Цена тайны
— Да, — шепотом ответила она.
Зрачки Финна расширились, и Тамсин услышала, как на мгновение его дыхание сбилось. Этого было достаточно, чтобы понять — он ждал от нее «нет», и достаточно, чтобы понять, что для него значило ее согласие.
— Спасибо, — ответил он и прижал Тамсин к себе припав поцелуем к ее губам.
Поначалу его прикосновения были мягкими и нежными, дразнящими и завораживающими. Грудь Тамсин напряглась, соски уперлись в ткань футболки, по телу разлилось сладостное предвкушение. Она придвинулась к Финну, он медленно поднял ее футболку и обхватил ладонями ее налившуюся грудь.
Он провел большими пальцами по соскам и слегка сжал их пальцами. Тамсин вздрогнула, качнув бедрами навстречу Финну. Наконец он коснулся губами ее груди, и от этих тягуче-дразнящих прикосновений Тамсин чуть не забыла, как дышать.
Она впилась пальцами в его плечи. Она нуждалась в Финне — в его прикосновениях, ласках, близости. Это была не просто интрижка. Каким-то образом они переступили грань, и теперь Тамсин знала, что безоговорочно влюбилась в Финна.
У нее возник вопрос: всегда ли ей придется влюбляться в мужчин, которые свои потребности ставят выше ее собственных? Но пока ей было не до ответов. Сейчас настало время брать и отдавать. Они разделись и легли на одеяло, освещенные закатными лучами солнца, под сенью крон деревьев. Не символично ли то, что они отдались друг другу на развалинах прежней, разрушенной огнем жизни? Не это ли случилось и с ее семьей, которая восстала из пепла, еще более сильная и могучая?
Подумав об этом, Тамсин полностью отдалась ритму, и, когда Финн наконец вошел в нее, она вскрикнула от удовольствия.
После они лежали рядом, их тела переплелись, сердца стучали в унисон. Дрожь удовольствия по-прежнему пробегала по всему телу Тамсин, но ее дыхание постепенно успокаивалось. Если бы они могли оставаться здесь вечно. Никаких забот о внешнем мире, о людях и об их решениях.
Солнце спряталось за облако, напоминая о том, что ничто в природе не остается неизменным. Тамсин думала над словами Финна. Она может никогда не увидеть Эллен. Смирится ли она с этим? Сможет ли отказаться от вопросов, дать ответ на которые способна только ее мать, и жить дальше?
Время покажет.
* * *Когда они вернулись домой, Финн предложил Тамсин перебраться в его комнату, и, к его облегчению, она согласилась. Он не мог дать ей самого желанного, но он мог предложить ей себя — столько, сколько ей понадобится.
Следующие две недели они работали вместе, кроме дней, когда Тамсин выбиралась в город. Оставшиеся часы они проводили над проектом реабилитационного центра.
Опыт Тамсин в восстановлении старых коттеджей в «Мастерс» и превращении их в элитные домики очень пригодился и здесь.
Они стали отличной командой. Это было настолько поразительно, что Финн с ужасом думал о моменте, когда все прекратится. Как поступит Тамсин, узнав последнюю тайну, что Эллен так и не встретится с ней?.. Что она умирает, а Финн знал об этом. Простит ли она ему эту правду? Может ли он как-то удержать Тамсин рядом с собой?
До Рождества оставалось десять дней. Финн ожидал, что Тамсин захочет домой, но она не проявляла никакого желания провести праздники с семьей. Вместо этого она предложила ему купить высокую ель и нарядить ее игрушками и фонариками, часть которых собирала еще его мама.
Финн совсем не вспоминал о них, пока Тамсин не завела разговора о дереве. Подготовка к празднику разбудила в нем старые счастливые воспоминания о времени, когда его родители вовсю готовились к Рождеству, воспоминания о вечерах с Лоренцо, Эллен и Алексис.
Теперь каждый вечер они с Тамсин садились возле ели, пили вино и делились историями, приправленными воспоминаниями Финна о Лоренцо и Эллен.
Но сегодня Тамсин совсем притихла, попросив его больше не говорить об Эллен.
— Я никогда не смирюсь с тем, что она не хочет меня знать. И еще… я постоянно желаю того, что она дала тебе, но чего не было у меня.
