Дом восьмого бога
Услышав это, я вздрогнула: «Пророчество?! О пути, который начнётся на Востоке?! А ведь Макс о нём и словом никогда не обмолвился! Ох, как бы всё это плохо не закончилось! Ещё и года нет, как я на Окатане, а уже влезла в такие древние дела, что догадаться, как дальше могут развиваться события никак невозможно. И ведь обратно уже не повернёшь... А может, ящерам только того и надо было, чтобы попасть на территории людей?! И Тан молчит, куда же он подевался?! Почему не отвечает?! Как же не хватает его подсказок! Ангалины здесь, золото отчеканено, отступать поздно...».
Склонив передо мной голову и уже на язык людей, Макс произнёс:
― Моя шаари, нанимаеш-ш-шь ли ты ангалинов на с-с-службу?
Собравшись духом, я чётко ответила:
― Нанимаю!
― Соглас-с-сна ли оплатить работу з-з-золотом?
― Согласна!― и протянула Максу мешок, туго набитый новенькими золотыми рандами.
Ангалины заулыбались, а некоторые выразили своё одобрение звонкими свистами.
― Ну вс-с-сё...― и Макс расслабился.― Торжес-с-с-ственная час-с-сть окончена.
Я склонилась над ним:
― Что за пророчество?!
― Потом, вс-с-сё потом,― и он хитро прищурился.― Сколько рандов получилос-с-сь?!
― Здесь пол-окмиля, остальные я Балмаару оставила... Я же тебе говорила...
― Пол-окмиля! Прекрас-с-сно!― зелёные глаза сверкнули.― Каж-ж-ждому из охранников почти на два года хватит.
Издав пронзительный свист, Макс махнул головой и начал подниматься к дому. Мы трое ― я, Дайк и Бумер, застыли на месте.
― Чего вс-с-стали?! Пос-с-селим охрану в тренировочной пещ-щ-щере, а как уедем они в доме будут ж-ж-жить и во дворе. Или ты против?
Я глянула на Бу, потом на Дайка, который пока выполнял функции немого сопровождения и кивнула:
― Не против, наоборот... Только им нужно показаться в городе, познакомиться, так сказать. И сделать это надо красиво, чтобы население прониклось.
― Думаеш-ш-шь?!
― Уверена. Появление твоих соплеменников должно быть эффектным, чтобы вызвать у людей правильную реакцию, ведь жить им здесь довольно долго.
Макс на немного задумался, а потом оскалился:
― Ну так обс-с-судим!
И почему в эту секунду возникло ощущение, что я говорю не совсем с Максом, вернее, с ним, но каким-то другим, более значительным, что ли, имеющим влияние... Пока мы шли к дому позади десятка ящеров, я всё размышляла над переменой, которая случилась с моим чешуйчатым другом.
Прошло чуть больше недели, а Макс вернулся каким-то не таким. На первый взгляд ничего не изменилось, однако перемены были, пусть и почти неуловимые. Он то ли принял какое-то решение, то ли возложил на себя какую-то миссию... А как на него смотрели остальные! Будто на героя или вождя! О чём же он говорил с Рексом и что за пророчество такое?! Глянув на Дайка, я прошептала:
― Уж не поторопилась ли я ангалинов в охрану нанять? Как-то уж очень они довольны... И так быстро приплыли...
― Но других вариантов пока нет и уже поздно что-то менять...― также тихо ответил Дайк.― Что тебя беспокоит?
― Не знаю... Пророчество какое-то всплыло... Макс ничего о нём не говорил...
― Я думаю, он всё объяснит... Разве есть причины не доверять ему?― он немного подождал, дожидаясь ответа.― Кари, что-то случилось? Ты как-то очень задумчива... А ведь и твой караван приехал, и Макс вернулся...
Я опустила глаза:
― Слишком много всего случилось за последнее время. Зимой мы жили тихо, спокойно, сами себе, а тут очень быстро жизнь начала набирать обороты. И метка эта родовая... Как браслет мог такое сделать?! Ума не приложу...
И дом, и пещеры ангалинскому отряду очень понравились. Они оценили и относительную удалённость от города, и близость к морю, и просторный двор, а запах сероводорода их, как когда-то и Макса, ничуть не смутил.
Дайк отправился в город, предупредить Балмаара, что охрана прибыла и скоро в полном составе приплывёт через бухту знакомиться. А пока во дворе ангалины расположились на отдых после долгого заплыва. Я вцепилась в Макса с расспросами. Он тыкался в меня мордой, стискивал хвостом и сиреневым сиянием выражал всю степень того, как же он соскучился.
