Дом восьмого бога

Он не верил мне... Не верил! А я была почему-то уверена в обратном, что именно Дайк не усомнится в моих рассказах.
Я сняла с пальца кольцо, подаренное Максом, и положила на стол, надеясь перевести разговор в другое русло.
― Я не вышла замуж, Дайк. Я ношу его для отвода глаз, чтобы особо не приставали.
Парень немного расслабился, но продолжал смотреть странным, ошеломлённым взглядом. Прихватив колечко, он покрутил его в пальцах, а потом всмотрелся в гравировку изнутри. Видя, как меняется выражение его лица, я поняла, что опять «дала маху». Сначала Дайк побледнел, потом позеленел, и я подумала, что обморок неминуем. Его зрачки сузились в маленькие точки, он подпрыгнул ко мне и прокричал прямо в лицо:
― Где?! Где?! Где ты его взяла?! Откуда оно у тебя?!
Я и так была в шоковом состоянии, но видя его дикие, безумные глаза, я испугалась. Очень. Таким я его никогда не видела.
― Дайк, я...
― Где?! Где ты взяла его?!
― Мне подарили. Друг подарил. Дайк, я не знаю, что там написано. Я не читала... Я плохо читаю...
― Кари! Это кольцо моей матери! Ты понимаешь?!
Он тряс меня за плечи, слюна брызгала в лицо, а прежде ясные, голубые глаза горели красным цветом.
― Кари! Отвечай!
Я не нашла ничего другого, как сказать ему правду:
― Ангалин... Ангалин мне его подарил...
― Что?! Что ты сказала?!
В этот момент в небольшую комнату, которая была и кухней и столовой, вбежал дед Дайка.
― Что здесь происходит?! Дайкаран!
Дайк резко обернулся и вложил кольцо в его ладонь:
― Хилл, посмотри! Узнаёшь?!
Через секунду пожилой мужчина, которого Дайк называл больше Хиллом, чем дедом, побледнев, рухнул на пол ― мы не успели его подхватить. Похоже, что это у них семейное. Пока Дайк поднимал его и усаживал на широкую лавку, я побежала за водой: ноги подкашивались, руки тряслись, голова шла кругом. Навела шороху, нечего сказать! Хотелось только одного, чтобы всё это кончилось и как можно быстрее.
Когда Хилл пришёл в себя, они уставились на меня в четыре агрессивно-ожидающих глаза.
― Рассказывай!
Я забилась в угол возле плиты и испуганно таращилась на обоих. Голос в голове прошептал: «Не бойся. Они ничего тебе не сделают. Преимущество на твоей стороне. Ты испугалась, потому что опять почувствовала себя зависимой от Дайка, нуждающейся в его помощи, а ведь всё это время ты прекрасно справлялась без него. Чего, дурёха, испугалась?!»
И правда... А чего я испугалась?! Спасибо, Мозг! Спасибо!
Я глубоко вздохнула, досчитала до десяти и медленно поднялась с места.
― Дайк, я очень благодарна тебе за всё, что ты сделал для меня. Если бы не ты, то я бы не выжила. Я всегда буду помнить об этом.
Дайк открыл было рот, но я успела сделать в его сторону резкий, предостерегающий жест.
― Теперь я говорю. Хиллан, спасибо за приют. Вы пустили меня в дом, но более оставаться здесь я не намерена. Девушка я вполне самостоятельная и уже много времени обходилась своими силами. Теперь я понимаю, что зря сюда приехала, но ничего уже не поделаешь. Поэтому...
Я сходила за мешками, которые так и лежали у двери, и достала свои денежные запасы.
― Вот десять рандов ― это больше, чем Дайк дал мне на дорогу,― и звонко хлопнула монетами о стол.― Каморту не могу вернуть, я отдала её тем людям, которые позаботились обо мне после перехода через «райское поле». А, кстати, чья она? Ваша, Хилл?!
Дед удивлённо глянул на внука:
― Каморта?! У тебя была «слепая смерть»?!
Парень кивнул и опустил глаза:
― Она не совсем была моя. Я плохо соображал тогда, когда вернулся летун... Каморта Карелла, он обещал мне её как часть платы за работу.
Глаза Хилла округлились, и он вцепился в рубаху Дайка:
― Ты отдал каморту ей?! Да ты что?! Мы могли бы за неё столько получить! Хватило бы на выкуп! Дайк, что ты наделал!
― Хилл, прости...
― Выкуп?! Какой выкуп, Дайк?!
Парень поднял на меня влажные глаза:
― За мать и сестру. Они рабыни Дирме. Мы только недавно узнали, что они живы...
