Одни в целом мире

— Почему бы вам не отдохнуть? Я сам доделаю.
— И не надейтесь.
— Когда вы в последний раз делали что-то, требующее физических усилий? — спросил Джошуа, следуя за ней по пятам.
— Отстаньте.
— Вы завтра не подниметесь.
В ответ на это Арианна улыбнулась и вытерла лоб рукавом. Она знала, что он прав, что завтра ее тело потребует платы за сегодняшнее испытание на выносливость. Но простое напряжение давно забывших работу мышц вызывало радостное возбуждение, очищающее душу. Ее тело стало инструментом для достижения цели, на которой сосредоточилось все ее существо, а мозг в это время отдыхал, У нее не было ни прошлого, ни будущего, только настоящее и стоящая перед ней сейчас задача. Это было чувство освобождения, подобное тому, что она ощутила на мосту.
Когда начато смеркаться, у камина уже громоздились штабеля дров.
— Дело сделано. — Джошуа бросил последние поленья и выпрямился. Он оглядел плоды их трудов и одобрительно кивнул Арианне. — Вы чертовски выносливы.
Она вспыхнула от удовольствия. Пожалуй, это лучшая похвала, которую она слышала в своей жизни. Она отбросила с лица локон, но он снова упал ей на нос. И застыла, когда Джошуа взял ее за плечи и повернул к себе. Не говоря ни слова и не сводя с нее глаз, он заправил непокорную прядь ей за ухо. Его рука замерла, затем легко скользнула по ее щеке, потом по шее. Мгновенно все ее чувства сосредоточились в том месте, где задержались его пальцы. Утонув в бездонных озерах его зеленых глаз, она задержала дыхание, боясь, что малейший вздох разрушит установившуюся между ними хрупкую связь.
В определенном смысле нынешняя жизнь Арианны началась два года тому назад, когда маленький самолет врезался в гору и рассыпался на куски, как детская игрушка. В череде тех ужасных дней ее мозг сохранил лишь болезненные воспоминания и пустоту, забыв о счастье и радости. Но сейчас взгляд Джошуа Брандта, его сердечный отклик, его прикосновение вернули ее к тем дням, когда мир был источником постоянного удивления и восторга, а его красота переполняла ее сердце. Ей хотелось смеяться и плакать, хотелось упасть на колени, но она застыла неподвижно, ибо не было способа выразить переполнявшие ее чувства.
Или, наверное, все-таки способ был. Она могла разглядеть в его глазах, одновременно темных и светлых, в зелени которых таились все оттенки возрождающейся весной природы, едва уловимое обещание. Ощутить его в быстром стуке их сердец, в силе пальцев, нежно касающихся ее лица.
Впервые в жизни Арианна поняла, что значит всецело и неудержимо желать мужчину. И еще она поняла, что этот нежный великан и есть ее возвращение в жизнь.
И когда она уже было подняла руки, чтобы обнять его, он взял ее за плечи и медленно отступил на шаг.
— На этом и остановимся. — Слова вырвались у него хриплым выдохом.
Арианна в замешательстве подняла на него глаза. Она все сделала правильно — не дышала, не шелохнулась, — и все-таки момент был упущен, она смущенно потупилась. Вероятно, она что-то сделала не так. Возможно он привык, что женщины бросаются к нему в объятия при первом же намеке, и подумал, что она его отвергает. Ее губы в тревоге дрогнули, но Джошуа уже оставил ее и отправился в вестибюль. Ари побрела за ним, по пути снимая парку,
— Что мы теперь будем делать? — спросила она и нахмурилась, потому что вопрос прозвучал по-детски.
— Пока не отключили электричество, мне нужно закончить кое-какую работу на компьютере.
В его голосе не было волнения и резкости, только прямолинейное указание, что есть дело, которое он будет делать один.
Ари поспешила за ним в гостиную, на каждый его шаг ей приходилось делать два. Сообразив, что она плетется за ним, как несмышленый щенок, она остановилась и с тоской смотрела, как Джош поднимается наверх в кабинет.
— Мы ведь еще не ужинали, — не придумав ничего умнее, проговорила она.
Джошуа уже был наверху. Включив настольную лампу с зеленым абажуром, он расположился в рабочем кресле, все его движения были подчинены новой цели.
— Я поем позже, — отмахнулся он. — Приготовьте себе, что хотите. И не ждите меня. Мне нужно поработать час-другой. — Он многозначительно посмотрел на нее. — Не прерываясь.
 
