Ничейная пешка (СИ)

Остаются южные королевства — не самые спокойные земли. Но люди же там как-то живут… Плюс в условиях перманентных междоусобных войн у Бесстрашного не будет проблем с поиском заработка. Да и из герцогства Лассар до них рукой подать.
А ещё Бесстрашный пытался придумать, где быстро достать деньги. Ведь они понадобятся для путешествия, для начала новой жизни на новом месте, и на найм гувернантки для Сольдии…
В качестве способа Соу вполне серьёзно рассматривал вариант “снять шкуру” с какого-нибудь крысиного барона в Бриате. Последствия его уже не волновали. Главная проблема заключалась в нехватке времени. Если инквизитор успел сообщить о нём, то даже встреча с директрисой школы станет нетривиальной задачей.
Убивать невинных людей, исполняющих приказы он не хотел. Честно говоря, весь его опыт в этом мире говорил (кричал и вопил), что убивать нельзя. Не убей он Амура — не поссорился бы с Игроком и другими попаданцами. Не устрой он бойню в Хромом доме, его бы не лишили звания магистра и не выперли бы из столицы. Не прикончи он Роберта… А с другой стороны, мог ли Бесстрашный поступить иначе? Да, у него не было бы большинства нынешних проблем, но в Ларха погибли бы маги, а Червь замучил бы Найю и Сольди, да и Роб… Вряд ли одурманенный безнаказанностью мажор исправился бы.
Разумеется, Соу заметил иронию в своих рассуждениях. Он не считал себя положительным героем и не искал оправдания своим действиям. Он просто пытался понять, как ему поступить в следующий раз? Пока он нёс ответственность только за себя, ответ был однозначен и очевиден. Вызывать огонь на себя, умереть, но не сдаться, не жалеть ни врага, ни себя, — так его воспитали, таким он вырос…
Но теперь с ним будет Сольди. Имеет ли он право пожертвовать собой, ради других или в первую очередь он должен думать о ней?
Проходя ворота Бриата Соу усмехнулся: несколько дней назад он отказался взять ответственность за фамильяра, но когда выбора не было, он без колебаний решил стать отцом.
***
В школе магии Бриата его встретили вполне радушно, если не считать лёгкой заминки на воротах.
Доказать свою личность Соу никак не мог: никаких документов или иной атрибутики своего статуса у него не было и быть не могло. Наоборот, весь его внешний вид противоречил керрийскому представлению о магах. С другой стороны, не каждый день в ворота школы стучится и представляется целым магистром босоногий здоровяк.
Охрана школы сработала абсолютно правильно: проявив сдержанный пиетет остановила неизвестного и немедленно доложила наверх. Соу, в свою очередь, не стал давить авторитетом и форсировать события, а просто решил подождать.
Вскоре вышла симпатичная, но очень грустная женщина средних лет в кителе магистра. Бесстрашный уже научился понимать статус магов по обмундированию. Кроме столпов (основной земля, второстепенный вода), он “прочитал” и то, что получила она титул не сразу после академии, а позже; так называемая недоучка. Соу этот термин не нравился. Он предпочитал выражение полковой маг, которое точнее характеризовало своего обладателя.
Единственное, чего Бесстрашный так и не научился делать, так это определять возраст магов. Ей могло быть как тридцать, так и пятьдесят. Причём выглядела женщина немногим старше Мираи.
Магистр Кабрас улыбнулась и представилась гостю. Взмах руки, и её глаза засияли оранжевым светом
— Вы даже сильнее, чем рассказывала Сольдия, извините… Прошу вас, магистр Бесстрашный следуйте за мной.
*
Судя по пустым коридорам, в данный момент шли занятия, и ученики находились в классах. Следуя за женщиной, Соу не мог не сравнить школу Бриата с Керрийской Академией Магии. Чувствовалась разница в бюджетах и статусе учебных заведений. Если в столице академия — это целый небольшой городок со своим садом, казармой для гвардейцев и бараком для прислуги, то в Бриате вся школа (хоть и была самой крупной постройкой) помещалась в одном замке, а вспомогательные службы находились уже за его стенами.
