Вспомнить, чтобы любить (СИ)

Глеб вымещает на мне все эмоции и чувства, что копились к нем всю эту неделю, меня распирает изнутри и я уже не могу сдерживать крики. Он закрывает мне рот совей ладонью, я впиваюсь в нее зубами и прокусываю до крови и слизываю ее, меня прошибает током, еще несколько резких толков и я кончаю с фейерверками в глазах и слезами на глазах.
Я так сильно его сжимаю, что стенками чувствую, как он увеличивается и пульсирует, он кончает следом за мной. Он также не сдерживает стон, его трясет и он еще крепче сжимает меня в своих объятиях. Я чувствую, как он вливает в меня свое семя, его так много, что она начинает вытекать, а он все кончает и кончает.
У обоих сердце сбивается с ритма, мы учащенно дышим, его член все еще во мне и это ощущается так прекрасно…
Некоторое время мы так и простояли пока не успокоились, я вырываюсь из рук, достаю салфетки, вытираю себя и протягиваю ему.
— Спасибо. — голос хриплый с дрожью.
— Это ничего не значит, Глеб.
— Детка…
— Не надо Глеб, не сейчас, дай мне время, мне нужно подумать обо всем и понять, что мне делать со своей жизнью, хорошо? Я очень тебя прошу! — на лице любимого гримаса боли, неужели ему действительно больно?
— Хорошо, — как-то легко соглашается, — но только ты будешь обедать с нами, как и раньше, обещаю к тебе не приставать, просто хочу знать, что с тобой все в порядке.
«Но со мной все не в порядке!» — хочется кричать.
— Я подумаю. А сейчас не мог бы ты оставить меня одну.
— Я люблю тебя! — кивает и неожиданно быстро целует меня в губы, а затем в лоб и уходит, а я скатываюсь по стенке и начинаю рыдать.
Ну что бабы за дуры?
— Привет, Кнопка. — мне на плечо прилетает лапа друга.
— Боже, Яр, я чуть не померла, зачем постоянно так пугать? — он садится рядом, обнимает за плечи и целует в макушку. Следом за ним получаю поцелуй от Ромы и Ростислава. Глеб оскалился и недовольно посмотрел на ребят.
С парнями мы сблизились, они мне стали действительно как старшие братья, веселили, оберегали, поддерживали, у нас были теплые отношения со всеми тремя, хотя с Ростом было сложнее, но все потому, что он очень сдержан и не очень любит проявлять свои чувства, но я вижу искренность в его глазах по отношению ко мне. Вот только Глебу это не нравилось, пару раз я застала, как он раздавал люлей друзьям, что слишком своевольничают со мной. Я, конечно, пыталась ему объяснить, но он гнет свое, ревность застилает глаза, хотя повода абсолютно нет. Ко мне приросло два прозвища — Малыха и Кнопка, потому то я им всем в пупок дышу, буквально самая маленькая, но меня это вполне устраивает.
Я решила для себя, что это мило.
Прошло шесть недель и три дня с нашего с Глебом «инцидента» в туалете, тогда же у нас и была последняя близость. Я почти не вспоминаю ту пятницу, когда мой мир пошатнулся, мои эмоции начали остывать, я могу уже трезво мыслить и прокрутив все не один раз, что произошло со мной, я поняла, что вела себя как маленькая девочка. Вернее, как поняла, Лиза попросила меня посещать психолога-оборотня, чтобы она мне помогла справиться с тем, что мне пришлось пережить и «предательством» Глеба.
Я не соглашалась, мне не хотелось ни с кем обсуждать произошедшее, чем мне может помочь левый человек? Это просто «развлечение» для богатых, как я считала, пока она не уговорила сходить на один сеанс и тогда если я все также буду отнекиваться, она больше не будет настаивать, и я согласилась. Потому что я не могла больше выслушивать разговоры о психологе.
И какого было мое удивление, когда после первого же сеанса мне стало легче, в голове и душе начали зарождаться лучики просвета. Я ходила к ней три раза в неделю, она меня выслушивала и говорила, что мое состояние абсолютно нормальное в такой ситуации, и что я не хочу выслушивать оправдания и правду Глеба, тоже нормально. Я должна относиться к себе мягче и нежнее. Как она говорила, я не была готова. По прошествию времени, она донесла до меня, что ему тоже сейчас может быть больно от того, что не может быть рядом, что не может поддержать меня, что я не слушаю его, что он уязвим как мужчина, он не защитил свою женщину, свою пару и каждый день он корит себя за это.