Она жалобно вздохнула, но тут у нее в животе заурчало от голода.
Через десять минут она тихо поднялась в кабинет с подносом, на котором стоял стакан с молоком, салат, тарелка с хлебом и сыром и соусом чили, который она отыскала в холодильнике. Как хорошо вышколенный слуга она поставила поднос справа от Джошуа и быстро исчезла.
Убедившись, что она ушла, Джошуа удивленно взглянул на поднос. Второй раз за сегодняшний день она готовила и подавала ему еду, и это выбивало его из колеи.
Ари ужинала, стоя в кухне. Она машинально жевала, вглядываясь в темноту за окном, и улыбалась, когда стук по клавиатуре затихал — значит Джошуа откусил очередной кусочек. Она не могла понять, почему, но сознание того, что он ест приготовленную ею пищу, приносило ей огромное удовлетворение.
Прошло больше часа, когда Джошуа наконец выключил компьютер и устало потянулся. Он посмотрел вниз и замер. Арианна сонно посапывала, свернувшись на кушетке. Спокойное лицо, обрамленное сиянием золотых волос, было поразительно красивым. Опустившись в кресло, он долго сидел, глядя на нее.
Наконец он спустился вниз, подоткнул вокруг нее плед. Его рука замерла над ее щекой, ему так хотелось прикоснуться к ней и убедиться, что это не видение. Она заворочалась во сне и улыбнулась, словно сквозь сон чувствовала его присутствие. Он быстро отдернул руку, вздохнул и тихо поднялся по лестнице.
  
 Глава 12 
 
На следующее утро Джошуа проснулся от аромата свежесваренного кофе. В доме, где никогда не было гостей, это случилось впервые, и Джошуа испытывал некоторую неловкость, что кто-то посторонний разгуливал по его дому, а он даже не проснулся. Он вскочил с постели, внезапно почувствовав опасность, словно миниатюрная женщина, хозяйничавшая на кухне, представляла собой серьезную угрозу.
Накинув черный махровый халат, он босиком пошел наверх. Арианна стояла у окна, выходившего на горы.
— Я вас разбудила? — тихо спросила она;
«Нет. И именно это меня беспокоит», — хотел он сказать, но промолчал, но она уловила его смятение.
— Я почувствовал аромат кофе, — пробормотал он, входя в кухню.
— Это ведь замечательно — проснуться от кофейного аромата? — с нежной улыбкой спросила она.
— Правду сказать, меня это немного нервирует. — Наливая кофе, он взглянул на красный огонек на кофеварке. — Удивительно, что еще есть электричество.
— Наверное, ночью отключали, а потом снова дали свет. Часы на кухне барахлят…
— Долго это не продлится. Нам повезет, если утром не отключат.
Ари улыбнулась.
— Утро уже кончилось, скоро ленч. А завтрак на плите.
— Я приму душ, а потом сразу займусь работой.
Ари улыбнулась про себя, заметив, как он заторопился, направляясь из кухни в ванную.
Приняв душ и наскоро позавтракав у кухонной стойки, Джошуа направился прямо к компьютеру, строго предупредив, чтобы его не беспокоили.
Убрав на кухне, Арианна подмела пол у камина, где остались щепки, после их вчерашней работы, но это заняло немного времени. В конце концов она забилась в уголок кушетки, стараясь казаться незаметной. Она смотрела на угасающие красные угли, пытаясь разобраться в своем состоянии, такого она давно не испытывала. Постоянные приступы паники скучать ей не давали. А здесь, хотя она была ни чем не занята, она неожиданно расслабилась. И даже немножко заскучала. Подумать только!
Минуты тянулись мучительно медленно, Арианна беспокойно ерзала на кушетке, взгляд ее рассеянно скользил по дому, неизменно натыкаясь на Джошуа. Его кабинет, располагавшийся над камином, выглядел отчужденным и неприступным, а Джошуа казался королем, восседавшим на троне. Он подался вперед, сосредоточенно вглядываясь в экран монитора. Время от времени он запускал пальцы в волосы или потирал щеку, но и тогда, казалось, не замечал ни ее присутствия, ни пристального взгляда.