнными вспышками света, произвели на горожан неизгладимое впечатление. Всё как я и хотела!
Открыв рты, люди заворожённо следили за приближающейся светящейся группой. Члены каравана в полном составе также были здесь, и неотрывно следили за сияющими ящерами. Несмотря на то что городок находился на побережье, ангалинов здесь видели редко, и то рыбаки далеко в море. Острова, виднеющиеся на горизонте, были необитаемы. Они представляли собой цепочку скал разной высоты и могли дать пристанище лишь морским птицам.
На длинный, узкий причал первым выскочил Макс, стряхивая с чешуи воду, за ним остальные. Вооружённые, в нагрудных доспехах, с мелькающими на шкурах золотыми искрами, ангалины были великолепны. Люди расступились и отряд, один за другим, плавно изгибая шеи и вертя длиннющими хвостами, двинулся от пристани вверх по улице. Возле таверны Эльма они остановились, образуя полукруг, и застыли в неподвижных позах. Толпа, следовавшая за ними, тоже встала и пауза затянулась.
Мы с Балмааром и Дайком несколько секунд переглядывались, пока я не решила «принять огонь на себя». Выйдя вперёд, я поклонилась, а Макс и остальные ответили тем же. В толпе раздался вздох облегчения. В общем, знакомство прошло гладко. Я успокоила самых недоверчивых и боязливых, что без приглашения ящеры в городе появляться не будут, и что обоснуются в Тухлом доме, тем более что им там всё очень понравилось. Питаться также они будут самостоятельно, и жители города могут не волноваться за своих коз, овец и другую скотину. Ангалины будут дежурить на кордонах, а также отвечать за охрану с моря, и бояться их не нужно, так как они просто будут выполнять ту работу, для которой их позвали, не мешая населению вести обычный образ жизни.
Когда я закончила выдавать инструкции, ко мне протиснулся Гай и тронул за плечо:
― Кари, нужно поговорить...
Мы расположились в таверне, которая за последние дни превратилась в пункт постоянных сборищ. Натри, как всегда, на привязи, бегал между столами, а музыкальное семейство в рядок расположилось на скамье. Балмаар с Дайком и Майланом остались снаружи, что-то горячо обсуждая.
― Эрдана Карина,― проникновенным, бархатистым голосом начал Гай.― Хочу обратиться к тебе сейчас не как к нашей любимой Кари, а как к владелице города, наследнице дома Матвэй.
Мне стало не по себе: «Что ещё случилось?! Почему он так говорит?!»
― Дело в том, что караван завтра отправляется, все вопросы решили, взяли письма и заказы на товары. Только я, то есть мы... Мы хотели бы остаться в Латрасе и надолго.
― Остаться?!― на радостях я вскочила.
― Да!― Гай широко улыбнулся и обнял Хейю за плечи.― У нас будет ребенок, и я не хочу подвергать опасности свою семью в такие смутные времена. А после сегодняшнего зрелища и такой дружбы между тобой и ангалинами, думаю, что надёжней места не найти.
― Ребёнок?!― я кинулась к Хейе, обнимая её через стол.― Это же прекрасно! Поздравляю! Я так рада за вас! А с жильём мы что-нибудь придумаем!
― Не стоит беспокойства... Мы же кочевники, народ непривередливый, нам и кибиток хватит.
Вопрос с домом для Гая решился очень быстро. Балмаар с Дайком чуть не поругались, предлагая каждый поселить их у себя, пока не поставят несколько новых срубов. Но, в конце концов, Дайк повёл их к себе, успокоив, что Хилл вернётся ещё нескоро, а за это время жители помогут со строительством. Вот так в суете и заботах прошёл день. Вечером я заперлась в комнате, выгнав парней ночевать в переднюю и наказав не будить, чтобы не случилось.
В библиотеке было пусто. Я заглянула в лабораторию, но Тана там тоже не было. На столах стояли колбы, реторты, пробирки и другая подобная химическая утварь, но все эти стекляшки были пусты и чисты ― ни намёка на какое-либо содержимое. Я стояла в центре этой пронзительной белизны и слушала стук сердца. А ведь недоброе предчувствие не отпускало с тех самых пор, как Мозг несколько раз не ответил на мои мысленные призывы, и вот теперь стало окончательно ясно, что же меня так беспокоило.
Вылетев из лаборатории, я помчалась по коридору в тренировочный зал, хотя уже знала, что и там его не найду. Зал встретил гулким эхом и идеальным порядком. Никого...
― Мо-о-озг!!!― заорала я так громко, насколько могла.― Мо-о-озг!!! Отзовись, Тан!!! Ты слышишь?!! Мозгово-о-ой!!!
От отголосков эха заложило уши. Когда звуки моих воплей затихли, ощущение пустоты наполнило каждую клеточку тела. Он ушёл... Он бросил меня... Растворился... Ничем: ни словом, ни взглядом, ни другим каким намёком он не выдал своих планов. Он исчез именно тогда, когда я решила серьёзно поговорить, выяснить кто же он такой на самом деле и зачем всё это ему было нужно. Мастерски ушёл от разговора... Ничего не говоря, ничего не объясняя, не предупреждая и не прощаясь...
Ещё какое-то время я тупо бродила по бесконечным коридорам, освещённым вкрученными прямо в стены лампочками, теша себя идиотской надеждой, что он всё-таки где-то здесь и сооружает какое-то новое пространство, но раз за разом возвращалась к двери в библиотеку. Мой маршрут был будто закольцован, и в какую бы сторону я ни сворачивала, всегда возвращалась к знакомой двери. «Может, хоть записку оставил...»― мелькнула мысль.
В библиотеке я обшарила весь стол, стеллажи с книгами, заглянула даже в мусорную корзину, которая стояла в углу, но не нашла ничего: ни письма, ни записки, ни клочка, ни обрывка... ничего. А ведь он много работал. Я часто видела и полную корзину измятых, исписанных бумаг, рабочий хаос на его столе и пролитые реактивы в лаборатории.
Открыв шкаф в дальнем углу, я обнаружила всю его немногочисленную одежду, аккуратно сложенную на нескольких полках: висящий на плечиках любимый бархатный халат, а также мягкие домашние замшевые туфли на нижней полочке. Проведя ладонью по халату, я прижала ткань к носу: «Запах... Его запах... Ещё сильно ощущается... Голышом, что ли, в неизвестность удалился?! Или вся эта бутафория была организована только для меня?!» Резко закрыв дверцу, я плюхнулась на кушетку:
― Ах ты, старый козёл! Профессор... Нет, ты не профессор, ты академик! Магистр обмана и манипулирования!
Бросив взгляд на резной шкафчик, в котором Тан держал свою алкогольную продукцию, я распахнула его и, увидев несколько рядов закупоренных зелёных бутылок, злобно захохотала:
― А зачем ты мне своё пойло оставил?! Что ж сам не вылакал?!
Хлопнув дверцей так, что бутылки задребезжали, я выскочила из библиотеки.
Бумер встретил меня ласковым повизгиванием и потёрся головой о колени, похоже, лежал под дверью, ждал пока проснусь. Дайк возился на кухне, и как только я вышла, обернулся:
― Что-то ты быстро... нагостилась...― ему никогда не нравились мои визиты к загадочному профессору.