Адептки академии Сумрака (СИ)

— Вы основали академию? — я не верила своим ушам.
— Да. Я много путешествовал. Собирал знания. Жил как простой человек. Это… унизительно для дракона. А потом вернулся в Чабир. Моими первыми учениками стали молодая Весенняя императрица и потомки перебравшихся в Чабир драконов. В том числе, Ромеро, Даррен и отец Кира Валентайна. Я забыл амбиции, поклялся служить императрице, как обычный вассал.
Он уткнулся лицом в мои колени. Я провела рукой по коротко стриженному затылку и сердце предательски ёкнуло. Жар с щек спустился в низ живота и томительно запульсировал в одной точке. Я всхлипнула от остроты эмоций. Его губы прижимались ко мне так непристойно, но… передо мной склонил голову легендарный дракон.
Он поднял на меня глаза.
— Дядя Теодор до сих пор ждет меня. С Драконом и истинной я самый сильный темный властитель в Красной Пустыне, Саша. Как только ты станешь моей, на наших руках появится вязь метки. В крепости сразу же об этом узнают, и дядя призовет меня к себе. Я не смогу отказать зову крови. Так устроена драконья магия. Мы не сможем продолжить жизнь в Чабире. Понимаешь? Ты согласна разделить со мной мой долг? Согласна разделить бремя? Другого пути быть вместе у нас нет.
— Но вы ведь не хотели, да? Не хотели покидать Чабир?
— Я уже не знаю, Саша. Иногда мне кажется, что академию Сумрака я превратил в персональную темницу. Я прятался, старался искупить все прежние ошибки… Считал, что не достоин стать властителем.
— А сейчас?
— Я все еще не достоин, но боги решили иначе, когда послали мне тебя. Так ты согласна?
Его близость волновала меня. Казалось, что если он сейчас встанет и выйдет из комнаты, я просто умру от холода. Прямо посреди знойной пустыни, ага.
Поэтому вместо ответа я потянулась к губам наставника. Ладони заскользили по его горячему телу, спустились туда, где на животе красовался фрагмент татуировки. Я ощущала ее кончиками пальцев, и золотое сияние заполняло мозг.
— Не торопись, — шепнул он мне на ухо. — Вначале привыкни ко мне.
Твердые губы коснулись шеи, ключицы. Асон бесстыдно приподнял зубами рубашку и прижался чуть шершавой щекой к внутренней стороне бедра.
Сияние стало почти невыносимым. А потом мир вокруг взорвался на тысячи цветных осколков. Боли я не почувствовала. Только полное единение с мужчиной, желаннее которого не существовало ни в одном из известных мне миров.
52.
Оранжево-огненные узоры брачной вязи красиво стелились по руке — от запястья и выше, расцветая на плече пламенным цветком. Солнечные блики играли на завитках метки и хотелось любоваться ею до бесконечности.
Мы сидели на низкой тахте в буйно цветущем саду. На столе служанка разложила сладости, фрукты, легкие закуски. В высоких кувшинах золотился холодный лимонад.
— В чьем доме мы находимся? — спросила я и еще раз полюбовалась вязью.
Чувства она вызывала смешанные. С одной стороны, радовало, что мы с учителем теперь вместе, но с другой стороны, такие резкие изменения в жизни слегка страшили. Но ведь Асон предупреждал. А я все равно пошла искать склеп Проклятого и подтолкнула все последующие события.
— В Коралловом Оазисе, в доме моих друзей, — ответил Энцо.
Он лениво развалился рядом со мной и щурился на солнечные блики, пробивавшиеся сквозь листву. Даже не верилось, что мне наконец-то не холодно.
— Нам не удастся прятаться вечно, Саша. Придется принимать царя царей Ашаданора. Как только дядя ринется нас искать, и правитель Красной Пустыни заинтересуется моим возвращением. Сплетни разлетаются слишком быстро.
— А разве не мы должны явиться ко двору царя царей? — удивилась я и отправила в рот виноградину.
Энцо искоса взглянул на меня и улыбнулся краешком рта.
— Темный властитель выше царя царей по рангу.
— Да ну? Правда? А почему ты вообще темный? Я думала, что у тебя дар артефактора.
— Потому что наш род из призрачной части пустыни, оттуда, где нет цвета и Сумрак особенно густой. Мы повелеваем землями на самой границе.
