Свалка (СИ)

– Вы здесь главный?
– Сейчас, вроде как да, но именно здесь. У нас немного другая система иерархии. Мы тебя пригласили, чтобы ты взглянула на своего хлопца, и убедилась, что мы не врём и на самом деле пытаемся ему помочь. Процесс затягивается, поэтому вам нет смысла ждать на берегу. Ну да Вася вам наверняка всё это сказала.
Вася, стоящая прислонясь к косяку двери, утвердительно кивнула. Сан Саныч встал.
– Пойдём в нашу больничку, посмотрим как там дела. Вась, побудешь здесь?
– Естественно, – Василиса уверенно пересекла рубку и плюхнулась в только что освободившееся кресло, – оооо, спасибо, Сан Саныч, нагрел!
– Ты, если пить там, или есть хочешь, то скажи, мы накормим. Это не проблема!
– Попить бы можно было, в горле пересохло.
– Ну вода и в больничке есть.
На этот раз они шли недолго, буквально несколько поворотов и вошли в белую каюту, в дальнем конце которой стоял массивный агрегат, а вдоль стен были сплошные ряды шкафов с прозрачными дверцами. Была ещё пара кушеток, странные полулежачие кресла, несколько стульев. Вся обстановка производила впечатление чистоты и прозрачности. Как, наверное, и должно быть в больнице.
– Маш, познакомься, это Юля, она из племени.
Только сейчас она заметила сидящую у стены на стуле девушку с книжкой, в сарафане и косынке.
– Очень приятно, Юля, мы рады вас видеть. Добро пожаловать. Жаль что повод не очень радостный.
– Мне тоже очень приятно, – сказала Конченая окончательно выбившись из колеи. Её столько лет никто не называл этим именем, даже брат. Но сама она про себя во внутренних монологах использовала постоянно. Только она сама называла себя Юлей. А тут вдруг кто-то называл её так со стороны. Это было очень странно.
– Пойдём, – Маша взяла её за руку и подвела к агрегату, стоящему в дальнем конце.
Они подошли и встали рядом.
– Вот, – Машка указала на экран на передней панели, – ты умеешь читать?
– Конечно, – обиделась Юля, и посмотрела на экран.
«Пациента не извлекать, идёт процесс реабилитации, приблизительное время до окончания 107 часов, угрозы жизни нет»
Прочитала она.
– Когда закончилась основная фаза лечения, было написано 96 часов, ещё совсем недавно. Время всё время меняется, в зависимости от его состояния. Так что, сколько времени понадобится, мы не знаем.
Маша нажала какую-то кнопку, и крышка отъехала в сторону.
– Я сама пока только учусь понимать как она работает, – и она повернула книжку которую держала в руках к Юле обложкой. Это была инструкция по эксплуатации регенератора.
– Ой, – вскрикнула от неожиданности Юля, – он же голый!
– Ну, одежда бы мешала, такие правила.
– Да нет, я просто не ожидала. Но выглядит он, кажется, получше. Бедный малыш. Как же ему всё-таки досталось.
– Помимо всего прочего у него бала сильная интоксикация, внутренние органы были сильно повреждены. Это наверное от тех препаратов, которыми его держали без сознания, – сказал Сан Саныч.
– Выбора не было, он кричал, как только приходил в себя.
– Да нет, вы молодцы, продержать его живым столько времени, без всяких медицинских условий, насколько я понимаю. Непонятно просто, на что вы надеялись.
– Ни на что. Были желающие из милосердия лишить его жизни, но получается они ошибались.
– Нет, думаю не ошибались. То, что мы появились именно сейчас, это просто случай. А то, что у нас есть этот агрегат, так это вообще чудо. Очень редкая и дорогая штука. Вам просто повезло. Но всегда рассчитывать на везение нельзя. Так что, не стоит строго судить тех, кто собирался совершить убийство милосердия.
– Да я и не сужу. Я всё понимаю.
– Да, ты же пить хотела, – вспомнил Сан Саныч, он подошёл к столу и налил воды из графина в стакан.
– Спасибо, – Юля попила, – и что дальше?