Слова больно резанули Финна, вызвав в нем новый прилив вины. Он все еще сомневался в последнем подарке, который приготовил для Тамсин: автопортрет Эллен, который она написала лет десять назад. Это была ее любимая картина, и Финн надеялся, что Тамсин она понравится. Сейчас же он уже не был так уверен. Вдруг этот подарок лишь усилит боль, которую она чувствует?
Он мысленно корил Лоренцо за упрямство, а себя — за обязательство молчать. Но слово есть слово, и он должен изо всех сил стараться его держать.
Главное, что сейчас Финн точно знал, это то, что он полюбил Тамсин. Она вошла в его жизнь, в его сердце и его дом, и теперь он не мог допустить, чтобы она покинула его. Вопрос лишь в том, как продлить это счастье.
Засыпая, Финн не приблизился к ответу, как и в предыдущие ночи и дни.
Спустя пару часов его разбудил телефонный звонок. Тихо, чтобы не разбудить Тамсин, он вышел с трубкой из комнаты и закрыл за собой дверь.
— Финн? — Голос Лоренцо звучал иначе, более напряженно.
— Лоренцо, все в порядке? Как Эллен?
— Она умирает, Финн. Уходит от нас. С каждым часом, минутой она ускользает. Доктора говорят, осталось совсем немного. — Его голос сорвался, и Финн ощутил, как к его горлу подкатывает комок. Лоренцо всегда был надежной опорой для Эллен, для Алексис, вернувшейся из Италии, теперь же он сам нуждался в ком-то, на кого можно положиться в величайшем в его жизни горе.
— Я приеду, как только смогу, — пообещал Финн, моргая, чтобы избавиться от предательских слез.
— Когда бы ты ни приехал, время не на твоей стороне, мой мальчик, — ответил Лоренцо, подтверждая самые ужасные страхи Финна.
— Я сделаю все, чтобы поскорее оказаться у вас. Обещаю.
Он повесил трубку, зашел в кабинет и включил компьютер. Ближайший самолет из Бленхейма в Веллингтон отправлялся в пять минут восьмого. Финн посмотрел на часы — пять часов. Полчаса на регистрацию, полчаса, чтобы добраться до аэропорта — у него не так много времени. Он заказал себе билет, распечатал его и посадочный талон и поднялся в спальню, чтобы собрать вещи.
Тамсин…
Мысль почти сбила его с ног. Он хотел защитить ее от неизбежного отчаяния и боли. Что он может ей сказать? Ответ тут же появился: ничего. Он не мог ей рассказать абсолютно ничего.
Глава 21
Тамсин повернулась во сне, протянув руку к Финну. Постель рядом с ней оказалась пуста. Тут же проснувшись окончательно, она прислушалась. В ванной его не было. На часах без четверти семь. Где же он может быть?
Она выскользнула из постели и закуталась в халат. На кухне никого. Кофейник пуст, никакой посуды в раковине. В кабинете Финна тоже не было. Тамсин пыталась припомнить, не говорил ли он вчера о какой-нибудь поездке.
Зазвонил ее телефон: Финн.
— Все в порядке?
Она слышала на заднем плане грохот мотора и голоса людей.
— Извини, меня срочно вызвали. Не знаю, как долго меня не будет. Мне пора в самолет. Береги себя, ладно?
— А что с Люси? — внезапно спросила Тамсин.
Финн каждый день кормил кошку и кур. Если бы только ей разрешили тогда остаться… Впрочем, сейчас уже не важно.
Финн выругался.
— Я забыл об этом. Если тебе не сложно…
— Да, конечно. — Тамсин знала, где лежат ключи от дома. — Я позабочусь о животных. Увидимся. Я буду скучать.
— Я тоже. Когда вернусь, мы поговорим. Я думал о будущем… О нашем будущем.
— Нашем будущем? — Сердце Тамсин замерло.
С каждым днем ее чувства к Финну становились сильнее, и его слова о будущем казались ей маяком во тьме, надеждой на то, что все наконец-то будет правильно.
— Ох, черт. Не хотел говорить это впервые по телефону, но должен. Я люблю тебя, Тамсин. Я скоро вернусь. — Финн повесил трубку прежде, чем она смогла хоть что-нибудь ответить.
Тамсин обняла себя за плечи, вздохнув от удовольствия, разлившегося по ее телу. Она протанцевала по кухне, размахивая руками. Все будет хорошо, она в этом уверена.