Война закончилась, львёнок (СИ)

Он проносился так быстро, не следя за информацией, а просто пробивал щиты, пробиваясь все глубже и дальше. Просто проверял ее способность терпеть грубое вторжение. Он был безжалостен ломая стены, чтобы достать те воспоминаниям, о которых она и сама боялась думать. Вдруг все заволокло тьмой. Она слышала крик в этой тьме, собственный страшный вой и голова просто раскалывалась. А крик усиливался.
Гермиона кричала не только в этой тьме, но и валяясь на полу, схватившись за голову. Снейп уже давно покинул ее голову, но тьма заволакивала глаза и боль была невыносимой. Она ничего не видела перед собой, только кричала. Где-то на заднем плане она слышала крик Гарри, он испуганно спрашивал что-то у Снейпа.
Из тьмы ее вырвали прикосновения. Длинные прохладные пальцы обхватили ее лицо, большими пальцами вытирая слезы и убирая мокрые волосы. Дымка, стоявшая перед глазами, отступила, и Гермиона с трудом, но смогла сфокусироваться на лице Снейпа перед собой. Он стоял на коленях перед ней, всматриваясь в нее. Она попыталась встать, но голова болела так сильно, что ее замутило. Она лежала, не двигаясь, глядя только в его глаза, и казалось это единственное, что держало ее в этом мире, но он не отвечал на ее взгляд. Она не могла говорить, не могла пошевелиться, ее сознание держалось на остатках силы воли.
— Что с ней? — спросил Гарри, дотрагиваясь до ее волос. Его до чертиков пугало отсутствующее выражение на лице Гермионы. Он стоял на коленях рядом со Снейпом. На заднем плане она увидела Оливию и Сэма, беспокойно сгрудившихся вокруг нее. Она отмечала подобные мелочи, как бы между прочим, но не могла ни сказать что-то, ни сделать.
Снейп долго не отвечал, осматривая ее лицо, пытаясь понять, когда она окончательно придет в себя. Их глаза встретились, и беспокойство в его взгляде напугало ее сильнее, чем то, что с ней произошло только что.
— Кто-то стер ее воспоминания.
========== Глава 16 ==========
— Совместный отпуск, Грейнджер, — протянул Малфой, — признайся, ты мечтала об этом?
Гермиона фыркнула. Они стояли по колено в воде и бросали камни в озеро. Вот уже второй день они проводят в Штабе, потому что Снейп обоих отстранил от работы, позволяя им восстановиться. Сегодня был необычайно жаркий день для сентября, и они решили прогуляться по окрестностям. Вскоре наткнулись на небольшое озеро и долго сидели на берегу, разговаривая обо всем. Гермионе непривычно было вести с Малфоем долгие беседы, но. к ее удивлению, — интересно.
Драко отлично отвлекал ее от собственных мыслей, и она была ему очень благодарна за это. С утра она получила письмо от Алдриджа, которое ее встревожило. Гермиона приняла решение навестить Министра магии, но не знала, как теперь это сделать. Трансгрессировать в Лондон было опасно из-за большого расстояния, камин не был подключен, насколько ей было известно, а порт-ключ нужно было предварительно заказывать и это нужно согласовывать со Снейпом. А она не хотела, чтобы он знал о ее намерениях раньше времени.
— Не расслабляйся, Драко, — Гермиона кинула камень, и он поскакал по плоской поверхности воды, — отдыхаем последний денек.
— Скажи честно, ты будешь скучать по нашим бесконечным разговорам? — его голос был серьезен, но в глазах плясали чертята.
— Никогда их не забуду, — поддержала эту игру Гермиона.
Малфой проследил, как она снова бросает камень, и он скачет по воде.
— Откуда такие умения, Грейнджер?
— Рон научил, — она пожала плечами.
Малфой закатил глаза и бросил небольшой камешек, который оставил круги на воде. Воспоминания, как Рон учил ее кидать камни, пронеслись перед глазами, и улыбка растеклась по ее лицу. Она с удивлением отметила, что ей не больно думать о нем. В груди упрямо что-то шевелится, но уже не приносит боли.
— Почему ты не с кем не встречаешься? — спросила Гермиона, покосившись на него.
— Ты хочешь мне что-то предложить? — губы Драко скривились в насмешливой улыбке.
— Нет, Малфой, — Гермиона улыбнулась, едва не закатив глаза, — не в ближайшее время… Я ещё слишком разбита.
 