― Что за пророчество, Макс?! Почему раньше не говорил?!
Он хитро прищурил один глаз:
― Потому что не з-з-знал...
― Не знал?!
― Это тайное пророчес-с-ство, которое з-з-знает только Рекс-с-с... Оно нигде не запис-с-сано и откуда взялось, никто не помнит. Когда Рекс-с-с выбирает нас-с-следника, то сообщает будущему правителю его ус-с-стно. Вот так оно и дош-ш-шло до нас из глубокой древнос-с-сти...
― И что конкретно в нём говорится?
Макс притянул мою голову к себе и зашипел в ухо:
― Где небес-с-сная семья
Бег с-с-свой в небе начинает,
Золотым огнём горя,
Ангалин на путь вступает...
Всю разорванную с-с-суть
Та дорога смож-ж-жет с-с-склеить...
Он не мож-ж-жет обмануть,
Нужно прос-с-сто только верить.
― И всё?!
― Вс-с-сё.
― И ты думаешь, что эта шарада применима к нашей ситуации?
― Отец уверен в этом, и я с ним соглас-с-сен. Очень долго Рексы не могли понять к чему оно с-с-сказано и что точно з-з-значит, кроме того, что путь ангалина начнётся на Вос-с-стоке. Я ведь отца во всё пос-с-святил, всё рассказал о том, что уз-з-знал благодаря тебе, да и про тебя тоже... всё...― он стиснул мою ногу и заглянул в глаза.― Не обиж-ж-жайся только...
Я погладила крупные чешуйки и провела пальцем по глубокой серповидной царапине на его лбу:
― Ну рассказал и рассказал, ты же у меня болтун...
Он хихикнул и положил тяжёлую голову на моё плечо.
― А почему Рекс рассказал пророчество? Он тебя в наследники выбрал?!― опомнилась я.
― Не выбрал. Ему ещё рано об этом думать... Прос-с-сто после всех моих рассказов Великий Ангалин Рекс-с-с понял, что приш-ш-шло время! Потому что никогда ангалины не имели здес-с-сь на Вос-с-стоке никаких интересов. Крупных рек, по которым можно углубиться в территорию людей, здес-с-сь нет. Оба Храма очень далеко и отсюда, с восточного побережья, ни до одного из них никак не добраться. А ведь мы в Храм за «с-с-слезами» да и за з-з-золотом именно с вос-с-стока отправляемс-с-ся. Отец уверен, что пророчество об этом... Мы начинаем свящ-щ-щенный путь, ты понимаеш-ш-шь?!
― Макс, в отличие от тебя и твоего народа, я никакого священного трепета не испытываю. Дорога нам предстоит дальняя, а в нынешнем положении и очень опасная, только меня не это беспокоит... Твой отец готов положить твою жизнь на алтарь разгадок священных тайн Великих ангов, и ты можешь стать очередной жертвой, как это было уже не раз... А я, получается, сама тебе в этом помогу...
Он резко вскинулся и уставился в упор:
― Ты что, передумала?!
Стиснув лапу Бумера, который лежал позади и опасливо поглядывал на расположившихся на весеннем солнышке ангалинов, я тихо ответила:
― Нет, не передумала. Я уже не могу передумать... Я ― эн Матвэй, и должна разобраться, что здесь происходит. И уже неважно, сколько на это понадобится времени.
Макс продолжал смотреть на меня: внимательно, пристально, будто пытаясь проникнуть в самую глубь, в самые сокровенные мысли.
― Тут произошло кое-что, пока тебя не было...― и, стянув жилет, я достала руку из туники.― Смотри...
Не только он, но и несколько ближайших к нам ящеров, в том числе и моя знакомая крапчатая, слегка приподнявшись, мелкими шажками приблизились, вытянув шеи. Вот любопытные, лежали и подслушивали! Я развернула повязку. Стараниями Дайка ожог заживал: красноты и опухоли не было, а сама метка покрылась корочками. Макс чуть ли не вплотную приблизил голову и его глаза смешно сошлись к центру.
― Это что?!
― Догадайся...
― Метка?! От... от... откуда?!!
Вполне подробно я поведала другу как всё было и почему-то, пока рассказывала, не могла унять какую-то внутреннюю дрожь, какое-то странное ощущение, что это не всё, что случилось ещё что-то, только что, совершенно не понятно. Будто предчувствие чего-то важного, события какого-то, которое произошло или ещё произойдёт. К концу повествования весь отряд ангалинов окружил нас плотным кольцом.