Незримое пламя (СИ)
— И кто это у нас тут разлёгся?
Пинок был совсем не сильным, скорее демонстративным, но его хватило, чтобы моментально разбудить меня, заставить перекатиться на месте и приготовиться подороже продать свою жизнь. Только через пару секунд пробуждения до меня дошло, что «продавать» жизнь мне пришлось бы мрачному как смерть Ронану, и в этом контексте скорее пришлось бы отдавать её задаром.
Я открыл рот, чтобы объясниться, но меня опередила Юки, вылетевшая из-за спины мародёра и повисшая у меня на шее.
— Это же Макс! Макс вернулся, ребята!
Я рефлекторно обнял её в ответ, слегка ошеломлённый контрастом встречи, и почувствовал, что её тело словно ознобом бьёт крупная дрожь.
— Кто? — нахмурился Ронан, вторя недавней реакции Уилла.
— Максим Сажнев, игрок, согильдиец, — повторение — мать учения. — С вами играю около месяца. Последние две недели закрывал квест, куда мы, кстати, отправлялись вместе…
Мне пришлось приложить усилия, чтобы мой голос не сорвался на откровенную агрессию. Злость и обида на него и Милу всё ещё сидели во мне, но высказывать их человеку, который даже не помнил, кто я такой, было предельно бессмысленно. К тому же, я начал беспокоиться за Юки, которая продолжала цепляться за меня, сотрясаясь дрожью.
— Охренеть, — с расстановкой сказал Ронан. — «Путь знаний», да? А я-то башку ломал, откуда он у меня в журнале, когда четыре куска экспы прилетело.
— Дай угадаю, обо мне тебе никто ничего не сказал?
— Ни слова. Дея в диком замоте, а Юки… сам видишь.
Я хотел спросить саму Юки, но аккуратно отцепив её руки от шеи обнаружил, что она то ли задремала, то ли потеряла сознание. Если Уилл выглядел так, будто не спал пару суток, миниатюрная девушка казалась тяжело больной. Я поднял глаза на Ронана в безмолвном вопросе, на что тот как-то беспомощно пожал плечами.
— Это не лечится, Дея пыталась. Чем больше она вспоминает, тем хуже становится. Депрессняк, перепады настроения, вспышки ярости, бессонница, короче, полный набор. Ладно, когда из говна этого выберемся, ей мозги пофиксят…
— И ничего не сделать?
— Ну как «ничего», — недобро хмыкнул мародёр. — Сдохнуть можно. Вжух, и память об «Аниме» — чистый лист. Но у Деи пунктик против самоубийств, и в чём-то она права.
Я вспомнил улыбку на лице Юки, когда она падала в подземные катакомбы Ламитерна, и меня слегка передёрнуло. Странно — в тот раз она оставалась в живых дольше, чем две недели, но переносила свою травму лучше. Может, под стрессом воспоминания возвращались быстрее? Вместо дальнейших расспросов, я поднял её на руки и в сопровождении Ронана понёс под укрытие землянки.
— Это ещё кто? — холодный голос Милы настиг нас, когда я укладывал Юки в углу, укрыв импровизированным одеялом из кое-как обработанной волчьей шкуры. Кажется, я начал ненавидеть этот вопрос.
— Свои, расслабься, — взял на себя объяснения Ронан. — Это Макс, он…
— Поучи меня ещё, — в голосе Милы сквозило такое отвращение, что проняло даже меня. Не дослушав Ронана до конца, она развернулась и вылезла наружу, оставив нас в неловком молчании.
— Поссорились? — решился спросить я.
— С этой стервой? Она вообще по-человечески не понимает, — скривился Ронан, в свою очередь направляясь к выходу из землянки. — Не тормози, Дея сказала всем собраться через десять минут.
Кажется, всё было значительно хуже, чем я себе мог представить.
Единственная гильдия «Анимы онлайн» в слегка неполном составе представляла из себя неутешительное зрелище. Клюющий носом Уилл прислонился к ближайшему дереву и стоически старался держать глаза открытыми, лицо Милы представляло из себя каменную маску, сквозь которую не могли пробиться никакие эмоции, а Ронана это явно злило, и сдерживался он кое-как. Наконец, я, ощущающий себя лишним как никогда ранее, попавшим в компанию чужих людей, которым было закономерно на меня наплевать. Кроме Юки, разве что, но сколько она продержится в таком состоянии?