– Дальше Вася отвезёт тебя на берег и вам наверное стоит идти к своим. У нас тут есть дела кое-какие, возможно Лиана с вами договорится, и вы будете действовать вместе. Я не все детали происходящего знаю, связи у нас прямой нет, к сожалению. Ну а ваш друг будет пока поправляться. Потом мы его вам обязательно вернём, можете не сомневаться.
 
– Я и не сомневалась.
– Вот и хорошо, можешь пока побыть здесь, я пришлю Васю, она тебя отвезёт. Договорились?
– Да, спасибо.
На берегу их ждали с нетерпением.
– Ну, рассказывай, – спросил кто-то, не успела она спрыгнуть на берег.
– Всё в порядке, он жив, но по-прежнему без сознания. Как мне объяснили, его состояние теперь стало лучше, жизнь больше не под угрозой, но до выздоровления пока далеко. Тот аппарат, в котором он лежит, пишет что ещё четыре или пять дней осталось. Но это тоже не точно, потому что время всё время меняется. Даже при мне цифры изменились. В большую сторону.
– И что делать?
– Идём по домам. Здесь мы всё равно бесполезны. Нам его вернут, как только он поправится. Давайте поможем загрузить вещи.
Все принялись сворачивать одеяла и складывать их в носовой части лодки.
Всем уже порядком осточертело сидеть на этой бетонной дороге. Новый член их команды оказалась довольно замкнутой и неразговорчивой. Она была вовсе не вялой, живо на всё реагировала, но минимально. Односложно отвечала на вопросы, ничего не рассказывала, если просили что-то сделать, делала это быстро и без разговоров. Всё остальное время пребывала в каком-то анабиозе. Была погружена в себя.
Сначала её пытались расшевелить, но после пары намёков Лианы перестали и предоставили самой себе. Стали общаться только по необходимости.
На следующий день после прихода Жени, ближе к вечеру, на дороге, со стороны города, показалась процессия. Шла довольно большая группа людей, и, сомнений не было что это те, кто отнёс Гадёныша.
На этот раз Женя проявила небывалую заинтересованность, встала и пристально вглядывалась вдаль, смотрела на приближающихся, видно пытаясь угадать, какую весть они принесут. Они приближались медленно, вскоре, можно было различить, что впереди идут Крис и Сюз.
Из того, что эти опытные разведчицы идут впереди, оставив новых знакомых за спиной, Лиана сделала вывод, что контакт налажен очень хорошо и они им совершенно доверяют. Но замечание всё равно нужно будет сделать.
Новости были с одной стороны обнадёживающие, но с другой, процесс затягивался. Никто толком не знал как будет идти восстановление. Опыта работы с регенератором было мало. Даже Лиана, имея свой личный, о чём никто кроме Сёмы не знал, не имела достаточного опыта в обращении с ним.
Одно было ясно, запас химии в машине наверняка сильно истощился, и, несмотря на то, что на Левиафане есть дополнительные картриджи, стоит подумать о том, чтобы добыть необходимых элементов для заправки старых, которые освободятся.
Выслушав новости, Женя, которая всё это время напряжённо стояла, резко села на дорогу.
– Спасибо что не дали мне его убить, – спокойно сказала она.
– Жень, ты о чём? – удивился Игорь.
– Женя? – в свою очередь удивилась Конченая, – ты теперь Женя? Ладно. Всё меняется, возможно нам тоже пора немного изменить правила. Меня зовут Юля! – обратилась она громко ко всем.
Женя взглянула на неё и пожала плечами. Потом ответила Игорю.
– Я думала, что ему невозможно помочь и хотела избавить его от мучений, но мне не позволили. Я просто в очередной раз ошиблась.
Лиана озадаченно посмотрела на неё. Ей не нравился этот настрой, но как вернуть Женю к нормальной жизни, она пока не представляла.
– Собираемся, через полчаса выступаем, – сказала Лиана.
Остальные тоже стали собираться, и ребята из племени немного растерялись от происходящего.
– Юль, так к тебе теперь обращаться? Нам-то что делать?
Юля расплылась в улыбке, оттого, что свои неожиданно назвали её по имени.
– Не знаю пока. Жень, нам что делать? – она специально назвала Мразоту по имени. И это было приятно. Она очень соскучилась по обычным именам.
– Решайте сами, я ухожу с ними.
– Чтооо? – выдохнули все разом.