Одни в целом мире

И тогда ее руки медленно и со странной грацией открылись, теперь она парила в воздухе, словно большая диковинная птица. Впервые за два прошедших года Арианна ощутила, как страх оставил се. «Это безумие, — думала она, — висеть вниз головой над ущельем, когда рядом нет ни души. Одному Богу известно, удастся ли выбраться из этой переделки, и когда придет помощь, и придет ли вообще?» Произошло худшее, что могло случиться, но именно сейчас она, наконец, освободилась от своих страхов и постоянного предчувствия, что с ней приключится что-то плохое. Это было настолько удивительно, что она начала по-детски хихикать, и постепенно это хихиканье переросло в заливистый смех.
На тропинке, ведущей к мосту, появилась темная фигура. Джошуа был уже близко, когда услышал, что на мосту кто-то есть. Самая незадачливая из пациенток Боба вернулась к мосту, чтобы совершить еще одну попытку. На этот раз самостоятельно. Джошуа замедлил шаги и спустился пониже. Когда Ари поскользнулась и повисла над ущельем головой вниз, он был от нее на расстоянии ярдов в сто.
— О Господи, — пробормотал он и бросился к мосту. Лишь веревка, обмотавшись петлей вокруг ее лодыжки, удерживала ее на весу. Ее руки беспомощно мотались в воздухе, затем внезапно остановились и широко раскрылись в разные стороны. В то же самое мгновение спортивная шапочка слетела с ее головы, высвободив каскад длинных белокурых волос.
Остановившись около перевернувшегося мостика, Джошуа прищурил зеленые глаза, оценивая сложившуюся ситуацию. Затем его взгляд вернулся к женщине, висящей головой вниз. Услышав ее смех, он насторожился, ожидая различить нотки истерики, но нет, это был почти детский смех, беззаботный и радостный. Несколько минут назад она дрожала от ужаса без видимой причины, теперь, находясь в таком рискованном положении, заливается смехом, как ребенок. Смех был настолько заразительным и жизнеутверждающим, что он едва смог удержаться от улыбки. Ему совершенно не было дела до этой женщины. Он даже не собирался знакомиться с ней. Но удивительные волосы и еще более удивительный смех притягивали его, хотя он не понимал, почему. И он рассердился. Когда же Джош наконец, заговорил, то его тон был полон сарказма.
— Что за аттракцион вы здесь устроили? — спросил он.
Арианна перевела дыхание и, прикрыв ладонью глаза, посмотрела в его сторону. Высокая фигура темнела у моста. Мужчина стоял не более чем в десяти шагах от нее, от ее движения мост снова закачался, и она была не в состоянии разглядеть незнакомца как следует. Она могла только сказать, что он высокий, у него темные волосы и одет так, как обычно одеваются байкеры или горнолыжники. Она решила, что это должно быть еще один инструктор, с которым она не успела познакомиться.
— Привет!
— Ведите себя осторожнее, не то рискуете полететь вниз головой. Перестаньте смеяться и дергаться.
Но его слова только подлили масла в огонь, и Арианна прыснула с новой силой.
— Перестаньте смеяться! — снова крикнул он.
Раздув щеки, Ари, словно школьница, пыталась сдержать смех. Разумеется, он абсолютно прав, и в ситуации нет ничего смешного. Но этому мужчине и в голову прийти не могло, что именно сейчас, оказавшись в таком рискованном положении, она впервые за два года ощущает, чувствует свободу. И от этого понимания сдерживаемый изо всей силы смех вырвался наружу с новой силой. «Он, наверное, думает, я истеричка», — пронеслось у нее в голове.
— Черт возьми, о чем вы думали, когда решились сделать это в одиночку? — раздраженно крикнул Джошуа. — И что бы вы делали, не окажись я поблизости?
— Очевидно то же, что делаю сейчас.
— Вы находите это забавным? Если вы не удержитесь в этом положении, то сломаете себе шею, а ваша голова расколется, как арбуз.
— Если вы подобным образом разговариваете с пациентами, — проворчала она, — то долго здесь не продержитесь.
— Помолчите, дайте мне подумать.
— Я вижу, вы не собираетесь подойти ко мне и помочь?
— Вы разве не видите, что каждое ваше движение еще больше раскачивает мост? Даже если произойдет чудо, и мне удастся добраться до вас и освободить вашу ногу, — что тогда? Вы же упадете на камни.