И только Дея, в своём бело-алом жреческом одеянии, безупречно-чистом невзирая на бардак последних недель, излучала уверенность и спокойствие. И когда она заговорила, оно необъяснимым образом распространилось на всех.
В её речи не было ничего особенного — просто перечисление того, чего мы добились за последние месяцы, как далеко прошли и что смогли пережить. Не буквально, конечно — здесь среди ребят раздались смешки — но всё же мы стоим здесь, крепче и сильнее чем когда-либо. Злость и усталость постепенно растворялись и исчезали с лиц, а Дея продолжала. Она напомнила о том, что все мы связаны одним делом, до исполнения которого осталось совсем немного.
Вскоре к нам присоединилась Юки, тихонько севшая на землю рядом с Уиллом. Дея улыбнулась ей — тепло и ласково, и заговорила про тех, кто ждёт нас в реальном мире. Родители, дети, друзья, любимые, которые сидят у наших кроватей, пока мы лежим в «игровой коме» и ждут несмотря ни на что. Всё, что требуется от нас — закончить квест, затем немного прогуляться по высокоуровневой зоне и всё, мы все проснёмся дома. На этих словах Юки заплакала — совершенно беззвучно, но Уилл заметил и сел рядом, утешительно приобняв за плечи.
— Последний рывок, народ, — улыбка Деи на этот раз предназначалась всем и каждому из «Сердца мира». — Последний рывок — и домой.
Я дождался, пока она закончит раздавать указания по поводу грядущих сборов и новой дороги до Врат Безмолвия. Марк Нонус передал, что последние приготовления всё равно придётся проводить на месте, а деталей и ингредиентов ему теперь хватало с головой. «Высокое искусство взрыва» всё ещё висело в списке заданий, но по-видимому оно окажется выполненным лишь когда Врата разлетятся на тысячу кусочков. Партия разошлась собирать вещи и готовить лошадей — для этого похода седельных сумок было недостаточно и пришлось добывать целую повозку — а я подошёл к Дее чтобы рапортовать про завершение другого квеста. Её речь действительно поднимала дух. Тоска и сомнения, которые грызли меня с момента исчезновения Эми, сбавили обороты. Я не вполне понимал, как можно было забыть упомянуть обо мне воскресшим ребятам, но учитывая, в каком темпе они трудились…
— Что тебе? — когда Дея обернулась на меня, её глаза и голос не выражали ничего кроме бесконечного равнодушия. Будто перед ней стоял не согильдиец, а случайный NPC, собирающийся предложить низкоуровневый почтовый квест.
— Я… — моя заготовленная фраза вылетела из головы, и пару секунд я просто собирал мысли. — Я закончил квест с гробницей, и…
— Мои поздравления, — с этими словами она отвернулась и явно собралась уходить.
— В чём дело? — резко спросил я, за секунду закипая от ярости, подпитанной накопившейся за последние дни болью. — Чем я заслужил такое отношение? Сначала Уилл чуть не снёс мне голову на входе в лагерь потому что ему обо мне не рассказали, затем…
— А какого отношения ты ждал?! — теперь злость бурлила в голосе Деи, которая перебила меня на полуфразе. Она снова обернулась на меня, но от равнодушия на её лице не осталось и следа. — Ты увёл с собой двух моих лучших бойцов! Более того, нарушил прямой приказ!
— Я…
— Я не закончила, — отрезала она. — Мы потеряли неделю! Неделю, которую никак не заменить! Тебя самую крохотную малость искупает только то, что Ронан и Мила вернулись вовремя, и эта… авантюра почти не повредила основному заданию. Хотя на твоём месте я бы просто забилась от стыда в какую-нибудь щель и больше не мешала нашей операции.
Нельзя сказать, что я совсем не пытался этого сделать — в те полчаса, пока Эми была рядом. Но слышать это напрямую от Деи было ещё хуже, чем ловить непонимающие взгляды и вопросы от остальных ребят. Я и в самом деле налажал, но всё же успешно выполнил квест. Дьявол, даже идея пересохраниться в гробнице изначально исходила не от меня!
— Раз уж тебе хватило наглости явиться в лагерь, сиди тише мыши и не путайся под ногами, — подытожила Дея, перейдя от гнева к дистиллированному презрению. — Не приставай ни к кому без дела. И не смей говорить со мной, если я не заговорю первой. Чего, поверь, не произойдёт.