Потолки были пониже, убранство стен поскромнее, витражи на окнах поменьше… Но всё равно: паркет, мозаики, картины, люстры из цветного стекла, шёлковые шторы, — для простого обывателя (даже дворянина) роскошь и величие магии были неоспоримы. Так и должно быть.
 
— Я не ждала вас так скоро, магистр. Вы были где-то рядом? И я не получала ваш ответ.
Женщина старалась выглядеть бодро, но Соу чувствовал её подавленное состояние.
— Совершенно верно, магистр Кабрас. Прошу прощения, что не предупредил… Прибыть лично, для меня оказалось проще и быстрее… Простите, когда я смогу увидеть Сольди, то есть студентку Илу?
— Присаживайтесь, магистр. — Комната, куда его привела Гелла, видимо, служила приёмной, так-как для кабинета она явно не подходила. Огромный прямоугольный стол посередине со множеством одинаковых кресел — вот и вся мебель. — Хотите пить?
— Нет, спасибо. Может быть чуть позже… Я так понимаю, у учеников сейчас занятия, когда они закончатся?
— Какие занятия? Ах занятия… Это не важно… Я не понимаю, как это могло случится… — Женщина вздохнула и смахнула слезу со щеки. — Я даже не могла себе представить, что это может случится…
— Вы про Найю? Или про Сольди… — У Бесстрашного в груди заныло нехорошее предчувствие.
— Лучше сядьте. Я должна рассказать всё по порядку. — В комнату вошли слуги с подносами.
*
Сольди слегка опоздала к началу учебного года, но в этом не было ничего страшного или необычного. С первокурсниками, особенно прибывающими издалека, часто такое случается. Девочка быстро освоилась на новом месте: несмотря на происхождение она завела друзей среди сверстников и начала постигать основы магических дисциплин. У Найи тоже всё складывалось удачно, она легко нашла работу в школе.
Во время рассказа Гелла постоянно отходила от главной темы, то переключаясь на разницу в базовой подготовке первокурсников, то жаловалась на сложность найти обслугу. Из-за последнего Найя и получила работу.
Немаловажную роль сыграли её былые познания в магии. Найе не нужно было объяснять, “что хватать и куда нести”. Она знала регламенты уборки разных помещений, обслуживания обучающего инвентаря и главное, она просто не боялась магии. Найя спокойно могла взять камень оракула и протереть под ним пыль, её не пугало собрать амулеты после занятий или отнести магический жезл на склад.
Уже через неделю Найя заслужила доверие Геллы и копию ключа от кладовой. А ещё через три дня её обнаружили мёртвой возле этой самой кладовой. Магистр Кабрас решила, что Найя попыталась ночью вскрыть замок, и защитное заклинание убило нарушительницу. И это не было несчастным случаем: Найя не могла не знать о наличии магической защиты.
Посчитав, что кража не удалась, полную инвентаризацию проводить не стали. И поплатились…
Оказалось, что мать так хотела усилить магические способности дочери, что украла для неё “красный песок”. Не пыталась, а именно украла, ведь попыток было две. А выяснили это потому, что восемь дней назад Сольди не появилась на занятиях. Девочку нашли в комнате матери со всеми признаками передозировки магическим наркотиком.
*
— Понимаете, Найя так боялась, что Сольди отчислят… — Гелла уже не скрывала и не вытирала слёзы. Они свободно лились по её щекам… — Ну почему, почему? Как же глупо…
Если бы Соу не сидел в кресле, он бы упал. Голова кружилась, в глазах плыло, а голову будто набили ватой. Магистр Кабрас что-то говорила, но он не слышал её слова, а те, что прорывались не имели смысловой нагрузки, оставаясь набором звуков. Мозг, переживая стресс, отказывался воспринимать реальность.
— Зачем, зачем она это сделала. Я же могла подделать документы… А через пару лет она бы уже могла сама сдавать экзамены… Если бы я тогда заметила… Из-за меня она сейчас медленно умирает…
— Она жива?! Она ещё жива? — Всё же он услышал ГЛАВНОЕ! Бесстрашный вскочил и схватил Геллу за плечи. — Где она? Я хочу её видеть. Я её вылечу, я спасу её! Я могу. — Он тряс женщину словно куклу. Та даже перестала всхлипывать.