На несколько секунд я задумалась:
― Что-то я тоже не совсем понимаю, зачем ты мне её отдал, когда вам настолько нужны деньги.
 
Дайк молчал.
― Я очень сочувствую, но сейчас у меня и своих проблем хватает, однако могу помочь кое-чем. Вот Хилл, в качестве компенсации...
Порывшись в мешке, я достала Вечный свиток:
― Я знаю, что за него можно назначить любую цену... и вот ещё,― и положила на стол радужную раковину.― Из них чаши делают, так что тоже можно продать. Надеюсь, денежных претензий ко мне больше не будет?!
У Хилла отвисла челюсть, а Дайк залился краской. Я закинула мешки за плечи, выпустила Бумера и потопала на конюшню седлать кобылу.
Куда ехать я не представляла, но и оставаться не хотела. Пока возилась с Тучкой, прибежал Дайк. Парень вцепился в меня мёртвой хваткой:
― Карина, не уходи! Прости, я не хотел! И Хилла прости. Ты спасла нас! Вечный свиток лучше каморты! Зачем ты отдала его?!
― А зачем ты положил мне в мешок каморту, тогда в лесу?! Я ведь не знала, что она такая ценная и редкая штука! Зачем Дайк?! А тут выясняется, что она была очень нужна тебе и Хиллу,― я смотрела на него и еле сдерживалась, чтобы не расплакаться. Он потупился и отступил на пару шагов:
― Не знаю, положил, и всё...
― А-а-а... тогда понятно,― и я принялась подтягивать подпругу.― Тут гостиница есть? Или постоялый двор какой?
― Не уходи, останься хотя бы до утра, а завтра разберёмся. Нам нужно знать, откуда у тебя кольцо, Кари!
― Я уже сказала, что мне подарил его ангалин, с которым я случайно познакомилась. Он связной в Банкоре.
― Ангалин?! Связной?!
― Ты опять не веришь?
― Просто ты рассказываешь такие вещи, что...
Тут моё терпение окончательно лопнуло:
― Значит, так! Я согласна отвечать на твои вопросы, но только тогда, когда ты не будешь сомневаться в моих ответах. Доказывать что-то или оправдываться я тоже не собираюсь, понял?! И слушать фразы типа «так не бывает» или «этого не может быть» не хочу! Я знаю точно ― может быть всё что угодно! Я испытала это на собственной шкуре. А верить или не верить, принимать или не принимать то, что вызывает сомнения ― это личное дело каждого.
Слушая мои речи, Дайк подпирал косяк, сложив на груди руки и глядя исподлобья.
― Оставь всё здесь и сходи к городскому главе. У него большой дом с красной крышей, помнишь, мы проезжали неподалёку?
Я кивнула.
― Уже осень, Кари, и ехать сейчас куда-то... Дороги скоро совсем размоет, а ты и так проделала такой большой путь. Я знаю, что есть несколько домов за городом, где никто не живёт и с волчонком там будет лучше, сама понимаешь, подальше от любопытных глаз. Да и денег у тебя хватает...― и хитро прищурился.― Интересно откуда?
Я хмыкнула. Ну уж нет! Тут надо держать язык за зубами и так уже наболтала столько, что разбираться долго придётся.
― Спасибо за совет. Прямо сейчас и пойду.
Вот так я и оказалась в Тухлом доме. Можно было поселиться ещё за северной окраиной Латраса, но близость Белой скалы сыграла свою роль. Если бы я выбрала другой дом, то к Белой скале пришлось бы ездить через город, а это нас с Бумером не очень-то устраивало. И что в этом месте будет такая вонища, я тоже никак не ожидала. Сам же дом, был очень даже неплох.
Во-первых, он был полностью каменный, небольшой, но просторный, с прекрасным видом на Белую скалу и живописный залив. И хотя местность вокруг была каменистая, во дворе с южной стороны имелся огород, правда, совсем запущенный. Прежний хозяин, чудак Жупан, как его называли в городе, умер около трёх лет назад.
Во-вторых, дом производил впечатление надёжного и крепкого сооружения, построенного, так сказать, на века, несмотря на то, что был открыт всем ветрам, так как находился совсем недалеко от моря, и Белая скала не очень-то его защищала.
Причину запаха я установила быстро. Рядом находились подземные сероводородные источники и, скорее всего, под водой тоже. Когда я спустилась по крутым каменным ступеням к морю, запах ещё больше усилился, и было заметно, как из-под самой скалы выделяется горячий пар. Обследование прилегающей территории заняло весь день до вечера, и я пришла к выводу, что если бы не этот запах, то место для зимовки вполне подходящее.