Снова моя (СИ)

Когда вышли на улицу, мужчина достал из внутреннего кармана пальто черный складной зонт и открыл его над моей головой. Пошел так, чтоб защищать меня от ветра и залетающих под широкий купол холодных капель. На несколько секунд я почувствовала себя… Особенной. Из тех женщин, у которых есть водитель и личное авто. Которые живут в больших и уютных домах с дорогой мебелью, а не в съемных квартирах с совковым ремонтом. У которых есть деньги на хорошую достойную жизнь и им не нужно ради этого ничего терпеть и ни под кого прогибаться.
Несколько секунд пролетели. И я снова стала собой. Златой Фроловой, новоявленным ведущим архитектором крупной строительной компании, едущей на встречу с тем, кто уже дважды унизил ее, на присланной им с этой же целью дорогой тачке, потому что иного выхода у нее нет. Потому, что работа – это все, что у нее есть. Потому, что у нее младший брат-ходячая проблема, о котором она пообещала заботиться умирающей матери и о котором она бы заботилась даже без этого обещания. Потому что он один-единственный у нее остался на всем белом свете. Заливающего глаза в родном пгт отца она своей семьей не считала и себя из-за этого плохим человеком тоже.
Машина оказалась новеньким черным седаном марки «Мерседес». Внутри было сухо и тепло. Пахло новой дорогой кожей и, едва ощутимо, тонким мужским парфюмом. Хоть мне уже приходилось по работе бывать и в дорогих автомобилях, и в дорогих ресторанах, впервые с юности, я ощутила собственную неуместность именно сейчас.
Стоило бы догадаться, что Ветров захочет обедать именно в своем ресторане. В том, в который восемь лет назад водил меня на свидания, чтоб козырнуть своей крутизной.
Словно я любила его за это…
До сих пор я помнила то восхищение, которое переполнило меня, когда я впервые зашла в эти тяжелые деревянные двери с цветными витражами.
Интерьер как в театре, паркетные полы, позолоченная лепнина на стенах, серебряные приборы, белоснежные скатерти, мягкие кресла, затянутые шелком в алую и кремовую полоску, изящные кованныесеребрянные же канделябры со свечами, тяжелые шторы из золотой парчи на окнах и в вип-ках. На тот момент я подобные места только в фильмах видела.
И любовь «такая», как у нас, была, по мнению меня тогдашней, тоже только в кино и книжках. Ну, уж по этому пункту, жизнь быстро показала, что я права…
Метрдотель проводил меня в вип-зону. Там уже ждал Ветров. Развалившись в кресле, потягивал кофе. Маленькая чашка терялась в его крупной руке с длинными пальцами. Платиновые запонки поблескивали в мягком теплом свете. Рубашка светилась белизной. Черти в черных глазах плясали триумфальные танцы.
- Добрый день, Руслан Вадимович, - я остановилась возле стола.
- Добрый, - он ловким движением поднялся из-за стола. Потом быстро шагнул ко мне и, раньше, чем я успела двинуться, стянул с плечь пальто. Нарочно медленно и касаясь костяшками пальцев предплечий. Теплое дыхание скользнуло по шее. Нос защекотал аромат туалетной воды, смешанный с личным запахом… По всему телу прошла дрожь, под тканью блузки рассыпались мурашки. И стало жарко.
Но я и виду не подала. Села за стол, не давая повода мне помогать. Конечно, такого деловой этикет не предусматривает. Равно как и помощи с пальто, так что… Обломишься, Гад Ветров. Больше тебе меня врасплох не застать.
- Я составила черновой вариант технического задания…
- Ну, подожди, - Ветров сел напротив, и насмешливо посмотрел на меня. – Давай поедим сначала. Я умираю с голоду.
Я открыла рот напомнить, что мы на «ты» не переходили, но передумала. Только и не хватало показывать, что обращаю внимание на его поведение.
 
Ветров меж тем махнул рукой официанту.
- Биф Бургиньен с трюфелем, палтус с соусом Бер блант, утка по-азиатски… Из напитков знаете что. Всего по два…
- Нет, мне только Цезарь с курицей, пожалуйста, и минеральную воду, - перебила я. – Знаете ли, Руслан Вадимович, я столько не ем. Слежу за фигурой и здоровьем.
Ветров усмехнулся. Жестом отпустив официанта, нагло уставился на меня. Прямо каждый миллиметр рассматривал, словно я какой-то дико дорогой бриллиант, в огранке которого он пытается найти изъяны. Вроде бы бриллианты бывают недорогими! Ай, ладно, суть ясна.
- А я тебя сразу узнал, Златовласка. Ты все такая же, как тогда. Совсем не изменилась.
От звука этого низкого, бархатного голоса жар вниз по позвоночнику. И сердце-предатель, забилось, словно птичка в клетке.
- Как и ты, - ну а какой смысл уже в этом «выканье»? - Каким был, таким и остался.
- Я, если что комплимент сделал, - густые, ухоженные брови насупились.
- Так и я тоже, - отозвалась я, насмешливо глядя в его глаза.
Больше ни слова не добавила. Не достоин ты, Ветров, даже словечка лишнего из моих уст. Вот как!
- Обижаешься на меня все еще, да?
- Я? – голос предательски звякнул. – Руслан, больше восьми лет прошло. Какие обиды? Наоборот – спасибо, что показал мне тогда, как обстоят дела в этой жизни на самом деле. Это очень и очень помогло перестать витать в облаках. Потому мне даже не стыдно вспоминать, как я глупо повелась на смазливую мордашку и мажорские понты, не заметив, что за ними пустота.
В глазах мужчины полыхнул огонь. Жаркий такой, гневный. Обидно стало, да, мальчик? Не такого ты ожидал?
- Все давно в прошлом, - наслаждаясь тем, как окаменело красивое лицо мерзавца, пропела я. – Не беспокойся. Может, пока готовят блюда, приступим?
Буравя меня взглядом своих черных глаз, окруженных такими густыми ресницами, что впору возненавидеть его еще сильнее, Гад Ветров дернул головой в знак согласия.
Глава 4
Все время, пока мы обсуждали грядущий проект, меня не покидало ощущение, что Ветров ни словечка не слушал, а только раздевающе пялился на меня, в ожидании пока я это замечу и засмущаюсь. Все еще не мог поверить, что мне глубоко безразлично и его внимание, и он сам, и наше прошлое. И дело было не в том, что я плохо скрывала свои, пусть и совсем иные, чем думал Ветров эмоции. Просто такому, как этот мужчина, нереально представить, что перед ним можно устоять. Богатый, красивый, наглый хозяин жизни. Ну, какая женщина сможет отказаться от «заманчивой» роли любовницы такого? А, тем более, та, которая когда-то…
Но, обломишься, Ветров. Обломишься и точка!
Вспоминая, как полыхнул его взгляд после того, как я сказала, что он для меня пустой смазливый мажор, я широко улыбнулась. Водитель такси, поймав мой взгляд в зеркале заднего вида, улыбнулся в ответ. С таким себе однозначным намеком. Улыбка сразу же сползла с моего лица, сменившись каменным выражением из разряда «даже не думай».
В офис ехать я уже не собиралась. «Обед» затянулся на четыре часа и, когда я покидала ресторан, время близилось к пяти часам вечера. Ветров порывался отвезти меня «куда надо» сам, но я показательно вызвала такси. Хоть, честно говоря, его желание лишний раз козырнуть манерами и деньгами пришлось бы кстати – лишних финансов у меня не имелось, однако не рисковать же, давая возможность узнать, что у меня проблемы с братом? Только и не хватало, чтоб Ветров взялся их решать!