— Так мне стоит подождать?
— Не стоит, — с улыбкой ответила она, — ну, а если серьезно?
Малфой вышел на берег и бросив джинсовку на землю, сел на нее и уставился в даль.
— Родители выбрали мне невесту.
Гермиона бросила на него быстрый взгляд. Она и забыла про эти обычаи в чистокровных семьях. Заметив его напряженный взгляд, она пошутила:
— Ах ты, негодник, Драко. Сам почти женат, а меня заставляешь думать, что у нас могли бы быть отношения?
Он криво усмехнулся, но ничего не ответил. Гермиона бросила еще один камушек и не глядя на него спросила:
— Ты не доволен выбором?
— Она красивая, — задумчиво произнес Драко, — что еще нужно… Казалось бы.
Она не перебивала. Отряхнула руки от песка и тоже вышла на берег, так как ноги начали замерзать. Пихнула его, чтобы подвинулся и села рядом.
— Моим родителям повезло, они удачно влюбились, — хмыкнул он.
— Я думаю если ты влюбишься, тебе будет неважно, удачно это или нет, — начала Гермиона и ее карие глаза на миг встретились с его серыми, — ты сделаешь, как посчитаешь нужным.
— Может быть, — протянул Малфой, — но хватит лезть в мою голову, расскажи, что с твоей?
Гермиона поморщилась. Вспоминать вчерашний день, который она провела словно овощ, не в силах нормально пошевелиться или думать, не хотелось. Осознание не пришло. В голове не укладывалось, что кто-то лишил ее какого-то воспоминания. Тысячи вопросов крутились в голове. Кто это сделал? Почему он это сделал? Что пытался скрыть? Она лишилась одного воспоминания или нескольких? Когда это случилось? И самый важный — как это исправить?
Ответов не было. Северус отказался еще раз попробовать пробиться сквозь тьму. Она просила его помочь восстановить воспоминание, но он был непреклонен. Снять обливейт без последствий может тот, кто его наложил. Предприми Северус такую попытку, то мог бы повредить мозг. Волдеморт часто прорывался через это заклинание, вскрывая человеческую память и то, что оставалось потом от людей — было ничем не лучше оболочки после поцелуя дементора.
Гермиона размышляла о том, что вряд ли кто-то мог без последствий стереть часть ее жизни. Это кто-нибудь бы заметил. Значит, скорее всего это был какой-то момент или день, который можно было вычеркнуть так, чтобы не вызвать подозрений. Кто мог подобраться к ней настолько близко? Кто мог так поступить?
Малфой покачал головой, когда Гермиона вкратце пересказала ему события последних месяцев. Почему-то ей было легко об этом говорить с ним.
— Пиздец, Грейнджер, так посмотришь на твою жизнь и не скажешь, что ты золотая девочка из не менее золотого трио. Тебе надо было валить от Уизли уже давно.
— Кто-то влюбляется удачно, а кому-то не так везет в этом, — съязвила Гермиона, — в любом случае, я рада что это закончилось. Мы были очень несчастны вместе.
— Скажи еще, что желаешь ему счастья и я блевану, — засмеялся Малфой и Гермиона засмеялась вместе с ним, предварительно стукнув его по ноге.
Вдруг перед ними сверкнула вспышка яркого света. Ее смех резко прекратился, стоило ей увидеть перед собой светящуюся фигуру патронуса. Заяц. Сердце Гермионы пропустило удар, когда она увидела его. И едва не остановилось, когда, услышала голос Луны. Необычный, надрывный.
«Гермиона».
Одно слово. Краска отхлынула от лица.
Мысли пролетают в голове одна хуже другой. В ушах зашумело так, что Гермиона с трудом слышит. Словно в замедленной съемке, она смотрит на Малфоя. Он что-то спрашивает у нее. Голос доносится глухо. Он уже кричит:
 
— Грейнджер, что случилось? Кто это?
Гермиону словно вытащили из воды. Она очнулась. Сбросив руки Драко, вскочила на ноги и, прежде чем успела подумать, на какое расстояние собирается трансгрессировать, делает это. Замечает только в последний момент перекошенное от злости лицо Малфоя и задыхается от столь длительного перемещения. Концентрации не хватило. Ее расщепило. Она чувствует боль где-то выше колена. Кровь бежит по правой ноге, пропитывая ее джинсы.