— На Неверном мосту я видела черных драконов. Таких, как Кир. Но ты — золотой, — я раздавила зубами вторую виноградину.
 
Энцо глубоко вздохнул, наклонился и убрал непослушную прядь с моего лба.
— Видишь ли, Саша, наша семья имеет божественное происхождение. Было раньше такое божество — Золотой Лучник. Мы его потомки. Но род угасает, и одаренные дети рождаются очень редко. Я последний золотой дракон по силе равный высшим магам, потомкам Красной Луны и Скорпиона.
Ой.
Учитель усмехнулся и поцеловал меня в губы. Сладко, как только он один умел. Ну, или мне так казалось. Но сейчас я была влюблена в него как кошка.
— А куда делся Золотой Лучник? Разве боги умирают? — не удержалась, задала я вопрос, когда он отстранился.
— Если закрыть все их святилища и истребить служителей, они просто уходят… Вот и Лучник ушел. Демоны его знают, куда.
— И все же я не понимаю. Если ты равен по силе высшим магам, то как Снежные тебя пленили?
— Ты задаешь слишком много вопросов, Саша, — включил он зануду и вновь превратился в учителя.
Но я продолжала вопросительно смотреть на него в ожидании ответа.
— Я был молод. Был совсем зеленым юнцом и решил просто прекратить все это. Мне казалось они меня казнят. И я умру героем. Но все обернулось позором.
Нас прервал шум мощных крыльев. Поднялся горячий ветер, листья в саду затрепетали, издалека донеслись крики слуг.
— Дядя пожаловал, — хмыкнул Энцо. — Но он приземлится на крыше. Пойдем, примем его.
— А где хозяева дома? — спросила я, накидывая на плечи тонкую накидку.
Я больше не щеголяла в рубашке учителя, но и местное платье, что он мне выдал, казалось слишком открытым и легким. Что не удивительно после вечных меховых накидок, шерстяных чулок и теплых нарядов, которые я носила последние годы. Вот что называется — закомплексовалась.
— Мирана предоставила дом в мое полное распоряжение, — мы как раз направлялись в сторону обнесенной колоннами террасы и Асон ненадолго остановился, хитро сощурившись. — Из портала мы с тобой вывалились прямо в пустыне, видишь ли. Пришлось обращаться и тащить тебя сюда в когтях.
Ну да, ну да, я поняла уже, что без драгоценного учителя не выжила бы.
Оазисы в пустыне постоянно перемещаются и попасть в них практически невозможно. Только если через Сумрак или какими-то, только местным жителям известными, путями.
Мы пересекли террасу и прошли во внутренний двор с фонтанчиком. На крышу вела винтовая лестница с узорными перилами. Высокий мощный дракон успел спуститься и стоял у ее основания, поджидая нас.
Дядя Асона должен был быть очень древним, но выглядел не старше пятидесяти лет. Его темно-русые волосы едва тронула седина, а голубые, такие же как у племянника, глаза сияли молодым блеском.
А эти золотистые искорки, словно освещающие все лицо, видимо, семейная особенность.
— Источник ожил, — улыбнулся Теодор и перевел внимательный взгляд на меня. — Так значит вот она, твоя истинная, Энциорро. Долго же ты ее искал.
Может, мне показалось, но в голосе нового родственника проскользнула ирония.
Энцо беззлобно рассмеялся.
— Боги сделали все для того, чтобы удлинить мой путь, дядя.
— Надеюсь, ты одумался и готов занять полагающееся тебе место властителя, Энциорро. И молиться, чтобы огненный высший дар унаследовали твои дети.
— Нет, не готов, дядя, — выдал учитель в своем неповторимом стиле. — Будь моя воля, уже давно бы отсюда смотал.
Старый дракон тихонько рыкнул, но теперь, когда дорогой племянник вернулся в роли властителя, видимо, приходилось соблюдать субординацию.
— Я рад, что твоя воля больше не учитывается, — позволил он холодные, но сдержанные слова.
И тут мне стало окончательно понятно, от чего предостерегал меня учитель. Все, свободная жизнь закончилась. На нас теперь непонятные обязанности и ответственность.
Еще лучше я осознала это в ближайшие несколько дней.
Во-первых, нас навестил Ашаданор со свитой. Дочь дяди Теодора, Парисса, в спешном порядке показала мне все основные правила местного этикета. Благо древнедраконий, на котором тут говорили, я знала.