 
Да, я действительно так и не дала Глебу возможности объяснить мне произошедшее и увиденное, вдруг все не так, как я себе надумала, я же вижу, как он разбит, как ему больно, и я вместе с ним медленно умираю. Мне не хватает его до скрежета зубов, я так по нему скучаю и так сильно люблю. Стоит ли терять то, что у нас было, из-за того, что я решила не слушать его, даже не дала шанс объясниться! Может еще можно стать счастливыми, если мы будем поддерживать друг друга?
Я ничего не узнаю. Если мы не поговорим.
А ведь я ни разу не видела его больше с Даной, в универе она к нему не подходит, хотя я вижу ее и кольцо на пальце с огромным камнем, которое было тогда на видео, она его не снимает, это может что-то означать?
Вот чтобы не гадать, не мучать больше ни его, ни себя, я решила дать нам шанс и выяснить все. Извинюсь, что не решилась выслушать его сразу и в зависимости от сказанного, будет ясно, есть у нас будущее или нет. И сделаю я это завтра, у нас будет прекрасная возможность.
— Ты же не думаешь завтра слиться?
— Ну как я могу пропустить день рождения лучших друзей? — изначально, конечно, были мысли отказаться, ведь там будет и Глеб, но эти мысли у меня возникли две недели назад, когда я была еще в горячке.
— Мы заедем за тобой в двенадцать…
— Я сам за ней заеду, Мира поедет со мной!
— Малыха? — я могла бы отказаться, но не хочу. Ведь я решила дать нам шанс…
Шанс — как много в одном слове.
— Все хорошо, я поеду с Глебом, — кажется все радостно выдохнули.
Осматриваю себя последний раз, хоть я и собралась на день рождения, но он будет за городом и выряжаться в платье глупо. Черные джинсы с завышенной талией и укороченный черный топ, сверху клетчатая рубашка на два размера больше и дубленка, уже холодно на улице.
Внешний свой видя я оценила как удовлетворительное.
Выхожу из дома и одновременно со мной из машины выходит Глеб.
Какой же он красивый! И…
На нем черные джинсы, коричневые челси, красная клетчатая рубашка и кожаная куртка.
Мы одеты одинаково! Не сговариваясь, мы оделись как парочка, Глеб, как и я, сильно удивлен, но в следующую секунду становится довольный как слон.
— Привет. — он наклоняется и хочет поцеловать меня, но в последнюю секунду передумывает, а во мне растет разочарование. Забирает из моих рук рюкзак и открывает дверь, помогая сесть. — Отлично выглядишь.
— Ты тоже. — не могу не улыбнуться, это действительно умиляет.
— Как твои дела? — Видно, как Глеб нервничает и его нервозность передается и мне, как бы я себя дома не настраивала вести себя спокойно.
— Нормально, а твои?
— Плохо… без тебя… — последнее добавил шепотом.
Мне стало так больно и грустно, в сердце кольнуло и я отвернулась к окну, я не знала, что ему ответить на это, я не хотела говорить в машине, не дай бог, что-нибудь случится по дороге.
Глеб видимо все понял по-своему, потянулся к панели и включил радио, так мы и проехали час, не сказав друг другу больше ни слова и всю дорогу я в руках крутила брелок в виде волка на ключах, он меня всегда успокаивает, я все-таки подарила второй Глебу, хотя казалось, что это ерунда какая-то, но ему очень понравился, свой он тоже носит не снимаю.
— Мы думали ты ее уже не привезешь.
— С днем рождения парни, — целую близнецов по очереди в щечку и обнимаю, — это вам.
— Серьезно малая? Подарок?
— Ну у вас же день рождения? — синхронно кивают. — Тогда открывайте.
— О-фи-геть! Как тебе удалось?
— У меня есть свои способы.
— Что там? — Глеб опять недоволен. Только чем? Что я подарила подарок его друзьям? Бред.
— Это же два билета на последний бой в карьере Котка! Малыха, я готов тебя носить на руках! Ну скажи, как ты их достала? — только Яр собрался исполнить свою угрозу, как Глеб встал перед ним.