 
Арианна глубоко вздохнула, потом, подхватив себя под коленки, постаралась приподняться.
— Прекратите! Что вы делаете? — закричал Джош.
— Кровь прилила к голове, я больше не могу, — пожаловалась она.
— О, ради Бога, — взмолился он и, ничего не объясняя, начал осторожно спускаться по крутому склону ущелья. Дойдя до ручья, он вошел не в воду, а скорее в кашицу изо льда и снега.
— Попробуйте сами освободить ногу, а я поймаю вас. Готовы? — сказал Джошуа, остановившись прямо под ней.
— Да, — без запинки ответила Арианна.
— Скорей, — крикнул Джош, пока она пыталась высвободить ногу, смутно представляя, что произойдет дальше. К счастью, он это знал, и когда ее лодыжка освободилась от веревки, и она, словно камень, полетела прямо в воду, его руки были наготове. Он подхватил ее одной рукой под колени, другой схватил за талию и прижал к груди, приняв на себя удар от падения.
— О Боже! — ахнула она, вцепившись в его плечи. Голова ее слегка кружилась, так как кровь отлила, постепенно растекаясь по телу и согревая конечности.
Хотя он держал ее высоко над ручьем, она ощутила холод, идущий от воды, и, казалось, пронизывающий до костей.
Он стоял неподвижно, поток воды омывал его ноги. Она чувствовала даже через свой дутый пуховик, как поднималась его грудь при каждом вздохе, как дрожали его руки от усилия и напряжения. Подняв глаза, она изумилась. Все ужасы происшедшего стоили этого мига, когда впервые вблизи она увидела его лицо. Черты выдавали сильный характер, соответствующий окружавшей его природе. Словно сама природа создала эти черты, и такое возможно было только здесь, в дикой колыбели, посреди отвесных скал и леса, густого и темного, где сама жизнь была тестом на выживание. Она внезапно подумала о древних воинах, о первопроходцах, исследователях этих земель, которые освещали путь другим, и ей стало жаль, что, дожив до двадцати шести лет, она ни разу не встретила мужчину, у которого было бы такое лицо. Наверное, в мире больше не осталось таких мужчин?
— Обхватите меня за шею, — сказал Джош, и Ари ощутила тепло его дыхания на своем лице. Она мгновенно послушалась.
— Я спасатель, вы перенесли стресс. Так что помолчите. Не нужно, чтобы мы оба вымокли.
Арианна не могла отвести глаз от его лица, пока он, с трудом переставляя ноги, двигался к берегу. Ему пришлось напомнить ей свою просьбу — покрепче обхватить его за шею, так, чтобы он смог вынести ее на берег, а затем вылезти сам. Потом она наблюдала, как он прыгал на месте, похлопывая себя по бедрам, стараясь разогнать кровь в замерзших ногах. Его губы посинели, а зубы отбивали дробь.
— Не стойте на месте, двигайтесь. Снимите с себя мокрую одежду. Вы ведь не хотите простудиться?
Она кивнула. Ее глаза продолжали изучать его лицо.
— Вы не похожи на других, — пробормотала она.
И он сухо рассмеялся.
— Наверное, не похож. — Он повернулся и стремительно зашагал вверх по тропе. Затем остановился.
Он открыл рот, словно хотел что-то сказать. Но видимо передумал, и легкая морщинка пролегла между бровей.
— Счастливо, — произнес он наконец, и она поняла, что это не то, что он намеревался сказать.
Она проследила, как он побежал вверх по склону и скрылся в сосновой рощице. Только тогда до нее дошло, что он спас ей жизнь, а она даже не поблагодарила его.
— Привет, Арианна! — Боб Халстон спешил к ней, с изумлением разглядывая паутину веревок и перевернутый мост. — Ради всего святого, что случилось?
— Я победила, — с гордостью сообщила она.
— И как тебе это удалось? Ты хочешь сказать… — Его речь прервалась, когда он повернулся и внимательно посмотрел на нее. Это была не та Арианна Уинстон, которую он знал, она выглядела совершенно иначе. Дивные, светлые волосы лежали на парке, как солнечные лучи, но дело было не в этом. Она излучала чарующую энергию, которая шла от ее лица, из темно-голубых глаз, словно утренний свет сквозь мрак. Наверное, именно так она выглядела до стресса, который наложил постоянное напряжение на ее черты. «Бог мой, — подумал он, — она ведь красавица, а я этого не замечал».